Чтение онлайн

Восемь шагов до двери показались ему восемью сотнями. После того как он преодолел их, ему пришлось остановиться и отдохнуть. Грудь сдавило, дыхание было невероятно тяжелым. Алекс прислонился к стене как раз за открытой дверью, так что его не было видно из холла.

«Ты должен, ты обязан собрать все свои силы», – приказал он себе, прикрывая глаза, так как комната начала слегка покачиваться и кружиться перед ним.

«Даже если ты его найдешь, ты не сможешь остановить его и он сделает с Куртни и Колином все, что ему захочется. Ты не имеешь права быть настолько слабым. Это всего лишь шок. Тебя ранили, ты истекаешь кровью. Но ты должен преодолеть себя, иначе всем придется умереть».

Леланд содрал клейкую ленту со рта Куртни и прикоснулся к ее бледным, бескровным губам.

– Теперь все в порядке, Куртни. Дойл мертв. И нам не нужно беспокоиться об этом. Мы с тобой – я и ты – против всех.

Куртни не могла говорить. Она была бледна как смерть, ее золотистая кожа приобрела молочный оттенок.

– Сейчас я разрешу тебе встать, – улыбаясь, продолжал он, – если ты, конечно, будешь хорошо себя вести, будешь хорошей девочкой, я развяжу тебе ноги и руки – чтобы мы могли заняться любовью. Хочешь?

Куртни отрицательно покачала головой.

– Ну конечно, хочешь.

На первом этаже разбилось окно, и послышался звон осколков, падающих на голый пол.

– Это полиция, – произнесла Куртни, сама не зная наверняка, кто это, но желая напугать его.

Леланд, начавший было развязывать ее, резко встал.

– Нет, – сказал он, – это мальчишка. Как я мог забыть про него?

В замешательстве он повернулся к ней спиной и пошел к дверям.

– Не трогай его! – закричала Куртни. – Ради всего святого, не трогай его!

Леланд не слышал ее. Он мог воспринимать только одно и думать только об одном в каждый отдельный момент времени. Теперь это был мальчик. Он должен найти его и убить, уничтожить последнее препятствие, стоящее между ним и Куртни.

Леланд вышел из спальни и направился по коридору к лестнице, ведущей вниз.

Когда Алекс услышал внизу звон разбившегося и посыпавшегося на пол стекла, он подумал, что Колин, должно быть, привел кого-нибудь на помощь. Но потом он вспомнил, что парадная дверь была открыта. Почему они не вошли через нее?

И сразу же понял, что Колин вообще не ходил за помощью. Напротив, этот мальчишка взял из машины пистолет, тот самый, о котором забыл Алекс. В самый неподходящий момент Колин решил, что открытая входная дверь передней – это ловушка, поэтому обежал вокруг дома и, чтобы проникнуть внутрь, разбил окно. Мальчик пришел им на помощь совсем один. И хотя это был очень смелый поступок, решившись на него, Колин подписал себе смертный приговор.

Дойл сумел наконец оторваться от стены, и в этот самый момент закричала Куртни. От удивления Алекс едва не упал, споткнувшись о собственную ногу. Куртни жива! Конечно, он пытался убедить себя, что с ней все в порядке, но не верил в это. Он ожидал найти ее труп.

Алекс повернулся лицом к двери в холл как раз в тот момент, когда сумасшедший дошел до лестницы и начал спускаться вниз. Алекс увидел его.

Из их спальни вновь послышался душераздирающий крик Куртни:

– Не трогай его! Не убивай еще и моего брата!

«Он сказал ей, что я мертв», – подумал Дойл.

– Куртни! – позвал он, нимало не заботясь о том, что тот, внизу, мог услышать его. – У меня все в порядке. С Колином тоже все будет хорошо.

– Алекс! Это ты?

– Я, – сказал он. И крепко сжав здоровой рукой свое оружие, он прошел через лестничную площадку и быстро стал спускаться вниз, торопясь настигнуть маньяка.

– 24 -

Колин подергал застекленную дверь в кухню. Она была заперта. Ему не хотелось тратить время на поиски открытого окна, так же как и входить через парадную дверь. Алекс сделал это и пропал, словно дом поглотил его. Колин колебался лишь секунду, а потом взял пистолет за дуло и рукояткой что было сил ударил по одной из стеклянных панелей двери.

Колин подумал, что должен будет проникнуть в дом достаточно быстро, чтобы успеть найти укрытие до того, как сумасшедший войдет в кухню. А потом он выскочит и выстрелит в него.

Однако Колин никак не мог найти задвижку. Просунув руку через образовавшийся проем и оцарапавшись об острые края разбитого стекла, он ощупал внутреннюю сторону двери, но безуспешно. Казалось, что задвижки там не было вообще.

Колин взглянул в противоположный угол ярко освещенной кухни, на дверь, из которой должен появиться этот ненормальный. Теряя драгоценные секунды, он, с шумом дергая дверь, пытался отыскать невидимую щеколду. И вдруг нашел ее. Вскрикнув, Колин повернул задвижку и толчком открыл дверь. Держа пистолет прямо перед собой, он с шумом ввалился в кухню.

Но еще до того, как Колин начал искать место для укрытия, в кухню вошел Джордж Леланд. Колин сразу узнал его, хотя не видел уже более двух лет. Но это не остановило мальчика. Он направил дуло пистолета в грудь Леланду и нажал на спусковой крючок.

Отдача от выстрела с силой ударила его по рукам, прошла до локтей. Леланд зарычал и рванулся вперед со скоростью экспресса. Он замахнулся и ударил Колина. Тот неуклюже растянулся на блестящем кафеле. Пистолет с грохотом покатился по полу, задевая за ножки стола и стульев. Теперь до него было не дотянуться.

Увидев это, Колин понял, что его первый и единственный выстрел не попал в цель.

Алекс потерял Леланда из виду, когда тот вошел в кухню. Почти в то же мгновение прогремел выстрел. Алекс услышал, как заорал сумасшедший, потом – как вскрикнул Колин и что-то с грохотом упало на пол.

Но Алекс не знал, кто в кого стрелял.

Бегом преодолев последние несколько футов, он ворвался в кухню и занес над головой Леланда обломок доски с торчавшими из нее кривыми гвоздями.

Колин лежал на полу возле холодильника и время от времени пытался подняться на ноги. В стороне от него, где-то в двух ярдах, незнакомец медленно поднимал пистолет…

Закричав от ярости, издав какой-то совершенно дикий вопль, Алекс изо всех сил замахнулся своей дубинкой и нанес Леланду удар сзади. Гвозди раскроили ему череп.

Леланд взвыл, выронил пистолет и обеими руками схватился за голову. Он сделал два шага и оперся локтями о разделочный стол.

Алекс ударил его еще раз. В этот раз гвозди вошли в пальцы, пронзив их насквозь до черепа. Дойл выдернул доску.