Поменяемся?
Шрифт:
— Моя мама — учитель до мозга костей, — напоминаю я со вздохом. — Ты готов в почти тридцать добровольно вернуться за парту?
— Короче, думаешь съехать, — резюмирует Рафаэль.
— Конечно. В течение недели подыщу новую квартиру.
— Ты могла бы оставаться у меня.
Опустив глаза, я ковыряю крошечную дырку на скатерти.
— Я знаю, что ты чувствуешь за меня ответственность, но не стоит. Мы оба только что закончили долгосрочные отношения и едва ли готовы так сразу делить жилплощадь. Тем более когда Лиана… Думаю, ты сам понимаешь.
Он кивает.
— Понимаю, конечно. Вместе выберем тебе квартиру.
— Так годится, — соглашаюсь я, заулыбавшись. Нужно при встрече непременно обнять его тетю Наилю за то, что вырастила сына настоящим мужчиной.
После ужина едем к моей маме. Завидев за моей спиной Рафаэля с сумками в руках, она таращит глаза.
— Этот мальчик теперь будет жить с нами, — ляпаю я и, заметив проступивший ужас на ее лице, спешно поясняю: — Это шутка. Рафаэль помог мне перевезти вещи.
— А… понятно, — растерянно бормочет она, отступая назад. — Вы проходите, проходите… Чай будете?
— Можно, — Рафаэль относит сумки в мою комнату, обувается и выходит за второй партией.
Мама смотрит ему вслед с изумлением и опаской.
— А это он тебе как друг помогает или…?
— Оба варианта, — улыбаюсь я, чувствуя себя по-идиотски счастливой.
— А… Лиана?
— Долгая история. Рафаэль свободен, если ты об этом.
Мама сводит брови к переносице, будто пытается смириться с чем-то, и молча уходит на кухню. Решив дать ей осмыслить информацию, я иду к себе в комнату, прикидывая, куда распихать сумки. Два баула убрать под кровать, один распотрошить, чтобы было во что переодеться.
Слышится хлопок входной двери, грохот сбрасываемых ботинок, звук шагов. Рафаэль с остатками моих вещей появляется в дверях спальни.
— Ее куда? — уточняет он, кивая на хлебопечку.
— Может, закинуть на шкаф? — предлагаю я со вздохом. — Она вряд ли когда-нибудь мне понадобится. Я не адепт готовки, имей в виду. То есть, я умею и готовлю, но без изысков.
— Ты меня о подводных камнях пытаешься предупредить? — В голосе Рафаэля читается усмешка.
— Вроде того. Чтобы не быть уж слишком идеальной в твоих глазах, — кокетничаю я.
— Я по натуре крестьянин. Люблю гречку с яйцами да борщ с котлетами. Осилишь?
Ощутив внезапный прилив веселости, я хихикаю.
— Думаю, организовать смогу.
— Чай готов! — доносится из кухни. — Приходите!
Спустя три минуты мы сидим за столом. Мама делает вид, что размешивает варенье, а на деле украдкой наблюдает за Рафаэлем, словно оценивая, достоин ли мальчик, по виду напоминающий хулигана, занять место ее любимчика.
— Это с чабрецом? — Рафаэль вопросительно смотрит на нее поверх чашки.
— Да, — сдержанно соглашается мама. — С тимьяном. Не нравится?
— Моя дэвани такой же заваривала. Больше нигде не встречал. Вкусно.
— А я его на рынке у одной женщины покупаю, — она моментально оживляется. — У нее настоящий, горный, а не вот эта пыль аптечная.
— Хороший, — кивает Рафаэль, делая большой глоток. — Дэвани делала с молоком.
— Так ты чего сразу не сказал! — Метнув в меня укоризненный взгляд, мама вскакивает и бежит к холодильнику. — Вот же свежее есть, только купила.
Глядя, как заботливо она придвигает молочник к Рафаэлю, становится понятно, что дело на мази. Симпатия школьного учителя — вещь изменчивая. Сегодня в любимчиках ходит один, завтра уже другой.
— Поедешь в отель? — Понизив голос, Рафаэль наклоняется ко мне.
— Если ты не обидишься, сегодня побуду дома, — шепотом отвечаю я. — Надо вещи разобрать и с мамой побыть. Она и так сбита с толку.
— Ладно. С утра тогда за тобой заеду.
Я непонимающе хлопаю глазами.
— Зачем?
— Так у тебя же машина возле офиса осталась.
Я собираюсь ответить, что вызову такси, но вовремя прикусываю язык.
Нет, правда, в какой момент я разучилась просить и принимать помощь? То ли это влияние практичного подхода Вити, считавшего, что по возможности все надо делать самому и не обременять других, либо это я сама, которая так гордилась умением со всем справляться, что стала забывать, как это — положиться на кого-то еще.
— Хорошо, — скромно соглашаюсь я. — Буду ждать.
В коридоре мы, забыв о наличии в соседней комнате мамы, страстно целуемся. В какой-то момент я даже умудряюсь опустить руку Рафаэлю на ягодицу и сжать.
— Уверена, что не хочешь со мной? — бормочет он, одергивая джинсы.
— Очень хочу, — подтверждаю я, отстраняясь. — Но сегодня побуду дома. У нас куча времени.
Рафаэль уходит, оставив меня стоять с пылающими щеками и чувством томительного распирания внизу живота.
— Ушел? — голос мамы заставляет меня обернуться.
Ответ очевиден, но я все равно киваю.
— И как у вас? Серьезно?
— Наверное.
Она скептически хмурится.
— Наверное? Это как?
Улыбнувшись, я решаю озвучить ей то, о чем думала несколько дней.
— Ты как-то сказала, что вдвоем всегда лучше, чем одной. Я не согласна. Мне нравится быть одной гораздо больше, чем быть с кем-то по привычке. Мне кажется, отношения имеют смысл только, когда тебе хорошо и одному, но вдвоем вам все-таки лучше.
— И как тебе с ним? — Мама кивает на дверь.
Моя улыбка становится мечтательной.
— Очень и очень хорошо. Настолько, что не возникает даже мысли заводить кошек и красиво стареть одной.
77
Полгода спустя
– - Снова опаздываешь, -- замечаю я, задумчиво глядя в монитор в попытке решить, какой диван лучше подойдет в гостиную. Угловой или все-таки прямой? Горчичный или цвета мокко?
– - У Толика колесо спустило, и мы остановились его менять, -- весело отзывается Лера, плюхая сумку на стол.