Чтение онлайн

Что делать? Попытаться убежать? Всего результатов - умрешь уставший. На плоской равнине конники догонят пешего на раз, заарканят в плен или нафаршируют стрелами. От пистолета, даже современного, против десятков или даже сотен бандитов в голой степи, проку мало, всех не перебьешь. Искать место где можно укрыться и дождаться помощи? Нет такого в плоской, словно доска, степи, а заросшая вечнозелеными соснами долина Тобольки отсюда далеко... Сергей вспомнил фотографии погибших страшной смертью геологов. Их в обязательном порядке показывали военнослужащим и сотрудникам полиции. Искаженные нечеловеческим страданием лица несчастных, тела, изуродованные средневековыми пытками. Ноги похолодели, а спина, несмотря на палящее солнце, покрылась липким, противным потом. Сергей изо всех сил, так что побелели костяшки, стиснул кулаки. Первый, самый сильный шок наконец прошел, он почувствовал, что страх и паника отступили. Глубоко выдохнув, он понял, что готов к бою. 'Степные шакалы думают, что поймали добычу? Они не учли одного, я не любимая ими мертвечина и, если что, многих из них отправлю нежиться с гуриями.'

Сергей еще раз огляделся вокруг. Из табуна один за другим выезжали всадники. Искры сверкали на металле оружия и доспехах. Пока еще неспешно, бандиты кучкуются и направляются к месту падения мотодельтоплана. Аэродром подскока, откуда должна прийти помощь, в пятидесяти-шестидесяти километрах севернее. Значит с учетом сборов, помощь нужно ожидать где-то через час, полтора. Единственный шанс дождаться аварийно-спасательной группы, это укрыться на вершине господствующего над местностью холма. Склоны его слишком крутые, чтобы всадник сумел взобраться на его вершину, а с пешими бандитами он еще посостязается в меткости. Слава богу, до Переноса в тир летчиков водили регулярно. Он торопливо вытащил из крепления рядом с креслом пилота сумку с авиационным носимым аварийным запасом. Положив на землю, рванул молнию. Так, паек, рация, не то! Найдя оружие, хищно оскалился, настроение здорово улучшилось. Еще повоюем: пистолет АПС с запасными обоймами и почти с двумястами патронами, гранаты РГД-5. Поспешно снарядил обойму. С хищным щелчком она вошла в пистолет. Надев разгрузку, небрежно засунул оружие в карман, забросил сумку на плечо и рысью помчался к холму.

Положив на растрескавшуюся землю, за идолом, сумку, присел рядом. Верхушка холма представляла из себя почти идеальный круг пятнадцати метров в диаметре, заросший степными растениями. Первым делом снарядил запалами и, положил между двумя качающимися на усилившемся ветру кустами саксаула обе гранаты. Вскоре все четыре запасные обоймы, снаряженные патронами, нашли место в карманах разгрузки. Оставшиеся патроны лежали россыпью в сумке. Все он готов, что мог, сделал. Привалившись спиной к идолу, с противоположной от бандитов стороны, замер, отдыхая. Силы ему еще пригодятся. Над головой купол неба, затянутый хмурыми тучами, с точкой одинокой степной птахи, почти неподвижно висящей над курганом. Один против сотни, а то и больше врагов...расклад неравный. Может и повезет дождаться спасателей, но шанс маленький. Навалились воспоминания о навеки потерянных матери и отце. Мать была родом с донских казаков, а отец происхождением из центральной России. Когда произошел Перенос, первые дни он отчаянно тосковал по родителям, жалел, что не попросил отпуск предыдущей зимой. Тогда была возможность навестить их. В детстве отец учил его. В драке берут не силой, а яростью и готовностью идти до конца. Ну что же, он покажет бандитам, каков в бою русский офицер! Рот пересох, сердце бешено колотилось о ребра. Мысли из головы улетучились, оставалась лишь постепенно разгорающееся пламя ярости. Приходите! Вам понравится! Как говорили в фильме: ПОТАНЦУЕМ!

К тому времени когда внизу послышались гортанные крики преследователей, у него окончательно сорвало крышу. В душе осталась лишь голая ярость. Ну наконец-то, он почти обрадовался. Вытащил из кармана пистолет. Перекатившись на живот, осторожно выглянул из-за идола. Лицо летчика исказила быстрая гримаса удивления. Ого! Сколько их, - мысленно присвистнул он. Два десятка степных бандитов столпились у подножия холма, галдя на непонятном языке, показывали руками на вершину. Часть еще пыталась забраться на коне на крутой холм, но более догадливые уже спешивались. Еще пара десятков подъезжало. Хотя какая разница сколько их там? Шакалы за моим скальпом пожаловали, но как бы вам самим не уйти стриженными!

Прикинув расстояние, где-то метров сто, Сергей взял пистолет обеими руками. У Стечкина, да еще при стрельбе очередями, отдача будь здоров! Пальцем сдвинул предохранитель на автоматический огонь. Пока степняки в куче, грех не попытаться очередями обезвредить нескольких бандитов. Тщательно прицелился по самой большой группе.

– Тра-та-та, - забился словно живой пистолет.

– Вас сюда не звали!
– прошептали губы. И тут же снова короткая очередь:

– Тра-та-та!

Бандиты как тараканы, застигнутые ночью на кухне хозяином, брызнули в стороны. Несколько человек попадали вместе с конями на землю. Кровь, дикое ржание раненных лошадей.

