Чтение онлайн

На месте ли веревка? Не случилось ли что с Кейси Брауном? Не пришлось ли ему покинуть дом до того, как он сбросил веревку? Если так, то не будет никакой возможности преодолеть пятнадцать метров пространства между пещерой и домом. Тогда и делать здесь нечего… Нет, веревка обязательно должна быть там!

Но если она на месте, то почему же Мэллори не может ее поймать? Почему он не может ее отыскать, хотя сделал целых три попытки? Трижды, он пытался нашарить ее бамбуковым шестом. Но слышал только противный скрежет крючка по голому камню. В четвертый раз, вытянув руки вперед до предела, он неожиданно почувствовал, что поймал веревку! Мгновенно дернул шест на себя и схватил ее раньше, чем полетел назад. Все… Он торопливо задергал сигнальную бечеву. — Раскачивать больше не надо.

Подъем по мокрой и скользкой веревке не прошел для него даром. Ничего не видя перед собой, совсем обессилев, он с помощью Миллера перебрался через край и лег, беспомощно хватая ртом воздух.

Миллер связал обе веревки вместе, подергал и увидел, как обе веревки исчезают в темноте.

Сначала перетащили тяжелую аккумуляторную батарею. Браун, обвязав батарею веревкой, спускал ее вниз, потом ее втаскивали наверх Мэллори и Миллер. Затем с чрезвычайной осторожностью они перетащили брезентовый мешок с капсюлями, детонаторами и взрывчаткой. Положили его на каменный пол рядом с батареей.

Внезапно стало тихо — тяжелые удары кувалды по стальной двери прекратились. В этой тишине было нечто угрожающее и тревожное. Молчание таило в себе большую угрозу, чем удары кувалды, которой немцы пытались взломать стальную дверь. Может быть, дверь поддалась? Может быть, замок сломан и немцы ожидают их во мраке туннеля с автоматами наизготовку? Тогда автоматные очереди в секунду пресекут их жизни. Времени на колебания не оставалось. Ждать они не могли ни минуты. Остановиться и взвесить все «за» и «против»? Нет! Время осторожности прошло. Умрут они или выживут — решится буквально через пару минут.

Держа возле пояса свой кольт, Мэллори мягко ступая, миновал проход между гигантскими орудиями. Здесь никого, видимо дверь все еще цела. Мэллори мигом взлетел по лестнице, остановился на самом верху и вслушался. Ему показалось, что он различает приглушенный гомон и шипящий звук по ту сторону тяжелой двери. Он наклонился вперед, чтобы получше слышать, оперся ладонью о стальную обшивку, хотел приложить к двери ухо, но с приглушенным стоном отпрянул назад. Руку пронзила боль: чуть выше замка дверь раскалилась почти докрасна.

Мэллори спрыгнул на бетонный пол туннеля в тот момент, когда подошел спотыкающийся под тяжестью аккумулятора Миллер.

— Дверь горяча как огонь! Они ее наверняка режут…

— Что-нибудь слышно? — прервал Миллер.

— Что-то вроде шипения…

— Кислородно-ацетиленовая горелка, — коротко бросил Миллер. — Они хотят вырезать замок. На это потребуется время. Дверь-то из брони.

— Почему же они не взорвут ее? Гелигнитом, или чем там вы в таких случаях взрываете?

— Даже и не думайте! — торопливо ответил Миллер. — Даже и не говорите об этом, начальник! Детонация — хитрая штука. Имеются достаточные основания предполагать, что в подобном случае здесь все взлетит на воздух. Помогите-ка мне, начальник, опустите этот чертов аккумулятор вниз.

Через секунду Дасти Миллер погрузился в свою стихию. Он был занят делом, забыв обо всех опасностях… Вся его работа заняла четыре минуты. Всего четыре минуты от начала до конца! Ради этих четырех минут они проделали все трудное путешествие. Ради них они преодолевали все препятствия. Мигом спустившись в склад боеприпасов, Миллер при свете фонаря по резкому переходу на направляющих от полированного металла к матовому определил место где останавливаются колеса подъемника со снарядом. Извлек взрывчатку из брезентовой сумки, достал оттуда же капсюль и детонатор — ртутный детонатор собственной конструкции, провода изоленту. Примотал черной изолентой два провода к задней направляющей, там где она была матовой, но матовый цвет уже кончался. Отступил на шаг, осмотрел работу издали — лента совершенно незаметна. Очистил концы этих проводов от изоляции и оголенные концы отогнул так, чтобы они, не касаясь направляющей, нависли над ее блестящей частью всего в сантиметре друг от друга. Затем собрал всю остальную цепь: взрывчатка, капсюль, детонатор и все это постарался как следует замаскировать. А вот и Мэллори с автомобильным аккумулятором, последним недостающим элементом цепи. Миллер подсоединил к нему провода. Все дело сделано! Теперь, как только орудия начнут стрелять, подъемник заработает, подавая снаряды, — колесо замкнет оголенные провода, и детонатор сработает.

