Чтение онлайн

– Я кончила, - усмехнулась я, бросаясь внутрь под грохот закрывающейся стены. Дракон почти успел, но проход оказался слишком маленьким, чтобы он ворвался внутрь. – Целую.

– Мерзавка! – послышался удар о кирпичи.

– Из ваших уст это звучит как комплимент, - улыбнулась я, чувствуя, что сейчас придется немного пошуршать паутиной.

– И как после этого тебя можно не хотеть? – послышался смех за каменной стеной.

– Вам придется смириться, - прошептала я самым томным шепотом. – Что сегодня не ваш день.

Я выдохнула, понимая, что следующая встреча точно станет роковой. Взяла покрепче чемодан и направилась по старинным ступеням почти наощупь. Из всех магических факелов загорелся только один, да и то так тускло, что едва осветил лестницу и площадку. Все было настолько узким, что нести чемодан приходилось впереди себя.

Через пять минут я выбралась посреди какого-то коридора. Зайдя за угол, я быстренько натянула платье и направилась в сторону посольских покоев.

Открыв дверь, я увидела посла, который стучался в комнату Алорины.

– Папа, она сейчас не может. Она упала и ей очень плохо, - слышался голос невесты.

– Может, вызовем целителя? – спросил отец, расхаживая по комнате и натыкаясь на меня.

– О, я немного смыслю в целительстве, - ответила я. – Я могу помочь. Алорина, открой, пожалуйста.

И тут я понизила голос до шепота.

– Скорее всего, служанка ушибла что-то … эм… женское, - заметила я, глядя на посла. Тот тут же покраснел и передумал стучаться. – Я разберусь, не переживайте.

Дверца приоткрылась ровно настолько, насколько нужно, чтобы впустить меня.

Зрелище, которое предстало передо мной было воистину достойное сказки. На кровати лежал вьюноша лет двадцати. Он был долговяз и довольно мил. Юные усики, как весенняя травка проклевывались над его верхней губой, обещая к годам пятидесяти превратиться в роскошные усища.

На юноше был чепчик и одеяло. Из-под одеяла торчала только голова и ласта.

Алорина закрыла дверь, с мольбой глядя на меня.

– Очень приятно, - кисло произнес Робер, пока я присаживалась на кровать и рылась одной рукой в чемодане.

– Зелья кончились, - прошептала Алорина, расхаживая по комнате. – Папа требовал Сару. Я сказала ему, что она упала. И ей очень плохо… А тут и зелье кончилось… Я думала все! Отец, если узнает, он его убьет!

Алорина выглядела растрепанной и нервной.

– Итак, - сжала я в руке оборотное зелье. – Я все прекрасно понимаю, дорогие мои влюбленные. Но у меня есть задание. И я не должна его провалить. От этого зависит моя деловая репутация и мой доход. Если вам знакомо это слово. И рисковать ею не хочу. Потом пойдут слухи, что я не справилась. А люди плохое помнят долго. Поток клиентов превратиться в тонкую струйку. Голодать я не хочу, продавать имущество с молотка тоже. Поэтому, ты, моя дорогая, делаешь все, что я тебе скажу. В обмен на зелье для твоего вьюноши.

– Я не хочу выходить замуж за дракона, - прошептала Алорина, глядя на меня умоляющими глазами.

– А я не хочу давать тебе зелье, - ответила я, видя ужас и отчаяние в глазах невесты.

Повисла тишина, прерываемая всхлипом.

– Хорошо, я … я согласна… - прошептала Алорина, зажмурившись так, словно я собираюсь отдать ее на растерзание голодным крокодилам. – Я согласна делать все, что вы скажете, в обмен на…

– Вот и умница, - улыбнулась я, вкладывая зелье ей в руку.

– А вы… А как же вы? – спросила Алорина, доставая шкатулочку, в которой лежала прядь волос.

– А что я? – спросила я, горделиво прищурившись. Зелье бурлило, а Робер тянул к нему руку.

– Вы же его любите, - прошептала Алорина.- Неужели вы готовы отдать его другой?

Этот вопрос заставил меня стиснуть зубы.

– А кто сказал, что я его люблю? – спросила я, чувствуя, как сердце внутри ухает.

– По вам видно, - вздохнула Алорина, жадно глядя на то, как Робер кривится и пьет зелье. – У вас сразу лицо такое … хитрое становится. И движения такие плавные… И глаза горят… Неужели вы не хотите сами стать его женой?

– Милая, - выдохнула я, видя, как усы втягиваются обратно, а под одеялом начинает расти грудь. – Понимаешь, на мне проклятие. Смертельное. И пока я его не сниму, то ни о какой личной жизни, о семье и о детях, я не имею права думать. Я не хочу, чтобы любимый человек в один прекрасный день потерял сразу двоих. И меня, и еще не рожденного ребенка. Это будет страшный удар. К тому же никто не может точно мне сказать, не передается ли это проклятие ребенку. Ни один маг.

– Какой ужас, - прошептала Алорина, прижав руку к лицу. Ее глаза наполнились жалостью, которую я терпеть не могу.

Глава двадцать шесть

– Так уж получилось, - усмехнулась я. – Дерьмо случается. А теперь, когда наша служанка чувствует себя намного лучше, пусть принесет поесть. Я с утра ничего не ела!

– То есть, вы готовы отказаться от любви, - произнесла Алорина, пока «Сара» искала туфли. – Из-за своего проклятия?

– Вот зачем ты сейчас давишь на больную мозоль? – спросила я, отвернувшись. Я сглотнула и попыталась взять себя в руки.

– Тем более, не факт, что любят меня, - заметила я, поворачиваясь и растирая щеку. – Это тоже немаловажный фактор!

Я присела в кресло, шурша платьем.

– Пока что до бала мы ничего не предпринимаем, - заметила я, сжимая флакончик с оборотным зельем в руках. – Все во время бала!

– Поняла, - вздохнула Алорина, глядя на меня, как на убийцу.

– Послушай, - усмехнулась я, погладив ее по голове. – Сантал – отличный мужчина. Можно сказать, от себя отрываю. За ним ты будешь, как за каменной стеной.

И вот я опять предательски сглотнула.

– Ты посмотри на вот это вот, а потом на него, - прошептала я. – Нет, я понимаю, мальчик каждый день совершает подвиг, сооружая на твоей голове прическу и крахмаля твои панталоны. Но подумай хорошенько. Сантал богат, влиятелен, красив…

– Я поняла, - вздохнула Алорина, опустив голову.

– Так, а чего мы сидим? – спросила я, нарочито громко. – Репетируем ситуацию на балу!

– Да? Уже репетируете? – произнес посол, заглядывая в комнату. Сара вздрогнула и стала усердно вытирать пыль, охая на все лады. – Сара, ты как себя чувствуешь?

– Ой, получше… А то спину зашибла… И все зашибла, - простонала Сара, натирая комод.

– Итак, ситуация на балу. Внезапно вы остаетесь один на один! – произнесла я, видя, как Алорина поджимает губы. – В комнате нет никого. Даже меня.