Чтение онлайн

– Не говори ерунды, – возмутился Стефан.

– Отчего же? У Учителя способности открылись после того, как он побывал «за чертой».

– Это не значит, что тебе следует повторять его опыт.

– Я вынужден согласиться с Вашим братом, – Урджин отпил кофе. – Проще жить со скрытым талантом, чем пытаться его проявить подобным образом. Ну, мы отвлеклись. Силовые поля.

– Да, извините. Наши с сестрой глаза так светятся потому, что в отличие от других людей, например, от Вас, мы способны собирать и пропускать сквозь себя окружающую нас энергию. Этот дар невозможно контролировать, и им наделены все олманцы. Силовые поля – это сгустки мощной негативной энергии. Попадая в них, наш организм насыщается ей. Эта энергия поражает все тело, и, в зависимости от мощности поля, способна его сильно травмировать или убить.

– То есть, силовые поля – это оружие против олманцев? – подытожила Сафелия.

– Да, – улыбнулся ей Стефан.

– И кто его создал? – спросила Сафелия.

На этот раз Стефан засмеялся:

– Олманцы.

– Логично! – подтвердила Наследница Доннары и улыбнулась в ответ. – Но почему Вы решили, что Эста не случайно попадала в эти ловушки?

– Потому что большинство олманцев их чувствуют, включая меня, но у Эсты этого дара нет. Для олманца – это вид оружия, столкновения с которым можно легко избежать. Но Эста так же «слепа», как и вы, с той лишь разницей, что на Вас силовые поля не действуют.

– Это все равно не подтверждает Ваших, Стефан, опасений, – подытожил Урджин.

– А если я скажу, что силовые поля были расставлены там, где о них никогда не слышали?

– Например?

– Вчера она попалась на Навернии.

Урджин взглянул на Эсту:

– Кто-нибудь из вашего окружения знал, что Вы собираетесь лететь на враждебную по отношению к Вам планету, да еще и в день нашей торжественной встречи?

Эста побагровела. Он понял, что попал в точку и мягко улыбнулся своему предположению:

– Вы ведь не собирались туда лететь, верно?

– Решение было принято буквально перед Вашим прибытием, – начала оправдываться она. – Я не могла отказать людям, просившим о помощи. В ходе зачисток погибают дети. Этого допускать нельзя.

– Однако, решать проблемы путем периодических вылазок на враждебную планету по меньшей мере не разумно. Необходимо, чтобы Ваши друзья предъявили доказательства геноцида, проводимого на Навернии, и мы вынесем этот вопрос на рассмотрение Межгалактического Совета.

– Какое благородство с Вашей стороны! – Эста вскочила с места. – А не Доннара ли на прошлом заседании Совета отклонила прошение Олмании о проведении расследования факта уничтожения двух наших торговых кораблей в атмосфере Навернии?

– Повторяю, – Урджин пытался сохранять спокойствие, – для подобных утверждений нужны доказательства!

– Какие? Обломки корпусов?

– Наверния отрицала факт пуска ракет по олманским кораблям и готова была предоставить доказательства своей невиновности.

– Тогда куда делись эти корабли, если оба были на связи до вхождения в атмосферу и передали сообщение о воздушной атаке без предупреждения? – она выдала это и победоносно сложила руки на груди.

– Атаковать могли незаконные силы – пресловутые повстанцы.

– Если так, почему навернийцы отрицали сам факт вхождения наших кораблей в атмосферу своей планеты? Могли же списать все на повстанцев. Не потому ли, что у повстанцев на их планете нет в арсенале термоядерных ракет дальнего действия?

– Вы не можете знать этого наверняка, – покачал головой Урджин.

– Не могу. Поэтому мой брат попросил принудить Навернию к расследованию комиссией Совета факта гибели кораблей. Но, как только Доннара отклонила прошение, ее примеру последовали все остальные планеты, завязанные с Вами в торговых отношениях. А теперь, самое интересное: почему Ваш отец, как Император, так поступил? Не потому ли, что на Навернии расположены доннарийские военные комплексы, которые Вы разместили там около десяти лет назад, никак не подозревая, что Совет Всевидящих потребует заключения нашего с Вами брака? И даже после этого доннарийские базы остались стоять, где стояли.

В этот момент за столом раздались громкие аплодисменты. Хлопала Сафелия.

– Браво, Эста! Мало того, что Вы первая из женщин моего брата, которая вообще стала с ним говорить о политике, Вам, к тому же, удалось застать его врасплох, – Сафелия засмеялась.

– Я не одна из его женщин, – отчеканила Эста. – Я – его жена. И поверьте, скромность и покорность, которыми так славятся олманки, – не самые сильные стороны моего характера.

– Вы хотели сказать, что этих сторон в Вашем характере вовсе нет? – с ехидной улыбкой спросил Урджин.

Эста не собиралась спорить с ним, но выйти из этой ситуации красиво хотела бы любая на ее месте. Поэтому, она сделала то, чего никак не ожидала от себя, и чего никогда не позволяла себе раньше. Эста улыбнулась Урджину своей самой ослепительной улыбкой и приблизилась к нему вплотную. Она приподняла голову и встретилась глазами с этим человеком. От такой близости у обоих перехватило дыхание. В столовой повисла тишина.

– Не могу сказать, что не рада. Ибо теперь Вы знаете, что испытываешь, когда твой супруг не соответствует собственным ожиданиям.

Он прекрасно понял все, что она хотела сказать. Однако, в этот момент его разум рисовал совершенно другой образ этой женщины: он берет ее, прижав в стене в этой самой столовой, а она, сидя на его руках и обвив ногами его талию, стонет, выкрикивая от удовольствия его имя. В следующее мгновение он очень обрадовался тому, что никто из присутствующих не может прочесть его мысли. Необходимо было ответить на олманский выпад. Тогда Урджин наклонился к ее уху и тихо прошептал:

– Такую радость, как сейчас, я давно не испытывал. Ведь у моей супруги нет тех качеств, которые я терпеть не могу в женщинах.

Эсту будто пронзило ударом молнии. В ужасе она отпрянула от него, и, неожиданно снова раскрасневшись, отступила на несколько шагов назад.

– Taihasuellе! – выкрикнула она и удалилась из столовой.

– Как она меня назвала? – обратился к Стефану Урджин.

– Кем-то вроде «незаконнорожденного»… Да, это самый близкий термин, – пожал плечами Стефан.

– То есть «ублюдком», – засмеялся Урджин в ответ, да так, что кофе из кружки выплеснулся на пол. – «Taihashuellе»… Я запомню. А на каком это языке?