Чтение онлайн

– Надо же. Я думала, учёные только книги мудрёные читают да пишут. А они вон какие бывают. – Развела руками мать, – Умывайся да пойдём за стол – мы с Ивой пирожков с грибами напекли.

Наутро Лев отправился на стройку один, без Ивы. В полдень Ива собрала для брата обед и побежала в лес, так не терпелось увидеть избу.

Над деревянным срубом возвели треугольные бревенчатые щипцы, крепкие и надёжные, чтобы выдерживать всю тяжесть подкровельных конструкций. Параллельно боковым стенам в щипцы врублены продольные горизонтальные бревна – слеги, а поперек них выложены кокоры – тонкие стволы молодых елей с торчащими на конце корневищами. На загибающихся кверху концах кокор уложен поток – длинное бревно с выдолбленным водостоком. Поток заодно и опора всей крыши – именно в него упираются нижние концы кровельных досок, а верхние концы на стыке обоих скатов крыши закреплены тяжелым охлупнем.

– А на охлупне надо голову коня вырезать! – заявил Лев, любуясь своей первой избой.

– А можно я голову дракона вырежу? Я в одной книге про него читал, – спросил Перегринус, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

– Ну давай. Никогда драконов не видел. Что это за зверь такой? – Лев передал топор Перегринусу, уже забравшемуся на крышу.

– Грозный, могучий. Выглядит, как огромный ящер, только с большими крыльями. И огнём может пыхать, совсем как наш Брат Пироген, – Перегринус ловко вырезал голову ящера с гривой, торчащими ушами и оскаленными клыками.

– Ну вот, осталось только окна да дверь прорубить. А вставлять дверь и оконные рамы можно будет не раньше конца лета, когда брёвна подсохнут и усядутся плотнее, – Лев аккуратными зарубками наметил контуры оконного проёма.

– Дай я окно прорублю! Гость, кинь топор! – Перегринус метнул с крыши топор, и Альбин ловко поймал его на лету. Ива так и ахнула от испуга. Лев преспокойно намечал второе окно – за два дня строительства он уже привык к летающим топорам.

– А это окно я прорублю! – вызвался Вибурнум, быстро осваивающий плотницкую премудрость.

– А мне – дверь! – потребовал Серый.

– Серый, а у вас с Альбиной свадьба была? – наивно спросил Лев.

Серый, не отрываясь от работы, ответил:

– Нет. Мы же волками были, когда встретились. А волкам свадьбы не нужны. Мы верные, пару выбираем один раз и на всю жизнь.

– Один раз и на всю жизнь! – эхом отозвалась Альбина и ловко увернулась от летящей щепки.

Альбин так яростно ударил топором, что вырубленный кусок провалился в избу. Ива поспешила перевести разговор на другую тему:

– Лев, а если надо ждать усадки сруба до конца лета, то тебе надо поторопиться с собственной избой. Если на днях срубишь, то по осени окна и дверь вставишь, а после сбора урожая вы с Весняной и новоселье справите.

– Так тебе собственный дом построить надо? А что ж молчал? – спросил Серый.

– Так я сам свою избу должен срубить… – возразил было Лев, но Серый упрямо замотал головой.

– Здесь делов-то на два дня. Поможем. Только вот на охоту из деревни в лес далеко бегать.

– Дел, – привычно поправила Ива. – Ничего, два дня буду вас всех обедом кормить. Вы ведь мои похлёбки да пироги уважаете.

И она залюбовалась лесной избушкой в два окна с драконьей головой на крыше.

И двух дней не прошло, как срубили лесную избушку, а Лев уже объявил о строительстве собственной избы. Чтобы не губить деревья, Лев и его новые друзья-оборотни без устали рыскали по лесу в поисках валежника. Поваленные деревья общими усилиями приволокли на берег реки, очистили от сучьев, натесали брёвен, а затем связали брёвна в плоты. Первый плот на другой берег переправили, отталкиваясь длинными шестами, Лев и Альбин. Второй плот сплавили Серый с Перегринусом, а на третий вместе с Вибурнумом запрыгнула Вибурнума, грозно крича о равных правах мужчин и женщин. Никто не стал спорить с сердитой девушкой, да ещё и размахивающей увесистым шестом.

Любопытные деревенские жители выглядывали из окон, выходили во двор и на улицу, чтобы посмотреть на чужаков, помогающих Льву вытаскивать плоты и раскладывать материал на просушку. А когда строительная бригада принялась укладывать брёвна в венцы, женщины повадились ходить на речку с полными корзинами белья – стирать и заодно разглядывать незнакомцев.

Соседка Ивы, Калина, чаще и дольше других работала на берегу реки: она принесла свежевытканные холсты, чтобы выстирать их и выбелить на солнышке. А пока холсты сушились на солнцепёке, Калина как бы невзначай подошла поближе к стройке и обратилась к Перегринусу, точившему топор:

– Здравствуй, мальчик! Ты, я вижу, не местный. Издалека ли вы пришли?

– Здравствуй. Издалека. Из большого города. – Перегринуса явно раздосадовало обращение «мальчик», но он старался не подавать вида.

– Что же вас сюда привело? Неужто в городе избы рубить не надо? – Продолжала расспросы любопытная Калина.

– В городе избы рубить не надо – там дома каменные. А здесь мы местную флору и фауну изучаем. И заодно Иву проведываем. А теперь решили её брату со строительством помочь. – Перегринус провёл пальцем по острию топора.

– Слова-то какие мудрёные – фора с фаной, – покачала головой Калина.

– Гость, кинь мне топор! – крикнул Альбин от сруба.

Перегринус метнул остро заточенный топор прямо в руки Альбину, тот ловко поймал его за рукоять и принялся вырубать очередную чашу.

– Гость, и мой подточи! – Вибурнум тоже бросил топор Перегринусу, тот перехватил его на лету и принялся точить.

Побледневшая Калина так и ахнула:

– Ох, страху-то натерпелась! Думала, поубиваете друг друга! А чего это они тебя гостем кличут?

Перегринус, не отрываясь от работы, пожал плечами:

– У меня имя длинное – Перегринус. В переводе с латыни означает «гость». Пока выговоришь: «Пе-ре-гри-нус, кинь мне топор», – быстрее самому за ним сходить.

– Ой, а вы с этим беловолосым вроде похожи. Это брат твой? – Калина стрельнула глазками в Альбина.

– Дядя, брат отца. Брат с сестрой вон там, бревно наверх поднимают, – Перегринус кивком указал на Вибурнума, легко поднявшего огромный ствол и Вибурнуму, так же легко это бревно подхватившую.

– Как это – сестра? Где ж это видано, чтоб девки деревья таскали? И как ей родители позволили? – изумилась Калина.

– В нашей семье никакой работы не боятся. А родители вон там: отец дяде бревно подаёт, мать щели мхом конопатит. Хочешь, их спроси, как это они сестре на стройке позволили работать. – Перегринус провёл пальцем по лезвию, недовольно покачал головой и продолжил точить.

– Надо же, брат с сестрой совсем белоголовые, а ты серый какой-то. Они стало быть, старшие. А ты младший? – Калина твёрдо решила побольше узнать о чужаках.