Чтение онлайн

Даниэль. Воспоминания из детства.

– Дима, солнышко,-сейчас опять начнет об отце расспрашивать,- подумал кудрявый светловолосый мальчик лет двенадцати, с не по-детски ироничным выражением лица. [прим. авт.: не удивляйтесь, что Даниэль 'смотрит не по-детски умно' и т.д. и т.п., просто сон-то чей? Вот именно. Не ждите, что там будет что-то вроде 'тупо пялился, как и любой другой ребенок'. Учитывайте самовлюбленность ГГ]

– Да, Клавдия Ивановна?- приподняв бровь, ответил тот высокой стройной женщине, скорее девушке, лет двадцати пяти, с красивым, но простоватым лицом.

– Семеновна.

– Я Вас слушаю, Клавдия Степановна,- продолжал тот выводить ее из себя. Няня сделала глубокий вдох, потом выдохнула и с доброй (как ей казалось, а на деле очень даже выдающей ее желание придушить поганца) улыбкой ответила:

– Скажи, милый...

– Так Вы можете называть отца, либо другого Вашего партнера, но не меня. Мне повезло, и я еще не вошел в период полового созревания, а потому не пользуюсь Вашими, несомненно весьма квалифицированными, услугами. Впрочем, и не буду. Но Вы продолжайте, это был так, небольшой экскурс в историю...

– Что ты себе позволяешь, Дмитрий?- в комнату зашел мужчина с резкими чертами лица, темными волосами и в дорогом костюме.

– Прости, папа. Я больше не буду,- равнодушно ответил мальчик, уткнувшись в книгу.

– Сын!

– Да?- невинный взгляд из-под густых длинных ресниц.

– И в кого такой?- задал риторический вопрос отец, выходя из комнаты.

– Поганец! Маленькая сволочь!- возмущенно восклицала девушка, глядя на мальчишку. Тот лишь пожал плечами.

– И в кого я такой, верно?

– И в кого такой!

– Ну, мое генеалогическое древо прослеживается на протяжении множества поколений дворян. Если Вам интересно и Вы, за ненадобностью, еще не разучились читать, то можете узнать об этом в нашей семейной библиотеке. Вы ведь знаете, что такое генеалогическое древо?

– Знаю. А тебя, умник, я сейчас отшлепаю!

– Родители не давали Вам таких полномочий, а потому, это будет рассматриваться, как избиение малолетних. Кроме того, я уже вырос из подобных мер наказания. Лет в шесть такой трюк, возможно, и прошел бы, ведь тогда я еще не знал ни своих прав, ни границ Ваших.

– А ты знаешь, что твои родители скоро разведутся?

– Вот как? Это непроверенная информация, потому я не верю. Но, даже если это и так, я всегда считал, что они не подходят друг другу, слишком разный уровень IQ, интересы... Да и психотип тоже. Впрочем, если Вы рассчитываете занять место моей матери, а точнее, жены моего отца, то не стройте иллюзий. Вряд ли он женится еще раз - наследник у него есть, а большего он от брака и не требует, как я думаю. В постель же к нему многие прыгают... На что Вы рассчитываете?- некоторое время няня ошарашенно смотрела на ребенка.

– Тебе все равно, если будет развод?

– Абсолютно. Я остаюсь с отцом. Но это непроверенная информация!

– Что ты за чудовище!?

– Я?- Дима явно не ожидал такого вопроса, а потому на некоторое время задумался.

– И вовсе не чудовище. Просто умный. Очень,- по-детски обиженно возразил мальчик, тряхнув золотыми волосами.

– Хотя Ваше мнение меня не интересуют, Клавдия Петровна.

– Дмитрий, нам надо поговорить,- из тени возле открытой двери детской вышел отец.

– Вы пока свободны, можете прерваться в моем воспитании на чашечку чая,- кивнул ребенок своей няне. Та, посмотрев на его отца, вышла.

– Ты отдаешь себе отчет в том, что обижаешь свою воспитательницу совершенно зря, более того, получаешь удовольствие от издевательств над ней!

– Ты не прав. Я не получаю никакого удовольствия - это просто месть.

– Что она тебе сделала?

– О, папа,- мальчик коварно улыбнулся,- как ты можешь принимать на работу таких дур? Она думает, что ты на ней женишься!- он рассмеялся.

– И это все?

– Ну что ты, за непроходимую тупость я не мщу. Помнишь, ты обещал мне поход на оперу? А что делал вместо этого? Вместе с моей няней? И заметь, матери я ничего не рассказал, более того, наврал, что мы с тобой ходили на оперу... Ты мой должник.

– О, да, я и забыл... Но за что ты, все-таки, ей мстишь?

– Даже 'спасибо' не сказал. Или будешь утверждать, что врать нехорошо? Ну, это так, риторический вопрос. Клавдия Валерьевна...

– Семеновна.

– Да-да, Клавдия Андреевна меня не уважает, не считается с моим мнением... И сказала, что когда выйдет за тебя замуж, отправит меня куда-нибудь в очень далекую школу-интернат!- на миг в больших голубых глазах ребенка сверкнули слезы. Показалось?

– И, пап, на нее у тебя время есть, а на меня?

– Прости. А она, конечно, не права, но ты все-таки не ее доставай так, ладно?

– Посмотрим. Но ты мой дважды должник.

– Дважды?

– Ну, если я сегодня над ней не буду издеваться, она не станет плакать и злиться, будет в настроении с тобой...

– Понял. Но это не справедливо!

– Отец, ты гораздо лучше меня знаешь, что жизнь вообще... Не справедливая штука! Ты же бизнесмен.

– Эх, сын... Где твои детские иллюзии, наивные мечты о мире во всем мире, всеобщем равенстве и тому подобном? В конце концов, о любви?

– Ну, мира во всем мире, как и всеобщего равенства быть не может - даже природа всегда кому-то дает больше, кому-то - меньше. А тот, у кого меньше, хочет отобрать. А любовь... Не видел я ее. Скажешь, у вас с мамой, или с Клавдией Борисовной, или с той рыжей дамочкой с поддельной сумкой Прада? Не смеши меня.

– Почему ты такой циничный? Вроде и детство проходит в таких тепличных условиях...
– грустно спросил мужчина.

– Ты хотел глупенького сына, играющего в машинки и верящего в идеалы?

– А все-таки, тебе досталась от мамы не только внешность.

– Правда?

– Ну, ты же понял, что сумка поддельная! А я бы не догадался,- оба рассмеялись.

– Ладно, наигрался в доброго и справедливого отца? Я ж знаю, что ты сейчас, пока мамы нет, хочешь с Клавдией Глебовной уединиться. Так что не трать зря время. Не забудь, ты мой должник... И распишись вот здесь, чтоб наверняка... Вот так. Копия будет в твоем кабинете не позднее шести вечера,- папа Димы, вздохнув, с грустью посмотрел на сына, расписался на обоих предложенных листах и вышел из комнаты.