Полюбить Дракона
Шрифт:
Диана оглянулась; пещера, полная сокровищ, поразила ее воображение, и она не знала, что тут самое красивое. Она пересыпала жемчуг с ладони на ладонь, но тут, в сияющей груде, он казался ей намного красивее, чем в ее ладонях. Что десяток жемчужин? Они ничто в сравнении с пещерным великолепием.
Диана находила какие-то броши, цепочки. Но выбрав в сверкающей груде одну вещицу, Диана с удивлением отмечала, что драгоценность теряет всякую привлекательность. И девушка теряла весь интерес к украшениям и возвращала их туда, откуда взяла.
– Ах, Ирментруда Диана, – посмеивался за ее спиной княжич. – Ты такая странная. Любая женщина нашла бы здесь то, что желает ее сердце. Утащила бы в свою норку; спрятала подальше с глаз. И только твое сердце не хочет части; ты запоминаешь и сохраняешь в своем сердце все. Не готова довольствоваться частью?
– Наверное, – нерешительно ответила Диана. – Мне кажется, отсюда нельзя ничего уносить.
– Твое сердце самое жадное, – шепнул княжич. – Не руки, и не глаза. Сердце. Ты сохраняешь в памяти все, чтоб порадовать сердце, и поэтому владеешь всем. Какая мудрая самка…
Диана меж тем подошла к сияющему сапфиру, к Сердцу Кита, и положила на него свою ладонь. В отполированных синих гранях, вспыхивающих ослепительным огнем.
– Он что-нибудь говорит тебе? – спросил княжич, наблюдая за девушкой. – Ты слышишь его?
Диана качнула головой, намереваясь ответить отрицательно, но вдруг синее сердце вспыхнуло изнутри дымным, черным, грязным светом, и оттуда, изнутри, к девушке шагнул Андрей.
Его лицо появилось за гранью так внезапно, что девушка отшатнулась, но не смогла отойти ни на шаг. Ее ладонь словно приклеилась к драгоценности, и там, в глубине синего самоцвета, с другой стороны, к ее ладони прислонилась ладонь Андрея.
– Андрей, – прошептала девушка в ужасе, изо всех сил стараясь освободиться.
Знакомое лицо молодого человека вдруг сделалось невероятно жестоким, порочным, черты исказились, и Диана забилась с криком, стараясь оторвать свою ладонь от драгоценности и бежать. Но не смогла.
– Отпусти меня! – потребовала Диана, затравленно озираясь. Но вокруг было темно, не было видно сопровождающего ее княжича, и сокровища казались в полумраке простыми песком и камнями. Девушка снова рванула прочь, вложив в движение всю силу своего молодого тела, но этот рывок отдался болью в руке, которая по-прежнему оставалась приклеенной к синему камню, и Диана закричала, бессильно обмякнув и повиснув на этой руке, словно привязанная.
– Андреас, – поправил ее шипящим, ненавидящим голосом молодой человек, наблюдая за ее бесплодными попытками вырваться. – Называй меня так. Я рожден здесь и наречен этим именем – Андреас.
– Кто… кто ты такой?! – в ужасе пробормотала Диана, отирая болезненный пот со лба. Молодой человек усмехнулся, в его черных глазах разгорелся недобрый огонек.
– Ты же знаешь, – издеваясь, ответил он. – Звездный Колдун. Лишенный крыльев изгой. Тот, кто рожден свободным и кого принуждают пресмыкаться и ползать на брюхе, в пыли!
– Так не делай этого, – произнесла Диана, но Андреас усмехнулся недобро.
– Когда хочешь взлететь, но крыльев нет, неизменно падаешь на землю, – страшно и злобно ответил Андреас. – Это очень больно. А смотреть, как парят те, кто запер тебя в этом теле, кто надел кандалы на свободные крылья, еще более невыносимо.
– Так причем тут я?! – выкрикнула Диана в истерике. – Я тут причем?! Это не я виновата в твоих бедах! И я тебе ничем помочь не могу! Ясно?! А вот ты мне мог! Ты мог! Ты мог выкупить меня и отправить домой! Мог договориться! Мог угрожать, мог сражаться за меня! Но не стал! Ты просто отступил, ты просто меня им отдал! Так зачем сейчас ты являешься ко мне с упреками и жалобами?! Хочешь, чтобы я тебя пожалела? Посочувствовала? Но у меня нет сочувствия к тебе!
