Полукровка
Шрифт:
Как только дороги стали проходимыми для повозки, семья Браунов поехала в Бигфилд за провизией. Снег давно сошёл, но земля ещё долгое время была слишком влажной. Кэтлин хорошо помнила их осеннее путешествие, чтобы решиться вновь увязнуть в грязи. Поэтому она подождала пару недель, пока весеннее солнышко основательно не подсушило землю.
– Майкл, Габи, пожалуйста, видите себя хорошо. Я не хочу за вас краснеть, – предупредила она детей перед тем, как выехать.
– Конечно, мама, – ответили они хором.
– Мы всегда хорошо себя ведём, – добавила девочка с улыбкой. Сегодня она была одета в нарядное жёлтое платье, и ей не терпелось показаться в нём на людях.
Кэтлин медленно вздохнула, и они тронулись с места. Она взяла лошадей Арчибальда, надеясь на то, что они помнят дорогу лучше неё. Застоявшиеся в стойле животные нетерпеливо дёргали головами и выпускали клубы прозрачного пара на лёгком утреннем морозце. Солнце бодро поднималось из-за горизонта. Впереди у них был целый день, чтобы найти нужную дорогу.
К счастью, лошади действительно сами довезли их до Бигфилда. Женщине требовалось лишь задать направление. Всю дорогу Кэтлин и дети болтали, осматриваясь по сторонам в попытке запомнить новый путь. Из-за однообразного пейзажа в прериях было очень легко заблудиться, поэтому они старались обращать внимание на любой необычный предмет: ствол засохшего дерева, странной формы скалу или глубокую рытвину, чтобы ориентироваться на обратном пути.
Найти магазин среди нескольких десятков домов оказалось довольно просто. Он располагался на маленькой центральной площади рядом с почтой и офисом шерифа. Остановив лошадей напротив входа, Кэтлин оставила детей у повозки и направилась за покупками. Ей срочно нужно было обновить их гардероб и пополнить давно истощившиеся запасы провизии. Кроме того, в магазине можно было узнать последние новости, в частности о ежегодных ярмарках скота, на которых она надеялась продать часть своего поголовья. Два раза в год в самом начале лета и осени небольшой посёлок становился центром сбора для десятков фермеров. В эти дни здесь можно было купить любую скотину или птицу. В основном их брали на мясо или для обновления поголовья. Арчибальд был одним их старейших участников этих ярмарок. Кэтлин хорошо помнила, как любила в детстве приезжать на них. Она всегда восхищалась крепкими ковбоями и их шикарными подругами. А каких быков выставляли тогда на продажу! Маленькой девочке хотелось провести рукой по мускулистому телу каждого из них, несмотря на свирепые взгляды и громадные рога. Нетерпеливые и порой даже агрессивные, они всегда поднимали много пыли и, казалось, готовы были умчаться на край света, если бы их отпустили на волю.
Дядю знали и уважали все местные фермеры, поэтому им доставались лучшие места на выездке и различных смотрах. Сейчас, наверное, всё изменилось.
– Добрый день, миссис Браун! – звонкий голос вывел её из размышлений. – Приехали за покупками?
– Добрый день, миссис Стоун! Да, пора уже готовиться к новому сезону.
Невысокая пожилая женщина с бегающими глазками и копной седых волос, собранных в высокий пучок, была одной из главных сплетниц в Бигфилде в силу своей профессии. Несмотря на преклонный возраст, она могла похвастаться отличной памятью на лица.
– А я знала, что вы приедете. Все местные фермеры у нас уже побывали. Я прекрасно помню, как по осени они рассказывали, что к Арчибальду приехала племянница. Поэтому мы вас и ждали. Как поживает ваш дядя? В последний его приезд он выглядел не очень.
– Сейчас ему лучше. Спасибо, – не моргнув глазом, ответила миссис Браун.
Соврать оказалось не так сложно. О смерти Арчибальда она решила пока никому не рассказывать, дабы избежать лишнего интереса. Пусть лучше все думают, что в их доме есть мужчина.
Следующие полчаса Кэтлин занималась покупкой продуктов и подбором новой одежды, пока не услышала шум на площади. Сначала она подумала, что это обычная уличная суета. Но голоса становились всё громче. Она уже различала грозные крики и брань. Расслышать можно было только отдельные слова о ненавистных индейцах. Взволнованная женщина торопливо оплатила покупки и вышла на улицу, опасаясь за детей и повозку. В центре площади она увидела толпу местных жителей, которые окружили какого-то несчастного и, судя по всему, требовали для него наказания. Мужчины, женщины и даже дети выкрикивали ругательства и старались при возможности пнуть свою жертву или кинуть в неё камень.
Кэтлин забралась на козлы и уже собиралась уехать, когда услышала шёпот Майкла возле самого уха:
– Мама, это тот индеец.
С высоты повозки она попыталась рассмотреть лицо скорчившегося бедолаги. Тот же невозмутимый взгляд на смуглом грязном лице, та же поношенная шляпа. Тонкий шрам на левой щеке только подтвердил догадку Майкла.
– Что здесь происходит?! – громкий мужской голос потребовал разъяснений. Звезда шерифа еле заметно поблескивала на его пыльной куртке. – Я требую разъяснений!!
– Она украла трёх коров у Паркеров!
– Выгнать всех краснокожих!
– Повесить её!
– Житья нет от этих дикарей!
Раздались разрозненные крики из толпы. В шуме голосов Кэтлин слышала всю ненависть переселенцев к индейцам. Раньше она никогда не сталкивалась с этим так близко. В городах индейцы бывали редко, да и здесь они старались не появляться. Бесконечные войны и конфликты на новых территориях приучили их держаться подальше от переселенцев. Но те занимали всё новые земли, и встречи их были неизбежны.
– Хватит орать! Объясните мне подробно, что случилось! – потребовал, наконец, шериф.
Вперёд вышел тот самый молодой парень, который осенью приезжал свататься к Браунам. Активно жестикулируя, он начал свой рассказ несколько сбившимся голосом:
– Сегодня утром она украла наших коров! Она постоянно тут ошивается. Эти краснокожие уже достали! Надо выгнать их отсюда. Зря её тогда не убили.
– Почему ты не остановил её? – шериф прервал поток возмущений младшего Паркера.
– Если бы я был там, я бы застрелил её на месте!
– То есть ты не видел, что это именно она украла коров?
Вопрос, казалось, несколько удивил парня.
– Так больше и некому. Кроме краснокожих здесь никто не ворует. Да вы только гляньте на неё. Эта гордячка даже говорить с нами не хочет.
Кэтлин снова посмотрела на индианку. Взгляд её оставался таким же непроницаемым и равнодушным, как будто всё это происходило с кем-то другим. На лице красовалось несколько свежих ссадин, одежда была вся перепачкана и кое-где порвана. Правая рука придерживала, видимо повреждённое, левое плечо.
– Она не могла этого сделать! Я видела её утром возле своей фермы.
Кэтлин сперва даже не узнала собственный голос. Все лица одновременно обернулись в её сторону. Она же не собиралась ничего говорить. Она хотела просто уехать. Руки нервно затеребили поводья.
– Кто вы? – последовал резонный вопрос шерифа. Деваться теперь было некуда.
– Я Кэтлин Браун. Моя ферма находится примерно в 20 милях западнее Бигфилда.
– Вы родственница Арчибальда Брауна, как я понимаю?
– Да, я его племянница.