Чтение онлайн

— Выслушай меня, дай мне все объяснить и извиниться… Перегнул. Переклинило. Сам себя ненавижу за все эти ужасные слова.

— Говори.

— Прости за вид конечно… Но заниматься скалолазаньем я сегодня не планировал.

Шумно выдыхает и напряженно сжимает волосы на затылке, а потом совершенно неожиданно, лезет под куртку и достает из-за своей спины помятый, небольшой букетик белых лилий. Дурак мой любимый. Цветы в ужасном состоянии, на пол медленно падают ароматные и нежные лепестки. Но это так мило и трогательно… Как только узнал про них? В тот раз были банальные розы, а сейчас… Усмехаюсь, забираю этот потрепанный букет и вдыхаю их чарующий аромат. Божественно…

— Мы поговорим, но не здесь.

— Я никуда с тобой не поеду.

— Я не спрашивал твоего мнения.

Герман уверено и медленно принялся надвигаться на меня, я лишь выставила руку вперёд, упираясь своей ладошкой в его огромную, каменную грудь.

— Стой где стоишь.

Моя попытка насмешила его. Он перехватил в свои руки букет и швырнул его на кровать. Хищно оскалившись, без разговоров, подхватил меня на руки и закинул на свое мужественное плечо.

— Сиди смирно, а будешь брыкаться, отшлепаю тебя по твоей сладкой заднице.

Понимаю что сопротивляться ему бесполезно в данную секунду, когда его это останавливало? Я даже не брыкаюсь, послушно вишу на его плече.

— Ну ты и псих, Громов!

— Твой личный псих.

Слегка шлепает меня по ягодице, а потом плавным движением поглаживает ладонью по месту шлепка.

— Может ты мне ещё дуло пистолета к виску приставишь?

— Могу приставить что нибудь другое и не к виску.

— Извращенец! Пусти меня пока я тебя не покалечила.

От этих явных намеков мне становится не по себе. Нет! Я же понимаю, если мы окажемся сейчас наедине, сдерживаться будет практически невозможно. А я не могла… Не могла после Игоря поддаться его власти. Противно. Меня словно окунули в самую загнившую яму. Тут уж я начала брыкаться на его плече, крутилась так, что случайно ударила его локтем меж рёбер. Дура! Только сейчас понимаю что ударила его в место пореза. Он зашипел от боли, но хватку не ослабил.

— Ссс… Вот вообще сейчас не за что отгреб.

— Переживешь!

Пытаюсь выглядеть бездушной сукой, лишь бы он меня сам от себя оттолкнул, ведь так же проще, проще ненавидеть. А самой до одури больно, больно видеть как каждый раз он корчится и мучается испытывая физическую боль, она словно каким-то чудным образом передается и мне.

— Пожалей свои красивые ножки, будешь продолжать брыкаться, полетим с твоего балкона вниз.

Понимаю что веду себя глупо. Хочешь разговор? Поговорим… Все так же вися у него на плече, устало вздохнула, упираясь рукой о свой подбородок.

— Вот так, умница, ты мне доверяешь?

— Хм.

Чувствую как он качнул головой в мою сторону. Выжидающе ждет, даже с места не сходит. Доверяю ли я? Всецело… Доверяю и душу и тело, но упрямо это скрываю. Театрально подставляю палец к губам, демонстрируя ему, что принимаю сейчас якобы самое важное решение в своей жизни…

— Нет!

Герман нагло ухмыльнулся, открыл дверь ведущую на балкон и аккуратно стал перелазить через балконную перегородку.

— Да мы же убьемся! Пусти меня!

— Не дергайся.

Кое-как, с горем пополам, мы спустились вниз, не отпуская меня со своего плеча, он потащил меня к своей тачке. Подойдя к машине, самым наглым образом он взял и скинул меня на кожаное сиденье, от такого резкого падения на холодную кожу я ударилась рукой о бардачок.

— Ай, можно аккуратнее? Ты так галантен, просто охринеть.

Действительно больно ударилась. Локоть моментально заискрил неприятной колкой судорогой, доставляя значительный некомфорт.

— Сделай одолжение, уложи спать своего внутреннего демона.

— Скажи мне, мистер Халк, твои качалки уже закрыты, некуда силы деть? Давай в другой раз я стану объектом для твоих пыток.

— Меньше нужно руками размахивать.

Накинул на меня ремень безопасности, наклонился к моему лицу, провёл костяшками пальцев по щеке, а потом нежно коснулся своими губами моих, оставляя один трепетный поцелуй. Сладкие… Манящие, слегка шершавые, но такие желанные.

— Прости меня, не хотел сделать тебе больно…

— Не хотел, но сделал.

Обойдя вокруг машины, Герман быстро уселся на свое место и завел мотор.

— Голодна?

Смотрю перед собой через лобовое стекло на зажженный уличный фонарь, который меня завораживает мозаикой бликов. Молчу. Просто сижу в тишине.

— Ульяш…?

Замечаю боковым зрением как он разворачивается ко мне в полуоборота, хочет дотронуться до моего лица, но резко его рука зависает в воздухе. Не решается…

— Ты решила поиграть со мной в молчанку?

Скрестив руки на груди, отвернулась к холодному чуть запотевшему стеклу его тачки и молча уставилась смотреть на свет в окне первого этажа. Что я сейчас делаю? Что будет потом? Когда я вернусь после этой прогулки? Родители наверняка взбесятся, да и мой женишок будет в ярости. Но не хочу. Понимаю что надо вернуться, но меня будто гвоздями прибивают к этому креслу.

— Хорошо, давай помочим.

Раскинувшись в кресле, он напряженно обхватил оплету руля. Слышу раздражающий, бьющий по нервам стук его пальцев по рулю, но упорно пытаюсь игнорировать все эти его действующие мне на нервы явления.

— Ну хоть ядом своим попрыскай, скажи что ты меня ненавидишь, скажи что я мудак, скажи хоть что нибудь, твое молчание меня раздражает.

— Мне нечего тебе сказать, Громов..

Произношу так тихо, что сама себя не слышу.

— Понял, едем в тишине.

Джип Германа медленно выехал со двора моего дома на дорогу. Не знала куда мы едем, да и какая разница, с ним хоть на край света. Откинулась на сиденье, поворачиваясь к окошку, глубоко в душе, я сейчас была рада просто сидеть молча с ним рядом, ощущать его тепло и запах стойкого парфюма, которым я не могла надышаться. Рассекая по ночному городу, спустя какое-то время, почувствовала несколько минут тряски по бездорожью, а потом мы наконец выехали на дорогу, которая привела нас в небольшой посёлок. Я прекрасно уже понимала куда меня везут. Ведь я уже была здесь однажды…Подъехав уже к такому знакомому домику, я первая вышла из машины на прохладный воздух, а Герман проследовал следом.

— Пойдем, давай этот вечер проведем вместе, просто ты и я, без всяких выяснений отношений?

— Хорошо

Герман достал из заднего сидения несколько пакетов, видимо с едой, подошел ко мне, нежно взял мою руку, переплел наши пальцы между собой в крепкий замок, а затем уверенно повел меня внутрь дома. Пока он разбирал пакеты, я сидела в безмолвии и за ним наблюдала.

— Все как ты любишь, бургер, картошка и твой джем.

— Ежевичный… Помнишь…

Улыбаюсь краешком губ. Даже эту мелочь запомнил… Герман взял бутылку вина, сырную тарелку, мои любимые бургеры с картошкой и мы вышли на задний двор, размещаясь на открытой террасе.