Чтение онлайн

За этими мыслями я вдруг вспомнил…

— Рич, ты здесь? — позвал я своего друга.

— Чего тебе? — недовольно отозвался страж.

— Я тут хотел спросить. Я тебе сегодня показал узор на запястье, после прикосновения к Анне. Ты сказал, что уточнишь. По итогу рассказал мне кучу информации, интересной, конечно, но никак не объясняющей ЭТО. — я помахал рукой перед мордой Рича.

Рич замялся. Было видно, что он не горит желанием отвечать на мой вопрос. Но связь между магом и его стражем такова, что, ни он, ни я не можем солгать друг другу, даже недосказанность невозможна. Наша связь — полное слияние. У нас даже мысли одинаковые, хотя это можно и заблокировать, что мы и сделали с Ричем. Его пошлости сильно осложняли мне жизнь.

— Крис, тебе не понравится то, что я расскажу. Но выбора у меня нет, так что… — Рич отвернулся и отошел к окну. — Только отнесись к этому как надо, ты должен понимать, что информация не точная, требует проверки. В данный момент, конечно, сложно эту проверку провести, но ничего невозможного нет.

— Говори уже, а. — Начал вскипать я.

— Вобщем так. Во время, когда были живы семьи родоначальники, было недостаточно просто стражей. Страж и его маг, конечно, были сильны, но все таки недостаточно. Требовался тот, кто будет охранять наследников семьи. Обычно выбирались сильнейшие отпрыски других знатных семей, не обязательно мальчики, иногда это были девушки. Их забирали из семей на обучение и старались создать условия, чтобы маленький наследник с раннего детства привыкал к другому человеку. Таких людей называли Хранителями. Обычно маг и его хранитель были очень дружны и с самого детства были рядом. Они знали друг о друге все и готовились связать себя узами «Одной крови». Они проходили обряд где-то курсе на третьем-четвертом, чтобы тебе было понятно по возрасту. Два человека становились единым целым, одной крови, одой силы, одним единым сосудом для магии. Они могли найти друг друга даже сквозь время и пространство, но связь нужно было еще суметь развить до такого. В наше время этот обряд уже не проводится, люди ограничиваются простыми клятвами на крови, но это немного другое.

— Я знаю что такое обряд «Одной крови». — с раздражением ответил я. За кого он меня принимает? За несмышленого ребенка?

— Не хмурься. Разница в обрядах действительно колоссальна. Если клятва на крови — это фактически рабство одного перед другим, то обряд «Одной крови» — это сродни принятия в свою семью. Ты делишься самым важным и сокровенным, связываешь свою жизнь с другим человеком, признаешь в нем равного и никогда не сможешь ему навредить в будущем. Поэтому это действительно разные вещи.

— К чему ты клонишь? Мы же не проходили с ней никакого обряда. Она в сознание то не пришла даже.

— А вот тут и загвоздка. Обряд «Одной крови» — это уже как итог. Изначально его могли провести только представители семей родоначальников. И проводился он не на каких-то конкретных парах маг хранитель, а привязка делалась на весь род. Сейчас все связи оборваны, поскольку нет ни одной семьи в живых, кроме королевской, но им провести обратный обряд. Но остальные семьи ушли из нашего мира, поэтому связь развеялась. Семья Ваоленс не была исключением. Их связь была самой завидной и престижной. Каждый хотел получить то, что сейчас красуется на твоей руке. Данная связь не выбирает кого-то конкретного, здесь все решает магия. Она подбирает среди всех живущих самого достойного, и дает ему метку. Дело не в том, что ты ее коснулся. Дело в том, что магия выбрала тебя. Ты ее Хранитель. Когда она очнется, ваша связь укрепится в обе стороны и между вами навсегда сформируется связь, которую сможет разорвать только смерть. Ты получишь доступ ко всей ее силе, к ее резерву, к ее мыслям. Связь будет подобна нашей связи. И блокироваться она сможет только в одностороннем порядке. С ее стороны. Если она захочет, чтобы ты ее не нашел, она перекроет канал. Но ты будешь всегда чувствовать, когда ей плохо, всегда знать, жива она или нет. Это будет мучить тебя, потому что ты не будешь знать, где она, не сможешь ее увидеть или найти. Просто ощущать, что она жива. Это великий дар, но и великое проклятие. Не всегда члены семьи Ваоленс находили общий язык со своими хранителями. Однажды это стало причиной их погибели. Не одного мага, Кристиан, а всего рода. Я много чего узнал, тут я бессилен. Конкретную информацию не даст никто, кроме тех, кто непосредственно был там, а таких, как ты понимаешь, нет.

