Чтение онлайн

В центр Ростова удалось пробраться без особых приключений. Алешку и Вениамина только раз тормознул патруль на улочках Нахичевани – рабочего предместья на северо-восточной окраине. Дружинники не слишком пристально изучали документы, видимо, внешний вид двух пареньков их не насторожил.

Не мудрствуя лукаво, друзья решили поискать какую-нибудь инженерную часть, для чего направились прямиком к штабу Сиверса, чтобы немного понаблюдать и далее действовать по обстановке.

Сорокин снабдил ребят парой явочных адресочков и фамилией человека в интендантской службе штаба Ростовского фронта.

«Человек надежный, – говорил ротмистр, – но вестей от него давно не было. Прежде чем расспрашивать о нем, надо удостовериться, что он жив. А то сцапают вас – пикнуть не успеете».

Фамилия добровольческого агента была Степашечкин. Уменьшительно-ласкательное звучание вызвало у Алешки ироничную ухмылку. Весело посмотрев на Барашкова, он скаламбурил:

– Если у Корнилова, не дай Бог, вдруг поймают шпиона, то я не удивлюсь, коли его фамилия будет, например, Зайчишкин.

Однако Барашков был серьезен:

– Трус вряд ли на такое решится. Не в фамилии дело.

Улицу около большевистского штаба запрудили рабочие – формировалось ополчение. В толпе пролетариев, глазеющих на пригнанные из-под Таганрога броневики, мелькали полевые фуражки, ленточки бескозырок. Раздавались выкрики: «Кто на Южное направление? Получай винтовки!» Или: «Эй, с Кирпичного кто?»

Едкий дым самокруток, запах сапожной мази и еще Бог знает чего драл носоглотку.

Такая кутерьма была на руку. Хоть Алешка и Вениамин быстро затерялись среди ополченцев, страх держал в напряжении. Расслабиться было невозможно. Казалось, встречаясь с ним взглядом, враги легко могут прочитать его мысли и закричать: «Хватай кадетов! Вот они! Смерть им!»

Алексей понимал: для того чтобы сыграть хорошо, нужно вжиться в роль, и что его страх – самая большая помеха, но сердце все равно трепыхалось, когда кто-то из пролетариев смотрел на них.

У одного из бронированных автомобилей стоял шофер в коже и что-то с гордостью объяснял интересующимся. Какой-то парень в распахнутом овчинном полушубке недоверчиво тыкал закопченным пальцем то в лобовую броню, то, нагибаясь, показывал на рессору. Сомнения по поводу «выдержит-не выдержит» явно разделяли его товарищи – рабочие-металлисты.

Броневик «Остин-Ижорец» был наполовину «англичанин», и уже поэтому его тактико-технические качества вызывали сомнения. К тому же машина была трофейная. Из-под свежей краски проглядывал череп с костями.

«Отбит революционными матросами у Кутепова», – пояснил Барашкову шофер, которому уже порядком поднадоели мнительные мастеровые.

Барашков поинтересовался:

– А у поворотного механизма какой принцип? А вода в кожух охлаждения откуда подается? Ух ты!

Такой подход к предмету профессиональной гордости пришелся по душе собеседнику.

– Белкин, – протянул руку шофер. – Пошли, покажу.

Приглашая ребят кивком головы, он полез в люк.

Тут вышедший на крыльцо комиссар позвал: «Металлисты, закругляй разглядывать! Товарищ Сиверс вас на Глубокую посылает, „кадетов” бить».

Пропустив оживленных пролетариев, Лиходедов вслед за Барашковым полез на клепаную шкуру броневика.

В пулеметную амбразуру улица перед штабом выглядела иначе. Предельно суженное пространство и передвигающиеся в нем фигуры напоминали кадры синематографа. Персонажи онемели, став менее объемными, но зато более отчетливыми. Алешка задумчиво вглядывался в суетливую и выпускающую клубы дыма толпу.

«Отсюда каждый может стать постановщиком своего сюжета, – вдруг пришло в голову. – Стоит только нажать на гашетку. Вот только билеты на эту фильму нынче больно дороги. Господи, как трудно удержаться!»

Голос Белкина вывел Алексея из минутного транса.

– Ты, я вижу, в технике соображаешь! – командир экипажа весело хлопал Барашкова по спине. – А давай ко мне? У меня полный некомплект. Набранный мною экипаж при штабе обещали оставить, для охраны. Опять же – харч получше.

– Не, я с товарищем… – замотал головой Вениамин. – Мы на контру собрались, а тут штаб…

Друзья переглянулись. Понятно было, что удача сама прет в руки.

– Не боись. Друга твоего мы тоже определим: на «Остин» не меньше трех человек положено. Даже приказ по бронеотряду имеется.

– Может, согласимся, а? – для виду стал упрашивать Алешка.

Барашков сделал вид, что колеблется.

– Ну же, соглашайтесь, – заторопил Белкин. – Айда к начальнику!

Начальник бронеотряда возражать не стал, только бросил на бегу: «На твое усмотрение, Белкин. Ставь на довольствие к Степашечкину!»

– Ого! Вот это да! – так и подскочил на месте Алексей.

– Прямо промысел Божий, – шепнул неверующий студент-химик и украдкой перекрестился. – Но слишком хорошо – тоже плохо. Главное, не суетиться.

Красный интендант Степашечкин, как и полагалось, имел совсем не военный вид. Перебирая стопку продовольственных нарядов, лысоватый человек с лицом школьного учителя грустно посмотрел на новобранцев и, послюнявив палец, сделал им жест: «Сейчас, погодите…»

Откопав нужную бумажку, он успокоился:

– Ну-с молодые люди, чем обязан?

– Нас в бронеотряд определили, – протянул записку Белкина Алексей. – Он Барашков, я – Лиходедов.

– Поздравляю, – Степашечкин макнул перо в бронзовую чернильницу. – Значит, паек… А оружие у вас есть? Сам вижу, что нет. Идите, получайте. Да, еще вам куртки-кожанки положены, только их сейчас нет. Все комсостав выгреб. Два-три дня подождите, может, будут… Или вас отправляют куда?

– Да нет, мы пока при штабе оставлены, – наблюдая за мимикой собеседника, произнес Алексей.

– Тоже дело, – не моргнув глазом, согласился интендант.

– Нет, ты видел? – сказал Барашков, выходя со склада. – Он интересовался, куда отправят броневики. Значит, все-таки работает на наших?

На что Алешка только пожал плечами:

– Ну и что? Давай подождем пару дней, на всякий случай. Все равно ведь за куртками приходить.

Но в Ростове при штабе экипаж не оставили. Охранять командующего не случилось – Сиверс сам инспектировал «стратегические направления», передвигаясь в основном в броневагоне.