Чтение онлайн

Развернулась Антандра, чтобы уйти под прожигающим взглядом Адама. Разрывая душу, она приняла решение. Возможно, неправильное, но так ни она, ни Амрит не пострадают. С каждым шагом девушка грызла себя изнутри, будто ее же собственная кошка решила полакомиться кровоточащим сердцем Антандры.

«Так правильно», — пыталась она убедить саму себя. — «Так нужно», — как мантру, повторяла девушка в своей голове эти слова, но легче не становилось. Только, наоборот, с каждым «так нужно» она сомневалась в собственном решении, но отступать от него не собиралась. — «Ты видела, как он умирал у тебя на глазах, и ничего не делала. Сейчас ты можешь его спасти. Лишнее благородство ни к чему. Оно и так привело тебя туда, где сейчас находишься».

— Антандра.

— Нет. Я знаю, что ты хочешь сказать. Нет, я не изменю решение. И не тебе меня осуждать, — злилась девушка, хоть Амрит не сказал ни слова о том, зачем ее позвал.

— Не осуждаю, — от боли в горле ещё тише стал говорить мужчина. — Сама.

— Сама себя осуждаю? — она чудом научилась понимать его с полуслова. — Бывает, — пожала девушка плечами. — Ничего уживёмся как-то с угрызениями совести, с собственным осуждением. Привыкну.

И они знали оба, что нет, не привыкнет. Не сможет жить с чужой кровью на руках. Каждое утро, открывая глаза, она будет чувствовать себя убийцей. И это будет ломать ее. В конце концов, она просто сдастся, и сама наложит на себя руки.

— Антандра.

Имя. Одно лишь только имя, сказанное хриплым голосом, заставляет девушку замерить на месте и с силой сжать кулаки. Это неправильно. Это Антандра должна отдавать приказы и быть госпожой, а Амрит дрожать всем телом от звука собственного имени. Но было все наоборот.

— Нет! Пусть справляются сами! — развернулась и яростно посмотрела глаза в глаза, гордо доказывая свою правоту. — Я не хочу больше смотреть на страдания и бояться потерять…

Антандра не договорила, испугалась и как-то сжалась. Девушка испугалась собственных чувств, которые появились быстро и также неожиданно исчезли. Но это горьковатый привкус «тебя» повис в воздухе. Пусть она и не сказала этого вслух, но им двоим было понятно, кого она имела в виду.

Будто затравленный зверь, Антандра смотрела на Амрита из-под прикрытых ресниц и тяжело дышала. Не так. Не правильно. Так не должно быть.

— Не потеряешь.

— Зачем тебе это? — устала спросила девушка, уступая. — Это рано или поздно случится. Так почему не сейчас?

— Рано, — с кашлем прохрипел Амрит.

— А когда будет не рано? Когда будет правильно? Что может быть лучше, чем сейчас? — не понимала и не хотела понимать Антандра.

— Честный бой, тогда правильно, — с кашлем выплюнул он на землю сгустки крови, вытирая губы тыльной стороной ладони и отворачиваясь. Амрит не хотел показываться очередную слабость. Но в сравнении с тем, что она видела, это такие мелочи.

И все же девушке хотелось обнять его со спины, прижаться щекой к бледной коже и поддерживать так, как это делал он сам в тонких стенах ветхого сарая. Хотелось, не прячась, принести ему целебный отвар и вылечить горло, зацеловать каждый шрам и порез на теле, забрать губами его боль и разделить ее на двоих. Но она стояла на месте, пряча все хорошее внутри себя от тысячи скрытых глаз.

— Бег, — снова заговорил Амрит, когда смог совладать с острым приступом боли в горле.

— Бег? — не понимала Антандра уже отдельно брошенные слова. — Что ещё за б..?

«Нет, не бег. Побег», — поняла девушка, с ужасом делая шаг назад. Такие вещи не решают за одну минуту. Здесь нужен тщательно продуманный план, ресурсы, время, которого, конечно же, нет. Но дадут ли ей жить спокойно, даже если она вдруг выиграет и не умрет? Нет, точно, нет. Она будет постоянно под присмотром и на виду. Сбежать — самое лучшее решение, о котором страшно даже думать.

«Самое лучшее время выбрал. Лучше и не придумаешь», — истерично думала Антандра, не зная то ли смеяться, как сумасшедшая, то ли плакать, как маленький ребенок и проситься ко взрослому на ручки.

— И как помощь им взаимосвязана с этим? — побоялась девушка даже произнести слово «бег». Ее янтарные глаза блестели опасностью и неудержимым потоком мыслей. Времени нет. Есть только здесь и сейчас.

— Гребень.

Снова одно слово. И уже не понятно, что это значит. Сейчас Антандра не поняла, что он конкретно имел в виду. Но для начала действительно нужно разобраться с текущими проблемами, чтобы переходить к следующим. И для начала она должна найти паучий гребень в этом логове огромных мутантов.

Она не знала, как и что нужно делать. Но она доверилась самой себе так же, как сделала это в борьбе с касаткой, как выбрала нужную шкатулку. Так и сейчас, будто следуя по намеченному маршруту, девушка маневрировала среди пауков, проходя аккуратно и не создавая лишних телодвижений. Лишние прикосновения отвратительных тварей ей точно не нужны.

— Здесь, — остановилась Антандра перед перевёрнутой на спину тушей, которая одна единственная была не на своих восьми ногах.

Спазм скрутил желудок, и горькая кислота подступила к горлу. Было очевидно, что нужно сделать, но силы воли на это не было. Гребень там, в мягком и податливом брюхе, которое как будто специально, а в прочем, она в этом даже не сомневалась, было открыто на всеобщее обозрение.

— Я не могу, — с ужасом посмотрела Антандра на Амрита. Храбрость храбростью, решимость решимостью, но и это уже слишком. Возможно, если бы она снова обратилась, то убийство толстой твари не было бы проблемой. Но, во-первых, она не знала, как это сделать, а, во-вторых, даже если бы и знала, то не стала бы это делать перед остальными участниками. Как выяснилось, экраны арены могли перестать показывать происходящие события, но вот от глаз близ стоящих людей — нет.

— Прикажи, — осипшим, но ласковым голосом говорит мужчина, что нужно делать.

— Достань его, — делает то, о чем сказал ей оборотень, даже не пытаясь найти в себе силы на сопротивление и здравый смысл. Она уже всецело доверяет ему, даже сама этого не понимая.

Она отвернулась. Антандра не смогла найти в себе силы смотреть, как легко Амрит может убить кого-то. Он даже почти не прикладывает никаких усилий. А если бы его не было? Если бы не пришел, то смогла ли она вспороть брюхо и достать гребень? А ведь он также легко может свернуть им всем шеи.

Амрит протянул ей окровавленный продолговатый предмет, который Антандра не могла не то, что держать, смотреть отвратительно было. Сейчас она так радовалась, что от прямого прикосновения ее спасала перчатка, которая почти сливалась с темно-красной кровью.

— У нас осталось двадцать минут, — очень тихо сказала девушка, жалея о том, что именно сейчас у них остались свободные минуты. Лучше бы их не было. Лучше бы они трусливо уносили ноги из загребущих паучих лап.

— Хватит.

Развернувшись, Амрит пошел в сторону Умара, Адама и Клода, которые до сих пор не знали, как подступиться к дереву. Привыкшие полагаться на других мужчины были беспомощнее новорожденных детей.

— Госпожа приказала помочь, — уверенно сказал Амрит, даже не думая склонять перед ними головы.