Я был глубоко в шоке.

Вот тебе и нате.

Я теперь связан с наследницей, а она несмышленый младенец в этом мире. Магии много, а навыков и знаний ноль. Она даже не представляет, что ее ждет тут. Я просто обязан ее научить, надо привести ее сюда учиться. На первом курсе ей все объяснят, и она сможет обуздать свою силу. Сможет стать той, кем ей предназначено.

Теперь я понял, что внутри меня скреблось в диком желании ее защитить. Инстинкты Хранителя знали, что она та, с кем моя судьба будет связана на всю жизнь и среагировали быстрее, чем мозг осознал происходящее.

Я уронил голову в руки.

В который раз за сегодняшний день?

— Что делать, Рич? От Виктора вестей нет?

— Нет, Крис. Он бы сообщил. Девочка без сознания. Ей нужно время. Она обретает мощь и силу, для этого нужно быть явно не в сознании. Будь она в здравом уме, могла бы сойти с ума, ты же знаешь, как порой сила влияет на магов. Твой дедушка тому прекрасный пример. — Ответил он, и снова уставился в окно.

Я вздохнул и сам себе честно ответил. Сейчас нет смысла гнаться к ней и сидеть около ее кровати. Необходимо расправится с делами здесь, чтобы потом меня ничего не отвлекало.

Глава 15

Я встал с кресла, с намерением уйти спать, но этому не суждено было сбыться так просто. Перед моим лицом замаячила руна призыва… отца. Я несколько удивился, но решил, что в такое позднее время отец просто так не вызвал бы меня.

— Рич, нас вызывают. Иди сюда. — Позвал я своего стража.

Он обернулся, подошел ко мне и разместился на предплечье, превратившись в рисунок. Я призвал силу, которой на сегодняшний вечер осталось не так уж и много, и отправился к родовой замок. Встретиться с отцом.

Портал привел меня в кабинет отца, как я и ожидал.

Уильям Ведер встретил меня осунувшимся лицом, сидя за своим столом, а перед ним стояла бутылка виски, которую он наполовину уже опустошил.

Для своего возраста, мой отец выглядел очень неплохо, всему виной правильный образ жизни, который он вел. Поэтому для меня было несколько странно увидеть алкоголь в руках отца.

— Кто — то умер, отец? — спросил я его с иронией, решив сразу сделать вид, что все прекрасно и никаких проблем нет.

Отец посмотрел на меня, откинулся в кресле и ответил:

— Кристиан, не притворяйся, что все в норме. Я знаю про попаданку. Что произошло? Сегодня на совете меня петрушили как ребенка, который разбил отцовский бар. — Ответил мне отец.

— Ну, раз ты знаешь про попаданку, то должен был также знать, что она без сознания. И, если быть откровенным, то она совсем не попаданка. Но подробности я не могу тебе рассказать. Обещал Его величеству не распространяться. А Совету и так нечего делать, вот они и раздувают из мухи слона. Они надеялись, что ты в курсе дел, поэтому и пытались выведать подробности. Не хочется им перед Королем стоять и краснеть. — Нахмурившись, ответил я. Не нравилось мне, что так быстро распространяются слухи об Анне.

— Мне бы и самому не хотелось бы краснеть. Ты взял управление в свои руки, ты должен присутствовать на совете. И только тебе необходимо было сегодня быть козлом отпущения, а не мне. Почему о том, что творится в наших землях, я узнаю от посторонних, Кристиан? — отец практически выходил из себя, а я не мог никак это остановить.

— Отец, я не могу рассказать тебе подробности. В Следующий раз…

— Следующего раза не будет. Я не собираюсь больше быть в неведении. Либо ты рассказываешь мне все, либо… — перебил меня отец.

— Либо что? — перебил я его. — Я уже давно не ребенок. На мне огромная ответственность и много обязанностей, с которыми я справляюсь. Я лишь прошу дать мне время сейчас, чтобы не произошло непоправимого. Девушку нужно подготовить, а не терять. Лишнее внимание от Совета приведет к тому, что она откажется с нами сотрудничать. Она должна мне доверять. И я не собираюсь терять такую возможность просто потому, что ты не можешь сделать лицо кирпичом и послать всех подальше. — Я вспылил. Я это понимал, но остановиться уже не мог.