Чтение онлайн

Обладатель тонкой и ранимой души зевнул, демонстрируя, что к душе прилагаются клыки. И метровый язык.

Ма-ма-мамочки! Я едва сдерживала желание бросить Барсика и дать деру. Но пока что все было гладко. Я начинала успокаиваться…

«Поговори с ним!», — требовало что-то внутри. Видимо, я надеялась, что пока я веду беседы у чудовища будет рот занят беседой.

— Хорошая погодка, да? — спросила я, глядя на сумрачное небо.

— Чтобы умереть, — согласился Барсик, потягиваясь. Он клацнул челюстями рядом со мной, заставив подпрыгнуть на месте.

«Еще!!!», — настаивал внутренний голос, опасливо прикидывая, на сколько укусов я Барсику. Мне умирать категорически нельзя!

Я призывала на помощь какой-нибудь разговорник с чудовищами. Но кроме: «Ой! Кто это шуршит в кустах? Спасите! Помогите! Не ешь меня! Ааааа!» ничего не вспомнила.

— Расскажи, откуда ты такой красивый? — спросила я, глядя в жуткие глаза.

— Оттуда же, откуда и ты, — заметил Барсик. — Я тоже был человеком. Когда-то… К слову, не самым лучшим. Каждому после смерти воздается по его жизни. Вот Наместник Смерти и обратил меня в чудовище.

— Ничего себе, — удивилась я, вздохнув. — А кто такой этот Наместник? Он что? Смерть замещает?

— Мир мертвых поделен на государства. В каждом правит наместник. Он решает, что дать мертвому, рассматривает его деяния, поступки в жизни. Следит за порядком в своем государстве. Судит, казнит, милует. Тварь.

— Понятно, — протянула я, кивая, словно что-то поняла.

Снова стало тихо.

— … и клизму ставила, — перечислял громкий голос старушки. — Не помогает! Однажды шесть раз подряд делала!

Она говорила очень громко, словно продавец был глуховат.

Я бросила мимолетный взгляд на Барсика.

— Мне одному кажется, что ты теперь слишком много знаешь? — послышался нехороший голос Барсика. Его глаза сузились.

— Что? Где? Я просто прослушала! Эм… Замечталась? О чем знаю? — фальшиво удивилась я, делая вид, что считаю листики на дереве. — Не можешь повторить? А то я тут просто…

— И жиром натирала! Чтобы шерстка лоснилась! А она все никак! — сетовала бабка да так громко, что слышали еще два квартала. — И мазала… этим, как его… Мазью против лишаев! Он у меня зеленый ходил! И вонял! Но не помогло!

Барсик взглядом намекал, что пора мочить свидетелей. Но свидетель готов был обмочиться сам! Без посторонней помощи!

— … эм, что? — осмотрелась я по сторонам, словно ничего не слышала. — Там что-то говорят, не понятно? Она там скоро? А то у меня еще писем!

— … я подозреваю глистов! — вынесла вердикт бабушка. А я вот глистов ни в чем не подозреваю. У них есть алиби!

— А вы котику температуру меряли? — спросил продавец. — Вот вам термометр для измерения температуры! Куда засовывать, там все написано. Сейчас корм подберем! Для роста волос! Вот!

— Дорохо! — перепугалась бабушка. — Я призывала на помощь какой-нибудь разговорник с чудовищами. — Подешевле!

— Сколько весит котик? — спросил продавец, чем-то шурша.

Я переминалась с носочка на пяточку. Желающих погладить Барсика пока не было!

— Ой, совсем худой! — запричитала бабка. — Кожа да кости! Я его пирожками кормлю! Иногда беру огузки! Куриные попки!

— Есть что сказать на прощание? — послышался голос Барсика. Он стал двигаться в мою сторону.

Я посмотрела на Барсика, представляя, как он наминает куриные попки.

Бабушка, быстрее! Меня сейчас съедят!

— Ой, да много не надо! На пробу! — авторитено командовала бабушка, пока я отходила на расстояние поводка. Барсик осматривался по сторонам, словно прикидывая сколько свидетелей. Точнее, на сколько блюд сегодня будет ужин!

— Помогите! — простонала я, бегая глазами. — Бабушка! Меня тут съесть хотят! Быстрее!

— Много! — заметила бабушка. — Отсыпайте! Сказали триста грамм, так что вы мне триста двадцать даете?

— Одну минутку, — послышался голос продавца. — Вот так!

— Бабушка! — просипела я, вжимаясь спиной в витрину. — Быстрее! Ваш … эм… котик собирается нассать мне в белые тапочки!

— … а какой лучше? — придирчиво спросила бабушка. — Этот или вон тот?

— Ба! — икнула я, видя морду Барсика рядом с собой. — Что ты бабушке скажешь?

— Что ты погибла геройской смертью, защищая меня от обидчиков! — заметил Барсик. — Я тебе еще очки припомню!

— Она не поверит! — ужаснулась я близости его пасти.

— Я всегда так говорю, — вздохнул Барсик.

— … бабушка! — простонала я, видя, как пасть открывается.

— … нет, этот какой-то не такой! Давайте лучше этот! Высыпайте обратно! — слышался голос бабки, пока меня обнюхивали.

— Нужно помолиться перед едой! — шарахнулась я, вжимаясь в стену.

— Молись, — усмехнулся Барсик.

Глава шестая. Неорганизованная преступность

Глава шестая. Неорганизованная преступность

— Ой, Барсика никто не обидел? — послышался скрипучий голос, когда жизнь устала мелькать перед глазами. Мне на плечо капала слюна.

— Кхе-кхе! — тут же захлопнул огромную пасть зловредный Барсик. Что? Я еще жива? Не может быть?

— А, играете! — умилилась бабушка, неся целый ворох лекарств. — Разыгрались тут! А у нас столько дел!

Я вела их вниз по улице в дому с игрушками. Изредка я похлопывала рукой по сумке, тайно вздыхая.

«Вот, а я говорил!», — слышался гнусавый противный голос. — «Вместо того, чтобы разносить письма, ты тут по городу бегаешь! Добрые дела делаешь!».

Меня смущал только Барсик, которому палец в рот не клади. Я несла тяжелые сумки, которых с каждым разом становилось все больше и больше.

— Раньше Барсик сумки таскал, — вздохнула бабушка, передыхая. — Да, Барсик? Эх, все понимает, только не говорит! И глаза умные — умные!

Умные глаза посмотрели на меня, и я поняла, что бабушке не стоит знать то, с Барсиком можно кроссворды разгадывать. Я даже прониклась уважением к Барсику за сумки.

— Таскал мне Барсик сумки, — повторила бабушка. — А откуда таскал, не знаю! Притащит и поставит… Видать, со стройки какой-то! Все в красной краске! Ну, не бойся, мальчик тебя не обидит! А будет за хвост таскать, я его быстро научу, что животных любить надобно!