Чтение онлайн

… ираи жалобно пищал. Он ползал по демонице в поисках гм… еды, отчего Клео имела крайне растерянный вид.

– Да, милая, я тебе понимаю, – усмехнулась, осторожно входя в вольер. – И сочувствую. А теперь предоставь это мне, а ты отдохни.

Показалось, что бакэнэко благодарно кивнула и, осторожно поднявшись на стройных лапах, перепрыгнула ограду и вышла на улицу.

– Фух… – выдохнула, радуясь, что всё прошло относительно гладко и устроилась на подстилке из сена с медвежонком на руках.

Малыш смешно причмокивал, присосавшись к соске, вызывая у меня неконтролируемые приступы умиления.

«Интересно, как там мои подопечные в клинике?» – тряхнула головой, отгоняя прочь грустные мысли и сосредоточилась на кормлении.

Ишида появился по обыкновению бесшумно. Скорее, я просто почувствовала на себе его изучающий взгляд.

– Разве… разве ты не скучаешь по своему миру? – спросил настороженно. Странно, что его вообще волнует подобное. Разве ему не всё равно?

– А это что-то изменит? – усмехнулась, правда, не так беззаботно, как хотелось бы. Нотки досады и сожаления всё равно проскочили в голосе, вынуждая меня поморщиться. – Гм… я решила не переживать об этом. Ведь моё возращение домой зависит от того, как быстро я помогу вам справиться с браконьерами. Сосредоточусь на этом.

Ишида ничего не ответил, ни единой эмоции не отразилось на его мраморном лице, но ведь не зря говорят, глаза – зеркало души. А вот его душу сейчас раздирали противоречивые эмоции, которым Повелитель чудовищ вряд ли сам знает определение. А мне не очень-то хочется вмешиваться в его внутренний конфликт.

– Расскажите о семихвосте. Почему за ним охотились браконьеры? – смена темы, лучшая тактика во все времена, ни разу не подводила.

Змей поднёс пальцы к переносице и слегка потёр её, видимо, медленно возвращаясь в реальность.

– Семихвост… наделён особой энергией, его давно пытаются поймать, чтобы создать эликсир бессмертия, так как семихвост обладает регенерацией и живёт довольно долго.

– И люди реально думают, что смогут из этого существа сварить такой эликсир? – мои глаза непроизвольно расшились.

Нет, я знала, что люди безумны и жестоки в своих стремлениях… ладно, чего уж говорить, даже в моём мире истребляют животных по очень сомнительным причинам. Например, рог носорога якобы лечит рак, а во Вьетнаме его растирают в порошок и используют, как лекарство для душевного спокойствия. Достаточно вспомнить сколько уникальных видов вымерло по вине человека. Всё это очень печально.

– Мне сложно понять людей, – признался Ишида.

– А вы пытались? – выгнула скептически бровь. Как-то не верится.

… ираи хорошо поел и умудрился заснуть с соской в пасти.

– Не особо, – не стал отпираться змей. – От чудовищ я не видел столько жестокости, сколько от людей. Я просто хочу, чтобы они не приходили в мой лес.

Я ещё секунд пятнадцать смотрела в синие глаза змея, ощущая его беспокойство. Беспокойство не за себя.

– А есть другие… эм-м… похожие на вас? – ничего не могла поделать с нахлынувшим любопытством. Интересно же сколько их таких выглядящих как люди, но не люди вовсе.

– Как я? – Ишида озадаченно вздёрнул бровь. – А-а… – кажется до него дошло. Хорошо не через год. Подниматься не спешила, а просто устроила медвежонка у себя на коленях и принялась гладить. Надо дождаться Клео, его приёмную мамочку. – Драгар – земля, таких как я, а Витор – его сердце. Но я не люблю сталкиваться с себе подобными, мне не нравится их жизнь, приближённая к человеческим условиям, мне… – он задумался, подбирая правильные слова. Идиша всё ещё запинался, но уже меньше. – Мне комфортно среди моих чудовищ, хоть и вынужден иногда посещать Витор и пользоваться человеческими благами. Но есть вещи, которые мы изобрели сами.

Уголки моих губ дрогнули в улыбке.

– Кажется, я вас понимаю… – вымолвила тихо, гладя тёплый комок на моих коленях. Меня часто посещало желание жить в лесу, вдали от людей и слишком навязчивой цивилизации, но… я должна была работать в клинике и ежедневно помогать братьям нашим меньшим. – Но могу заверить, не все люди злые, алчные, жестокие и беспринципные. В моём мире много волонтёров, много добрых сердец, помогающих животным. Как-нибудь я вам расскажу, – отвела взгляд и чуть не вздрогнула, увидев бакэнэко. – Фу, Клео… напугала.

Демоница смотрела в мои глаза, но я не чувствовала угрозы. Кажется, она хорошо погуляла, хоть и недолго.

– Ладно, – усмехнулась, спуская медвежонка с рук на подстилку. – Пост сдал, пост принял. Я вернусь через четыре часа и снова тебя отпущу. Будь умницей, – машинально погладила демона по голове и спокойно вышла.

«Как же я устала…» – подумала, мечтая о тёплой пенной ванне, но меня ожидало тёплое корыто…

Глава восьмая

На самом деле змей сдержал слово, нагрел воду в ведрах и наполовину заполнил деревянную бадью, которая служила ванной и располагалась в уборной. У нас дома тоже совмещённый санузел, так что никаких неудобств я не испытывала.

– Печь растапливается просто: убедилась во время готовки, и в будущем я смогу самостоятельно греть воду, – произнесла, наблюдая за работой чудовища.

Тугие мышцы перекатывались под тонкой тканью рубашки, но так и не скажешь, что он прикладывает какие-то усилия. Таскал вёдра легко и непринуждённо, что казалось, они ничего не весят. Пустые, будто.

– Тяжело. Можешь обжечься, – отрывисто вымолвил он, даже не взглянув на меня. Светлые волосы выбились из хвоста и спадали на его безупречное, словно из воска лицо, закрывая мне обзор.

– Это проявление заботы? – усмехнулась иронично, привалившись к дверному косяку.

– Рациональности, – змей поставил вёдра на пол, открыл дверцы шкафчика и достал стопку чистых полотенец. – Если покалечишься, мне придётся тебя лечить, так что лучше смотри за собой… Не доставляй мне лишних хлопот.

– Как прямолинейно и грубо, – фыркнула насмешливо, забирая полотенца.

Наши пальцы на мгновение соприкоснулись, а моё тело отчего-то странно среагировало. Прошибла мелкая, короткая дрожь, но ощущение быстро улетучилось. Наверное, я просто всё ещё отношусь к чудовищу настороженно чисто подсознательно, хоть и пыталась себя убедить, что он не опасен.

– Я принесу чистое бельё, – бесстрастно проинформировал змей и удалился.

Сняла с себя одежду, аккуратно сложила на скамью и медленно погрузилась в бадью с горячей водой, от которой всё ещё шёл пар. Тело раскраснелось, расслабилось. Я блаженно откинулась на деревянный борт и устало прикрыла глаза.