Миллер, проверяя положение оголенных концов проводов на направляющей, похлопал Мэллори по ноге. Тот обернулся и увидел, как Дасти небрежно водит ножом всего в паре сантиметров от оголенных проводов.

— А знаете, начальник, — словоохотливо начал Миллер, — если я сейчас прикоснусь лезвием к проводам, вся чертова пещера разлетится в пух и прах… — Он задумчиво покачал головой. — Стоит дрогнуть руке, дернуться чуть-чуть, и Мэллори с Миллером среди ангелов!

— Ради Бога, убери подальше свой нож! — нервно бросил Мэллори, — И давай убираться отсюда к чертям. Немцы уже вырезали в двери целый полукруг!

— Давай только спрячем этот чертов аккумулятор в какой-нибудь темный угол, теперь-то его не видно, но при работе, наверное, здесь будет более-менее светло.

Через пять минут Миллер был в безопасности: спуститься по натянутой веревке туда, где их ожидал Браун, оказалось для него совсем нетрудным делом.

Мэллори бросил последний взгляд на каземат. По лицу пробежала недовольная гримаса. Он прикинул, сколько солдат будут обслуживать пушки и склад боеприпасов во время стрельбы. «Вся суть-то в том, — подумалось ему, — что немцы и не узнают никогда, в чем же дело, вот бедолаги!» Но потом он сотый раз вспомнил о парнях на Керосе, обо всех эсминцах, потопленных пушками, сжал губы и отвернулся. Не оглядываясь, скользнул через перила и исчез в ночи. Он был на полпути, в самой нижней точке натянутой веревки, и уже поднимался вверх, когда услышал прямо над собой отрывистый треск автоматных очередей.

Беспокойно оглядываясь через плечо, Миллер помог Мэллори перелезть через балконные перила. И Мэллори вдруг с досадой сообразил, что огонь ведется на западной стороне площади. Всего в четырех домах отсюда!

Путь к отступлению был отрезан огнем немецких автоматчиков.

— Пошли-ка, начальник! — поторапливал Миллер. — Давайте-ка выбираться из этого вертепа. Климат здесь становится нездоровый.

Мэллори мотнул головой в сторону выстрелов.

— Кто это там старается? — быстро спросил он.

— Немецкий патруль.

— Тогда, черт побери, как же мы отсюда выберемся? — воскликнул Мэллори. — Где Андреа?

— Вон там, на той стороне площади. В него-то и палят эти соколики.

— На той стороне площади?! — Он взглянул на часы. — Боже мой, да что он там делает? — Мэллори ходил по комнате, бросая вопросы через плечо. — Зачем ты его отпустил?

— Я его не отпускал, начальник, — мягко возразил Миллер. — Его уже не было, когда я здесь появился.

Вмешался Браун:

— На площади появился крупный немецкий патруль. Начался повальный обыск. Немцы принялись за дело рьяно и обшаривали сразу по два-три дома. Тут возвратился Андреа. Он решил, что немцы как пить дать обойдут всю площадь и нагрянут сюда через две-три минуты. И Андреа тут же помчался по крышам как летучая мышь.

— Чтобы отвлечь их? — Мэллори стоял рядом с Лукой и глядел в окно. — Дурак сумасшедший! На этот раз его убьют, точно убьют! Вокруг полно солдат. Во второй раз они на ту же удочку не клюнут. Андреа уже одурачил их однажды, в горах, а теперь немцы…

— Думаю это ему удастся, сэр, — возбужденно прервал его Браун — смотрите, сэр, смотрите! — Браун чуть не танцевал от возбуждения, совсем позабыв о раненой ноге. — Трюк удался, сэр, удался! Немцы наверняка решат, что там мы собираемся перебраться через стену на территорию форта.