Чтение онлайн

– Приезжай, – коротко велел колдун.

Вскоре Иван стоял перед обшарпанной дверью колдуна. Он нажал кнопку трескучего звонка, за дверью послышались шаркающие шаги и таинственные позвякивания.

– Это ты? – наконец спросили оттуда.

– Это я, – подтвердил Иван.

– Точно ты?..

Наконец, замок щелкнул, дверь распахнулась, и на пороге показался длинный заросший субъект в засаленном махровом халате с целой гирляндой цепей и амулетов на жилистой шее.

Много слухов и сплетен ходило об этом человеке. Например, известен факт поглощения им в один присест шести литров забродившего Жигулевского и пачки окаменелых пельменей, не пожелавших разъединиться и съеденных одним куском. Несмотря на такие подвиги, обладатель колдовского диплома был пугающе худ, лицо его казалось изможденным, а под серыми беспокойными глазами пролегли желтоватые тени.

Выслушав Ивана, он заявил:

– Тут все ясно… Сейчас многие так забавляются. Вот случай: одна подруга любила гулять в астрале; день, два, а то и неделю шляется, и вдруг, приехали к ней родичи, смотрят, а она не дышит. Вызвали скорую. «Умерла», – говорят. И тут записка, мол, не трогайте меня и не волнуйтесь, ушла, дескать, в астрал… А ты говоришь! Да нынче такое творится! О-го-го!

– Вернулась? – разволновался Иван.

– Кто?.. А!.. Да бог с ней! – махнул рукою колдун. – Не в этом дело! Ты пойми, сейчас надо быть готовым ко всему! Земля входит в такие сферы… Скоро случится такое…

Вдруг колдун замер и покосился в глубину коридора.

– Ты ничего не слыхал?

– Нет, – испугался Иван. – А что?

– Я уже пару раз ее видел… – шепнул колдун.

– Кого?

– Саранчу!..

– Кого? – забеспокоился Иван. – Откуда у тебя саранча? В окно залетела?

– Да нет же! Это не то… Она ночью светится! – вращая глазами, объяснил колдун. – Огромная… как телевизор… И крыльями, знаешь, стрекочет…

Иван похолодел и попятился к двери, но колдун крепко сжал его руку.

– Вот что!.. Жди меня здесь, – велел он и скрылся в комнате.

Иван остался один в полутемной прихожей. По углам с потолка свисали гирлянды причудливых колокольчиков, пахло горелой травой от развешенных повсюду курильниц, жуткие африканские рожи косились со стен.

Внезапно послышался грохот, что-то опрокинулось, звякнуло стекло, наконец дверь распахнулась и показался колдун со свежей царапиной на щеке и целой кипой замусоленных книг.

– Так-то, брат, – проговорил он, хмуря брови. – У меня не пострекочешь… На вот, читай пока это, а там посмотрим… Главное не унывать. Испугать они, конечно, могут, а вот, чтоб чего больше, так это вряд ли…

«А больше ничего и не надо», – с трепетом подумал Иван.

3

Следующие несколько дней Иван спал при электрическом свете, а перед сном истово молился и крестил углы и стены по всей квартире. Жуткую книгу, после долгих раздумий, сунул-таки на полку, боясь даже прикасаться к ней. Кроме прочего, он приобрел в церковной лавке иконку Спасителя, а заодно и оберег в магическом бутике. Из книжек, всученных ему колдуном, Иван выведал, что всякий человек непременно обладает не одним, а сразу несколькими телами и вдобавок ко всему у каждого гражданина, вне зависимости от его желания, имеется еще некий неведомый двойник, за чьи шкодливые проказы вообще неизвестно кто должен отвечать…

И вот однажды в его квартире раздался телефонный звонок.

– Собирайся, – приказал колдун. – Бери палатку, надувной матрац, консервы и одеяло.

– Зачем? – испугался Иван.

– Мы едем на слет духовных направлений. Там все поймешь.

Электричка выбросила их в Яхроме, а старый дребезжащий автобус довез до Ильинского. Дальше шли пешком через село и поле, затем сквозь рощу, пока не вышли к широкой поляне, где рассыпалась мозаика разноцветных палаток.

