Чтение онлайн

– Подыхаю! – визжала в айфон Корнелия. – У Клячина теперь еще и дворец в Берлине. Кроме дома в Марбелье, квартиры в Лондоне и яхты за пять лимонов. Вот уж попал, так попал! Всегда все втихушку, чтоб наверху чего не подумали, а тут сел голой жопой в муравейник. Мише уже рассказала? Завтра вся Москва будет гудеть… Тридцать пять лимонов, Гейнсборо в оригинале, гобелены – много у Клячина врагов прибавится! Завтра расскажу Мирумян. А наша медийная прима с Клячиным спит, ой, как ей это будет интересно… Она точно всю телегу на уши поставит. «Полный П…»

– Что за полный пэ?

– Не что, а кто, пошарь канал в телеге… Запускаю сарафанное радио на полную громкость.

– Не суетись и не светись, агент Моссада сейчас сам всё запустит на полную громкость…

Наутро Зоя объясняла Хельмуту, что носорожьи чаши она пристроила в замшелый аукционный дом в Солсбери – они втроем говорили в Zoom. «Собор не забудь осмотреть», – веселилась Маруся. Даже Хельмут понял шутку про двух ГРУшников с «Новичком»… Темная история, не стоит Зое соваться в Солсбери, гнилое место. Обойдется без собора.

Носороги стоят в каталоге за семьдесят тысяч, на аукционе выйдет минимум восемьдесят, а то и больше. Аукционщику десять процентов, а Зоя согласна на пять, она уже бросила договор Марусе на почту.

– Восемьдесят минус пятнадцать процентов, получится шестьдесят восемь, – прикидывал Хельмут.

– Отдай die Dame шестьдесят, круглая цифра, возьми себе восемь, тоже хорошие деньги.

– По-хорошему, она должна со мной пополам поделить, она сама вообще не продала бы.

– Ну-ну, желаю удачи, – не передать Хельмуту смысла русского выражения «перышко в жопу и попутный ветерок».

Решив вопрос с рогами и процентами, Зоя принялась искать Наташу. Жучка врет, что не знает, как это Загревский продал дворец. Как же Зоя сама не подсуетилась, могла бы свести Клячина и с Марковым, и с Хельмутом. Они с Клячиным так душевно расстались, тот ей и цветы, и записку прислал.

– Наташа, ты где? Почему не звонишь?

– Сижу в Испании, внушаю себе, что у меня все хорошо. Игоря не слышала уже две недели.

– Куки говорит, вы поссорились, вот и звоню, ты как? – тут же нашлась Зоя.

– Хреново, Зой… Что тут сказать, сама все проходила.

– Как вышло, что твой Загревский продал дом, с которым носился Жучкин немец? Только не говори, что ничего не знаешь!

– Первый раз слышу, Игорь что-то говорил, но очень давно.

У Наташи поплыло перед глазами: она же для Игоря выуживала инфу, Игорь говорил, там комиссия пол-лимона, а теперь продал и молчит. Зная, какой у нее голяк с деньгами.

– Они с Жучкой все провернули, – продолжала Зоя. – Жучка меня измором взяла, чтоб я ее мужику продала миски из носорога в обход всех правил. А тут заявляет как ни в чем не бывало, что она дворец продала! И еще отпускает дебильные шутки про собор в Солсбери. Ей некогда было даже за носорогов мне спасибо сказать, они с вчера с твоим Игорем пили.

– Зоя! Какие носороги?

– Жучка меня запрягла продать две чаши из рогов носорога…

– Ничего не понимаю, Жукова вместе с Игорем тусит?!

Наташа была не в силах собраться с мыслями. Даже до ссоры из-за денег Игорь тоже молчал, ни разу о поместье не обмолвился. Дело и в деньгах, конечно, тоже, но и в чем-то гораздо большем… Он не хочет пускать ее в свою жизнь, так получается…

– Сижу в Испании, жду, когда он одумается, – произнесла она, чтобы что-то сказать.

– Понимаю тебя, у меня тоже сплошной стресс, – вздохнула Зоя, – Боря в Лондоне, на своей территории окончательно превратился в вампира. Ревнует уже к фонарному столбу. Куда собралась, почему на телефон не ответила, почему не прочла его месседжи, чем же была так занята. Выложила селфи в инсту – мы с Юсуфовой и Леной Самойловой на террасе Peggy Porschen, самое крутое место сейчас в Лондоне. Тут же звонок: «С кем ты там, покажи на видео». Считает, что я, как только выйду из дома, тут же трахаться бегу за угол.

– Вид на жительство сделала? – через силу произнесла Наташа.

– Сделала. Только не тут, а в Германии, там все онлайн провернули, мы с Борей только на интервью одним днем смотались. Во многих отношениях за ним как за каменной стеной, но этот вынос мозга постоянный…

– Кому сейчас хорошо. Я в Испании уже одурела, кроме пляжа и двух ресторанов тут ничего нет, дыра дырой, – Наташа произносила ненужные слова, думая совершенно о другом.

– Секунда, Корнелия на другой линии, я перезвоню…

В кои веки дамы света, причастные к истории с дворцом рассчитывали, что Миша, главное трепло того света, всем раззвонит про Клячина, севшего жопой в муравейник. А тот не успел, сам сел туда же. Продолжая ковать клиентам дарконы, пока горячо, полетел проталкивать очередную партию…

– У меня новость – угоришь! – кричала Куки в телефон.

– Знаю уже, Клячин купил дом бывшей жены Жучкиного немца – Зоя с трудом выговорила фразу.

– Это вчерашняя новость, а сегодня есть сегодняшняя! Мишу приняли!

– Куда?

– Не куда, а закрыли! Теперь тебе в Москву лучше не показываться.

Как и предсказывали, Наумова стопорнули на паспортном. Он пытался качать права, стращать погранцов, что им же боком выйдет, но дело было поздно вечером. Никому из специально обученных Миша не дозвонился, а обозленные погранцы сдали его ментам. Тем было пофиг, за что Наумов в розыске, опять же ночь на дворе – в воронке в отделение, и все дела. Мусора в Лобне, тупые и в хлам пьяные, продержали его ночь и еще полдня в обезьяннике, Ася пила литрами валерьянку, потому что телефон мужа молчал как вкопанный. К обеду ей позвонили из лобненского ОВД, она стала трясти Куки, умоляя включить все связи. Пока соображали, что делать, мусора все же додумались получить из суда определение о принудительном тесте ДНК. Вволю поглумившись над Мишей, они его отпустили. Наумов злой как черт…

– Ася его не выгнала? – поинтересовалась Зоя.

– Считаешь, ей открыли глаза на правду лобненские менты? – демонически захохотала Корнелия.

«Наумова вчера приняли в Шарике»,

– строчила она теперь Марусе.

– Я тут ни при чем! – Маруся бросилась звонить Наумову. – Мы с Корнелией ее отговаривали, буквально на руках у нее висли.

– Висли, но не довисли… Неужели это только месть?

– Мы, честно говоря, думали, что она все еще надеется тебя вернуть. Что Ася, узнав, сама тебя выгонит. А Ася оказалась умнее! – Жукова особо не выбирала выражения.