Чтение онлайн

— Тепло? — переспросила я, не сразу поняв.

— Понимаешь, обычно люди от нас чего-то хотят, — он говорил спокойно, почти мягко. — В силу нашей природы мы можем ощущать чуть глубже, чем вы. И чувствуем, если за словами или действиями есть скрытое намерение. А у тебя его нет. Когда ты нас целуешь или обнимаешь, ты делаешь это просто потому, что хочешь. Не ради выгоды, не ради влияния. Просто потому, что тебе этого хочется. И это… очень приятно. Такого давно не было.

— В смысле — давно?

— Ну… возьми, например, ту ночь в клубе, когда мы отправили тебя домой, если помнишь. Если мы подходили к женщинам — или они к нам — за этим всегда стояло что-то ещё. Материальный интерес, желание статуса, личная выгода… Но не мы сами. А с тобой всё иначе. Когда мы обнимаем тебя, мы чувствуем только твоё желание, чтобы мы тебя обняли. И всё.

Я слушала молча, а он чуть наклонился вперёд, глядя в кружку, будто собираясь с мыслями.

— Поэтому, когда появился этот Виктор… нам стало неприятно, — тихо произнёс он. — Не потому, что мы тебе что-то запрещаем, а потому что не хочется… делиться.

— Я же не ваша, — напомнила я.

— Мы знаем, — в уголках его губ появилась тень усмешки. — И от этого только хуже.

Он негромко рассмеялся, но без насмешки — скорее, с какой-то растерянной теплотой.

— Ты права, это нас не касается. Просто мы бы не хотели терять то волшебное и простое, что ты нам даёшь.

Мы сидели рядом, и я всё ещё переваривала его слова. Мотивы… если честно, у меня они как раз двойные. Странно было такое слышать от него. Но он прав: целую я их не из-за расчёта. Просто потому, что они мне нравятся. А в других обстоятельствах… Ну, других обстоятельств не будет. Так что и мечтать нечего.

Он вдруг кладёт ладонь мне на колено. Тепло пробирается сквозь ткань, и я ловлю себя на том, что мне это очень приятно. — Вот я об этом, — произносит он тихо. — Ты такая отзывчивая… и нежная.

Он берёт мою чашку, ставит на столик, а меня притягивает к себе на колени. Я не сопротивляюсь — напротив, в этой близости есть что-то опасно уютное.

— Я бы хотел, чтобы ты осталась с нами и после контракта, — он касается губами моего носа.

— Предлагаешь мне работу?

— Предлагаю тебе стать моей.

— Что?

— Ну… скорее, нашей, конечно. Но Нейв пусть сам предлагает.

Я совершенно сбита с толку. Он улыбается, целует меня в губы коротко, но так, что внутри всё переворачивается.

— Хочу, чтобы после того как твой контракт закончится, ты осталась с нами. Так уж вышло, что я не могу предложить тебе не дорабатывать — мы не найдём тебе замену. Но я хочу большего. Хочу целовать тебя и обнимать не только эти несколько недель.

Я в шоке. Его губы снова находят мои, и я таю в этом поцелуе…

— Хочешь быть моей, Лиана?

— Хочу, — шепчу я и отвечаю на новый поцелуй, пока внезапно не вспоминаю, кто я и где. — Нет, нет, нет. Прости. Я не могу, — вырывается у меня.

Я соскальзываю с его колен, но он тут же возвращает меня обратно. — Что случилось? Ты ведь не соврала, когда сказала, что хочешь. Если наши чувства взаимны, в чём проблема?

Внутри всё сжимается, больно до слёз. — Я просто… не могу, — шепчу я.

— Что не можешь? — раздаётся голос Нейва. Я вздрагиваю, оборачиваюсь — он стоит в дверях.

— Я предложил Лиане стать моей, — невозмутимо сообщает Аррас.

— В смысле — твоей? А моей? — Нейв хмыкает и переводит взгляд на меня.

— Она сказала, что хочет, но не может. И не соврала, — добавляет Аррас.

— Почему не можешь, кошечка? Ты уже пообещала кому-то своё нежное сердечко? — спрашивает Нейв.

— Нет, — выдавливаю я.

— Тебе нравится кто-то другой? — уточняет Аррас. Эти два детектора лжи явно издеваются.

— Нет.

— А мы тебе нравимся? — теперь Нейв.

— Да, — почти неслышно.

— Оба?

— Да.

Мужчины переглядываются, явно не понимая, в чём же тогда проблема.

— Тогда просто стань нашей, — спокойно говорит Аррас. — Это же логично. Ты нравишься нам, мы нравимся тебе. Нам с тобой очень хорошо. И мы не хотим, чтобы у всяких Викторов был шанс тебя у нас украсть.

Я тихо смеюсь на его комментарий про Виктора, и Аррас снова целует меня — глубже, чуть дольше, чем нужно, оставляя во рту лёгкий вкус чего-то горячего и пряного. Тепло его рук исчезает, когда он отпускает меня, и тут же рядом садится Нейв, занимая то место, где я сидела секунду назад. Он без лишних слов утаскивает меня с колен Арраса к себе, усаживает на свои, будто я невесомая, и мягко проводит ладонью по щеке. Его пальцы — тёплые, уверенные, будто знают, куда прикоснуться, чтобы я перестала дышать.

Он целует меня, и этот поцелуй другой — медленный, глубокий, как тихое признание. — Знаешь, сегодняшний день был просто ужасным, — шепчет он, касаясь моих губ вновь. — Смотреть на тебя рядом с Виктором… это невыносимо.

— У меня между… — я сбиваюсь, но быстро исправляюсь, — между мной и Виктором ничего нет.

— Я знаю, — его ладонь всё так же держит моё лицо, заставляя смотреть в глаза. — Но от этого не легче. Я хочу, чтобы ты стала моей… — он бросает взгляд в сторону Арраса и добавляет, — нашей. Чтобы даже если ты вдруг окажешься рядом с любыми Викторами, я знал: ты всё равно моя.

Я обвожу их обоих взглядом и, стараясь, чтобы голос звучал ровно, спрашиваю: — Почему… почему сразу с двумя? Почему не одного?

Они переглядываются. — А ты хочешь быть женщиной только одного из нас? — уточняет Аррас.

— Нет… дело не в этом, — отвечаю я, чувствуя, как в груди всё путается. — Я просто не понимаю… почему вы не найдете себе двух женщин.

Нейв усмехается уголком губ, а Аррас наклоняется чуть ближе, его глаза становятся серьёзными: — Если ты согласишься быть нашей… мы тебе расскажем.

Я замираю, обдумывая их слова. Если соглашусь, то смогу узнать не только то, почему они хотят одну женщину на двоих… Возможно, это даст мне и другие ответы, куда более важные.

Это подло. И некрасиво. Но на кону — мой сын.

— Хорошо, — произношу я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Аррас тут же морщится. — Неприятно, когда ты соглашаешься из-за выгоды.

Нейв усмехается. — Да ладно, хорошо, что ее выгода такая… забавная.

Я понимаю, что они ощутили мою настоящую причину, но приняли её за то, что я просто ведусь на обещание Аррвса рассказать тайну. Что ж, выходит, их тоже можно обмануть. Навык сомнительный… и точно не тот, что я хотела в себе развивать.