Чтение онлайн

— Вот, истинное лицо ритуалов. Загнать туда, куда даже зайти страшно. — Пробормотал Эрик и сделал шаг вперёд, показывая мне держаться за ним.

Так, мы и двинулись.

Внутри ощущения были те же, что и снаружи. Всё было грязное, пыльное, повсюду валялся мусор, разбитое стекло и остатки от мебели, которой раньше в этом здании кто-то пользовался. Длинный коридор вёл к лестнице наверх, которая выглядела, мягко говоря, не очень безопасной, но Эрик держал путь именно туда.

Здание имело три этажа, и мы обошли все, кроме чердака. Везде картина была примерно одинаковая, и мы безмолвно ступили на лестницу, понимая, что, скорее всего, наша цель именно на чердаке.

Поднявшись до последней ступеньки, дверь на чердак со скрипом отворилась, являя нам ужасную картину.

Тёмное и пыльное помещение было совершено пустым, кроме одного.

По центру комнаты, прикованный цепями к стулу, сидел Кристиан. Такой же молодой, как и Макс с Эриком в этом воспоминании, но абсолютно безмолвный. Будто марионетка, только без кукловода. Голова опущена на грудь, руки безвольно висят, а корпус небезопасно наклонён, будто вот-вот упадёт, ноги закованы в кандалы, так же как и руки. Одежда и волосы грязные, будто никогда не видели ванной. Вокруг него клубился тёмный дым, то окутывая, то отступая.

— Что это такое? — Прошептал сзади меня Макс и приблизился к Кристиану.

— Это Кристиан Ведер. Наш друг, истинный Анны и твоё запертое воспоминание.

Макс ошарашенно обернулся на нас:

— Да как такое возможно?

— Ритуал запрещённый. Но, как видишь, его всё-таки провели. Надо освобождать.

Теперь, видимо, дело обстояло за Эриком, поэтому я отошла назад, потянув за рукав Макса.

— Не надо мешать. — проговорила, погладив его по плечу, стараясь поддержать.

Эрик закрыл глаза, распахнул руки, ладонями вверх, и призвал серебристый поток ментальной магии, который в его руках сформировался в узорчатую сферу и рос на глазах, впитывая в себя все больше магии.

Как только размер сферы достиг приблизительно футбольного мяча, Эрик направил его прямо в грудь Кристиана, отчего тот резко вдохнул воздух и уставился на нас чёрными, словно ночь, глазами. Эмоций на лице не было никаких, но кандалы медленно рассыпались, а чёрный дым съёжился и исчез.

Как только последнее звено цепи растаяло в воздухе, Кристиан последовал туда же. Просто превратился в такой же чёрный дым и с невероятной скоростью впитался прямо в грудь Максимилиана.

Анна

Вы видели когда-нибудь фильм «Кто я?» с Джеки Чаном?

В момент, когда Кристиан-воспоминание впитался в Макса, вокруг нас завертелся весь мир. Картинки сменяли одна другую.

Вот два маленьких ребёнка, играют вместе в саду королевского дворца, вот они же поступают в школу и к ним присоединяется ещё один мальчик, вот они втроём кошмарят какого-то парня. Вот сидят на занятиях и передают друг другу записки.

Первые встречи, первые события, совместное прошлое. Гордость за друзей, обида, радость, участие, беспокойство.

Всё, что обычно связывает людей друг с другом, сейчас одновременно мелькало в голове Максимилиана Грейда.

Сказать, что он этому был очень рад?

Ни в коем случае.

Я зависла, рассматривая события минувших лет, а Эрик схватил меня за руку, вытягивая из головы короля и оставляя его наедине о свалившимися знаниями.

Очнувшись в комнате поместья Ордан, мы первым делом проверили мужчину, лежащего на полу перед нами. Он всё ещё не подавал признаки бодрости.

— И долго он так будет? — Пробормотала я.

— Всё зависит от того, насколько глубоко влез ритуал. Хотя ты и сама видела, довольно глубоко. Пока Макс обработает всю эту прорву воспоминаний…, — Эрик почесал затылок, — В любом случае мы сделали все, что могли. Прошло совсем мало времени, чтобы всё стёрлось безвозвратно. Нам остаётся только ждать.

— Ждать — самое ужасное, что можно делать во всех мирах. — Пробурчала я, повернувшись на Эрика.

— Анна, иногда, есть вещи, которые стоят того, чтобы их ждать, — он приобнял меня за плечи, — Если Макс вспомнит Кристиана, то всё наладится. У нас появится ещё один союзник. Этого явно стоит ждать.

— Да. Ты прав.

— А теперь, пожалуй, надо вернуть тебе твой источник, — с улыбкой сказал Эрик, — Как бы мне ни нравилось чувствовать себя сильнее, всё-таки так нельзя.

— И как это делается?

— Простой стой и смотри.

Мужчина закрыл глаза и погрузился в себя. Спустя несколько мгновений, за его спиной появился Ван, который будто разделился надвое. И из второй его части сформировался мой вредный кошак, которого я была рада видеть, как никогда прежде.

Всё-таки привыкаешь к тому, что в любой момент жизни ты не одинока. У тебя есть большая рептилия, вредный кот, который за тебя горой и вредная мама-приведение.

Кстати, о ней.

Бри тем временем потягивался, будто всё это время сладко спал, а потом воззрился на меня своими глазами-блюдцами.

— Ну что? Всё со мной в порядке. Отдохнул немного.

— Рада тебе, правда. — Проговорила с улыбкой.

— Давай только без всяких твоих зажиманий, а?

— Не дождёшься! — крикнула я и сжала его в объятиях так сильно, как только могла.

На меня напала такая эйфория, которой я не могла дать объяснений.

Единственное, что портило все — Кристиан, с которым сейчас делали бог знает что.

— Хватит обнимашек, — серьёзно произнёс Эрик, — Анна, ты не хочешь всё-таки открыть свою сокровищницу? Может в ней есть копия договора твоего деда с предком Дранвиллов?

Я нехотя отпустила кошака, который, казалось, перестал двигаться, чтобы не задохнуться от моей любви.

— А это никак не повлияет на меня? Вдруг прими я своё наследство, Нейтан с отцом начнут ещё сильнее меня атаковать?

— Им нет надобности, это делать. Ваша с Нейтаном свадьба для них уже факт, а не проблема. Так что, какой смысл? Единственное, что тебе светит, так это быть приглашённой на бал, в честь собственной помолвки, — Он нахмурился, — У нас осталось не так много времени, нас будут искать. Так что давай не будем терять время. Откроем сокровищницу, а Бри пока последит за Максом.

— Идите, я дам знать, когда он начнёт приходить в себя.

Я кивнула, и Эрик снял защиту с двери.

Когда-то особняк рода Ордан был величественным местом, в этом сомнений не было.

На стенах до сих пор были остатки позолоты, рамки, в которых некогда были портреты членов семьи, лепнина на потолке в некоторых местах, конечно, обсыпалась, но я уверена, если приложить руку к этому месту, оно может засиять вновь.

Мне нравилось осознавать, что я не осталась в этом мире голодранкой. Моя семья позаботилась обо мне так, как могла.