– Ааа, - надрывно орет раненый бандит. Гримаса дикого восторга на миг исказила лицо пилота и тут-же пропала. Все больше стрелять нельзя. Лакомых целей не осталось, а одиночными на большом расстоянии степняков не достанешь. Внизу послышалась гортанная команда. Бандиты проворно вскинули луки верх, защелкали спускаемые тетивы. Дистанция слишком велика для прямого выстрела, бандиты метали стрелы вверх, чтобы они падали на вершину холма почти отвесно. Позади свистнуло, затем еще раз. Сергей оглянулся. Вокруг с противным свистом вонзались в иссохшую землю стрелы, делая ее похожей на шкуру ежика. Нужно подняться, так поражаемая площадь станет меньше. Это лишь дилетант считает, что стрела, это не серьезно. Хороший лучник, а плохих среди кочевников нет, держит несколько стрел в полете одновременно, а незащищенного броней человека насквозь пронзить стрелой, раз плюнуть! Летчик оскалился, торопливо вскочив на ноги, укрылся, за каменной тушей идола.

Самое трудное сейчас - спокойно выжидать, пока степняки пойдут на штурм, но это и самое беспроигрышное. Оставить инициативу врагам, сидеть смирно, словно мышь под метлой. Гортанные крики с подножия холма, свист стрел и надрывный, в котором не осталось ничего человеческого крик раненого. Наконец он утих, завершившись коротким и отчаянным всхлипом. Сердце в груди словно остановилось. Прирезали, понял Сергей, если со своими так, то как они поступят с пленным? Проверять не хотелось.

Дождь стрел приутих. Сергей осторожно выглянул из-за идола. Почти сразу ударил глухой ружейный выстрел, метрах в двух фонтанчиком брызнула земля вперемешку с травой, он торопливо отпрянул обратно. Кто-то из стрелков внизу вооружен огнестрелом попаданцев. Хреново. Техническое превосходство, на которое Сергей рассчитывал, оказалось фикцией.

Сергей слегка выглянул из-за преграды с другой стороны идола. Ага! Посреди толпы аборигенов пятнистая фигура с вполне современного вида охотничьим ружьем в руках. Тщательно прицелился. На получи!

– Тра-та-та!
– коротко прорычал пистолет. Попал! Незадачливый стрелок немедленно рухнул. Ноги конвульсивно застучали по земле. А вот нечего было переходить на сторону насильников и убийц! Выдернув чеку из гранаты метнул ее вниз.

– Держите подарочек!
– крикнул Сергей.

Предупредить, что именно сбросил вниз попаданец было некому. Любопытные лица нависли над яйцом гранаты. Славно громыхнуло, разметав тела бандитов в разные стороны. Хищная улыбка пробежала по губам Сергея. Немало отважных аскеров и по совместительству убийц получили свое. Вокруг вновь засвистело, дождь из стрел усилился. Сергей судорожно прижался спиной к каменному памятнику.

Словно по сигналу обстрел закончился и тут же правее на верхушку холма прыжком вскочил узкоглазый мужик в грязном халате и металлическом шлеме на голове. Увидев попаданца, он радостно взвыл, выхватил узкую и длинную саблю из ножен.

Пистолет бабахнул, рука дернулась от отдачи. Раздался дикий крик. Бандит, сбитый пулей, словно ударом доброй дубины, покатился с обрыва вниз, истошно крича на незнакомом языке. Враги густо полезли со всех сторон на холм. Сергей крутился словно юла вокруг памятника, почти ежесекундно стреляя по врагам. Неистовые и злобные крики, вой раненных, гулкие одиночные выстрелы и короткие очереди из пистолета. Вроде бы он сам что-то яростно орал им в ответ, но утверждать, что именно так и было, он бы не стал. Дважды он торопливо вбивал в пистолет новый магазин. Наконец, все закончилось. Сергей, тяжело дыша, укрылся за идолом и злорадно улыбнулся. Собой он был чрезвычайно доволен. Их много, он один, но он победил! Казалось, что штурм длится очень долго, но, когда все кончилось и он посмотрел на часы, оказалось штурм длился от силы пару минут, а от момента, когда он вызвал спасателей, прошло полчаса. Робкая надежда на благополучный исход дела появилась в его душе. Снизу слышались вопли раненных, всего в трех метрах перед Сергеем валялся в алой луже крови, успевшей натечь с простреленной головы, мужик с копьем, намертво зажатым в руке. Шустрый оказался, почти успел добежать. С другой стороны памятника, слышится надсадный вой раненного. Скверные у него раны, в живот и грудь, не факт, что даже продвинутая медицина двадцать первого века такого смогла спасти. А в условиях семнадцатого-практически верная смерть!

Вновь начался обстрел, значит, пока не полезут. Занудно засвистели, вонзаясь в сухую землю стрелы. Сергей расстегнул ворот, сверкнул невзрачный серебряный крестик, летчик поднес его к сухим губам, торопливо зашептал:

Отче наш, Иже еси на небесех!

Да святится имя Твое,

да приидет Царствие Твое,

да будет воля Твоя...

Он замолчал. Дальнейший текст молитвы он от волнения забыл. Хотя он и был в детстве крещен и считал себя православным, но церковь посещал от силы раз в год и даже Перенос не изменил его. На войне даже коммунисты становятся немного религиозными и молятся богу, подумал он. Вой раненного с другой стороны памятника прекратился, видимо получил свое от 'дружеской' стрелы. Сергей поискал глазами, где сумка с боеприпасами. Вот она в двух шагах от памятника, пока он крутился по вершине, отбиваясь от бандитов, то случайно отбросил ее на пару шагов. Аккуратно подтянул ногой, зацепив за ручку, наклонился и принялся торопливо снаряжать магазины.