– Ты устраивайся, а я скоро, – кивнул колдун. – Да и, кстати, вечером меня не жди…

«Ловко!» – позавидовал Иван.

Неподалеку он увидел огороженный веревкой участок, размером с волейбольную площадку, где первозданно голые мосластые мужики сосредоточенно рубили сучья для костра, а две решительно обнаженных особы противоположного пола со знанием дела помешивали что-то в закопченном котелке. Ни малейшего стеснения они, судя по всему, не испытывали, несмотря на весьма уже зрелый возраст и некоторую нескладность в анатомии. Неловкость, и то весьма незначительную, испытывали лишь окружающие. На воткнутой в землю сучковатой палке висела деревянная табличка с надписью: «П-В-Б».

– Простите… А что означают эти буквы? – скромно поинтересовался Иван у бородатого белозадого мужика, терзавшего топором сырую осиновую ветку.

– Пошел вон, болван, – ответил тот обиженно.

Иван поспешил дальше.

Кого тут только не было: колдуны, похожие на хиппи 60-х, романтические белые братья – длинноволосые, в длинных до пят белых рубахах, улыбающиеся всем и каждому безо всякой причины, – бритоголовые кришнаиты в оранжевых балахонах, голубоглазые русские марьюшки с бинди на лбу и в сари, адепты альтернативной христианской церкви с массивными деревянными крестами на шеях и даже таинственные и мрачные, похожие на готов, сатанисты… Все это пестрое общество кипело и существовало вполне безобидно…

Чуть поодаль одна энергичная пышногрудая дама с хитрыми глазками хлопнула в ладоши, созывая всех в общий круг. Когда круг собрался, она предложила провести совместную медитацию для спасения Земли. Тотчас из толпы к ней подскочил бойкий черноволосый молодец в клетчатой рубахе, назвался Аполлинарием Подземным и заявил, что гораздо важнее провести коллективный молебен во славу Солнца, а сама Земля без жизни на ней абсолютно никого не интересует.

Дама покраснела и, натянуто улыбаясь, процедила сквозь зубы:

– Ты еще слишком молод, сынок, чтобы давать советы. В особенности тем, кто старше и умнее тебя…

Аполлинарий хотелось было возразить, но, махнув рукой, пробубнил что-то и отступил.

4

С наступлением сумерек разжигали костры. Собирались компании. Что-то дымилось в котелках, потрескивали поленья.

– У нас в деревне живет одна старуха, так ее все боятся как огня, – рассказывала девица со вздернутым носиком, таким, что Иван сразу окрестил ее уродинкой. – Режут скотину – лучший кусок ей. Соберут урожай – мешок ей. Кому что прислали – ей подарок несут. Заходит она в любую хату и говорит, чего ей надо. Хлеб, яйца, молоко – все дают. А не дашь, так прямо на глазах мясо тухнет, молоко киснет, а то и скотина дохнет… Дойную корову мало кто держит, а у кого есть, у того вся деревня молоко покупает… Как-то раз, старуха пришла к молочнице. А та уж все продала. Старуха разозлилась. А на следующий день корова молочницу боднула и руку ей порвала.

– Ну, это почти в каждой деревне такие старухи есть, – сказала пышногрудая активистка спасения Земли. – Простой фокус.

– Еще случай был, – не сдавалась уродинка. – Мимо старухи шла девочка и язык ей показала. Глупая, совсем еще ребенок. Пришла домой, а язык аж во рту не помещается. Распух весь. Хорошо, что бабка у нее умная была. Расспросила, вызнала все, собрала мед, яйца и к старухе. И только она за порог вышла, как опухоль спадать начала… А еще пришла эта старуха раз в один дом и села у печки, а хозяйка возьми да ухват переверни; та сидела-сидела, только привстанет, а уйти не может, опять сядет, потом глянула на хозяйку нечеловечески и говорит: «Переверни ухват». Да так глядит, что мороз по коже до самых пяток. Та ухват перевернула и старуха ушла, а женщина и года после того не прожила, сморило ее…