Попаданка. Хроники Буйных лугов
Шрифт:
– Никогда! – с патетикой воскликнула я. – И тебе крупно повезло, что чая там нет.
– А почему ты тогда не встаешь? – скривилась вопросительно лохматая и загорелая от солнышка моська.
Ну-у… Почему я не встаю? Во-первых, у меня сегодня единственный за седьмину выходной от всех, перечисленных выше, забот. А, во-вторых…
– Ты о ком мечтаешь?
– Шурик?
– Александр-р я, - резво перевернувшись на спину, раскинул тот руки. – И я для этого сюда и плишёл.
– Прискакал.
– Плибежал… Я в тр-рубу со стены смотр-рел. И там коляска едет.
– И-и? – подобралась моментально я. Хотя, мы ведь завтра их ждем. – И-ик!
– И из тр-рубы было видно Видаля и папу, - следующие слова «Александр-р» выдавал, удивленным взглядом следя за мной. Я же суматошно носилась в ночной сорочке по спальне. – А Видаль и плавда отличник в своей мор-реходной столичной школе, как он писал? Он мне обещал компас самый вер-рный пер-ред своими каникулами подал… подар-рить, если я буду хор-рошо себя вести. Занудный он как стар-рик какой-то. А и пр-равда ведь так. Уже пятнадцать лет ему! А папа улыбался в коляске…
– Папа улыбался, - выскочив из-за ширмы, сдула я со лба непослушную прядь. – Надеюсь, у него всё получилось в министерстве и его «Систему настенных рельсовых пушек»… утвердили.
– Каких пушек? – сморщился наш милый сынок.
– На которых ты с рождения верхом катаешься. Ну, чего лежим, будто у нас выходной?
– Мама! Я даже слова такого не знаю!..
Мы так бежали вдвоем с сыном, что собрали по дороге весь наш замковый двор. В результате коляску, для которой уже гостеприимно распахивались ворота, встретили целой кучей людей.
– Папа! – подорвался первым к отцу Александр. – Видаль! Я хор-рошо себя вел!
– Шурик!.. Любимая, всё отлично. Вот мы и ДОМА...