Андреас смолчал, а у Дианы перед глазами промчались события последних дней. Ярость придала ей сил, она подскочила на ноги и ударила кулаком по холодной сапфировой грани.
– Ты же сам меня оставил! – закричала девушка. – Бросил! Отказался! Променял! Ты обманул меня! А я любила тебя! Я тебе подарила себя! Свои искренние чувства! Да я всю жизнь готова была с тобой прожить, я все готова была для тебя сделать, а ты!.. Ты меня на другую променял! На Ирку!
«…они украли у него Ирментруду. Гладенькую, милую», – шепнуло ей на ухо волшебство голосом княжича.
– Ирка?! – выдохнула Диана, пораженная догадкой. – Ты у князя украл самку?! Это она? Ирка? Эта подлая гадина, отправившая меня сюда, в свободное плавание – Ирментруда, Ирка?!
Андреас смолчал, недобро кривя губы, и Диана зашлась в хохоте:
– Что же ты не наслаждаешься своей гладенькой, красивой Ирментрудой?! Чешуя у нее где-то не там отросла?! Или стащил, да не ту? Она тебе лапши на уши навешала, наобещала, а оказалось – врет?! Зачем, кстати, тебе эта кривоногая? Это ж змея скользкая, и ты ей не нужен нисколько! Драконы говорят – самки их любить не умеют, только притворяются! И золото считают! Поверил в ее вранье?! В ее сладенькие речи? Чем она тебя взяла? Безотказностью? Или смотрела на тебя собачьими преданными глазами?! Как она тебя обманула? Расскажи, мне же интересно! Я знать хочу, чем она лучше меня! Что тебе надо было, я хочу слышать!
Диана кричала и кричала свои обвинения, обидные горькие слова, а Андреас слушал его, и в глазах у него закипала лютая ярость.
– Я всего лишь ошибся, – задушенным голосом ответил он. – Не она была необычной Ирментрудой. Это я понял тотчас, как она тебя сюда закинула…
– Ты сам от меня отказался, – мстительно выдохнула Диана. – Ты ей позволил меня «закинуть». Необычности хотел? Так ты ее навсегда потерял! Я теперь принадлежу князю и его брату! И ради тебя и пальцем не двину!
– Нравится там? – недобро усмехнулся Андреас. – Эти пресмыкающиеся еще не трахали тебя? Обычно они не тянут; сразу набрасываются. Вдвоем, втроем, сколько их там, в гнезде. Но предупреждаю, милочка: любить они не умеют. Только похоть ими движет. Только запах твоей распаленной киски. Возбудится другая самка – и она помчатся на ее запах… как животные…
– Трахали! – выкрикнула Диана. – О, еще как трахали! Боже, как они меня трахали! Я каждый миг пережила бы еще раз по десять – так мне хорошо с ними было! Ты и твой несчастный, мелкий огрызок – ничто в сравнении с князем! А княжич… тебе и не снился такой темперамент! Так что пусть животные – но ненасытные и такие страстные! И меня так просто, за кривоногую самку, они никому не отдадут!
– Замолчи, – задушенным голосом произнес Андреас, но Диана и не думала его слушаться.
– А то что, дружочек? – издевательски ответила она. – Что ты сделаешь мне, дракон, лишенный крыльев? Укусишь? Но у меня есть, кому кусать.
– Я отравлю твою жизнь! – прохрипел Андреас с ненавистью. – Каждый вздох, каждый миг станут невыносимы!
– О, как же, интересно? – оживилась Диана. – Что ты можешь? Ты – никто, и сюда, в княжий дом, тебе не пробраться. А вот я тут вроде самой драгоценной вещицы. Они оба надо мной трясутся. Особенно младший. Знаешь, мне кажется, что он готов принять то, что самки тоже имеют душу и могут влюбляться. А старший так и льнет к теплу. К нежности. Как думаешь, кто первый в меня втрескается?