Чтение онлайн

Рядом с исполинами росли тонкие и изящные, извилистые деревца. Иногда они оплетали то друг друга, то ствол соседа гиганта.

Когда теплые оранжевые краски небосклона сошли на нет, и солнце стало по-хозяйски припекать, нежно обдавая своим теплом, стали распускаться цветы, на изящных лианоподобных деревьях. Они были похожи на лилии. Белоснежные и пастельные, с желтыми, розовыми прожилками. Нежные, и казалось, такие хрупкие.

Настя завороженно озиралась по сторонам и искренне радовалась, что охотник пошел медленно.

Цветущие деревья очаровывали своей нежной и хрупкой красотой. Но вот девушка заметила очередное тонкое гибкое деревцо, которое нежно душило гигантского исполина. Среди этой разбеленной гаммы соцветий деревце сразу бросалось в глаза. Так как горело. Горело яркими, огненно красными цветами.

Цветы так и притягивали к себе. Манили подойти, рассмотреть их поближе. Коснуться этого живого огня. Девушка не могла противиться этому порыву. Она все ближе и ближе приближалась к цветущему дереву. Уже протянула руку…

— Ты что сдурела?!! Нас ти леда … — резкий крик охотника вывел из завороженного оцепенения девушку. На мгновение она обернулась на крик, но после вновь устремила взгляд на дерево.

Горящие цветки зашевелились. Настя явственно услышала шипение. В этот момент Хант подбежал к девушке и сшиб ее, повалил на землю.

Настя грохнулась на землю. Под тяжелым мужским телом она кое-как развернулась и недоумевающе уставилась на охотника. Тот смотрел на нее своими синими глазами со смесью удивления, страха, злости и непонимания.

Кто сказал, что в глаза нельзя влюбиться? И кто вбил эту бредовую мысль в бедовую головушку Насти?

Взгляд пронзительных синих глаз с крапинками-льдинками прожигал. А эти длинные пушистые ресницы. Им позавидует не одна красотка, готовая отдать баснословную сумму своему мастеру по ресничкам. Настя попыталась оторвать взгляд от синих глаз.

Красивый контур губ и тонкий, едва заметный, шрам вдоль подбородка. Который словно подчеркивал четкий овал лица. Да, в такого не трудно влюбиться. И будет тебе сниться в бредово-эротичных снах его глаза, губы и сильные руки, горячее дыхание…

Пока Настя нагло и жадно рассматривала охотника, гоня от себя странные мысли, шипение усиливалось. Словно что-то взорвалось на горячей сковороде. В сторону, где стояла девушка, полетели тонкие тычинки-иголочки. Полетели и попадали рядом с лежащей парой.

Иголочки, еще немного пошипели и поерзали, словно они и впрямь жарились на сковороде с раскаленным маслом. Они постепенно скрючивались и становились грязно-желтыми, а потом и коричневыми.

— Ты что сдурела! Кто ж в здравом уме лапает актельзию? Сдохнешь в конвульсиях и никто тебе не поможет, — зло прошипел охотник.

— Я… я… я не знала…

— Не знала! Откуда ты, детка? Даже трехлетки знают, что цветы актельзии красивы, но опасны.

— Я, наверное, забыла, — пролепетала беспомощно в ответ девушка.

— Хотя, быть может, это и объясняет. Откуда ты? Назови город, село, страну?..

— Я из… — тут Настя подумала, что название ее провинциального городка ему ничего не расскажет, — я не знаю…

Настя решила так — «Уж лучше пусть он думает, что я все позабыла, чем объяснять ему, что я походу из другого мира». А как по-другому объяснить то, что она ни разу не видела ничего подобного вокруг, человекоподобных волков. Не съехавшей же кукушкой, а логичным иномирьем.

Охотник встал. Помог подняться Насте. Достал перчатки из своего вещмешка, надел их. Стал собирать желтые иголочки и аккуратно складывал их свой мешочек. Такое смертельное оружие может пригодиться.

А заточенная троица потихоньку обживалась в голове у Насти. Ночь прошла, и они уже напряженно следили за «трансляцией». Знали бы они, когда включать волшебную коробку, включили бы час назад, с момента пробуждения Насти. Но к «сериалу» они подключились только что, всего несколько минут назад.

— Что здесь происходит? Я ж говорила, что надо было раньше включать, — прошипела Зименея

— Похоже эта, Нааастья, напоролась на актельзию, — ответила Вильма

— Она что совсем?

— Тише, девоньки, она же не из вашего мира. Тише, а то опять отключиться.

Охотник осторожно собирал иголки. А Настя. Постепенно отходила от шока. И у нее опять включились голоса в голове. Она встряхнула голову, зажмурилась. Что-то щелкнуло.

Девушка поднялась. Охотник уже закончил свои сборы и жестом показал, чтобы она шла за ним.

Вновь щелчок.

— Анастасия, ты слышишь меня? — проговорил вкрадчивый, обволакивающий мужской бас.

— Что? — сказала вслух девушка.

— Что, что? — переспросил охотник

— Ты что-то сказал?

— Нет. Давай болтай меньше, скоро подойдем к опорной точке отступников. Нужно быть осторожнее. Проскочим, считай и до деревушки дошли.

— Нэс, лучше молчи. Он прав. У отступников чуткий слух. Но если ты слышишь нас, покашляй что ли… — сказал волевой женский голос.

— Чт… кхе, кхе — недоговорила и закашлялась Настя, попутно оглядываясь по сторонам.

— Отлично, значит, ты слышишь нас. Да не ищи ты нас, мы внутри у тебя, в голове.

«Отлично, здравствуй, шиза, Новый год!» — подумала девушка.

А нежный такой бархатистый женский голос успокаивающе вкрадчиво продолжил — «Ты помнишь животных, что освободила — волчицу, змею и синдра?»

— Не синдра, скажи просто птицу, она может еще не знать названий, — уточнил мужской голос.

— Неважно, — продолжил второй женский голос, — если ты помнишь этих животных, дотронься до своих кос.

— А точно же! — подумала Настя, — все странности начались с этих зверюг. Шиза набирает обороты. Уже голоса слушаюсь. И девушка машинально дотронулась до своих кос.

— Так, хорошо, помнишь. Так вот, это были мы. Мы не исчезли, мы оказались в тебе.

— Что?! — не выдержала девушка, удивленно вскрикнув.

Охотник развернулся, зло посмотрел на Настю.

— Что там происходит? — прошептала девушка и наугад махнула рукой.

Хант посмотрел в сторону. Шепотом выругался и только сказал — «Уходим с этой тропы, быстро». Он побежал.