Чтение онлайн

— Конечно, моя опрятная леди, я вас провожу, — продолжал он издеваться. То ли ему нравилось смотреть, как меня раздувало от злости, то ли Эмиль обладал не самым приятным характером — захотелось выяснить.

Зыркнув на него злобно, я заставила его одним взглядом капитулировать, выставив руки перед собой, чем осталась крайне довольна.

Только после этого я позволила ему проводить меня до забора, путь до которого прошел в тишине. Оба, хоть и недостаточно насытились слишком коротким общением друг с другом, но были погружены в размышления. О чем думал Эмиль — я даже не представляла, да и не задумывалась, потому как сама размышляла о том, почему от близости с ним у нее бешено стучит сердце и едва не подкашиваются ноги.

И вот, когда мы молча стояли в полутьме узкого переулка и прощались взглядами, из моей груди вырвался вопрос:

— Мы же… встретимся вновь?

Эмиль покосился в сторону, словно смотрел, не следил ли за ними кто, и тогда ответил:

— Вы же собирались открывать свое дело. Неужели у вас останется время на меня?

Игривость слышалась в его голосе, и я надменно вскинула подбородок, не отводя прямого взгляда. «Ну, посмотрим, кто кого!»

— Конечно, останется. Мне же нужен кто-то, кто смог бы провести меня в Верхний город, — вспомнила я про то, что за камнями нужно отправится туда. — Но если это вам не по силам…

— Сомневаюсь, что в этом городе есть место, куда я не смог бы попасть, — ухмыльнулся Эмиль. — Когда вы собирались туда пойти?

— В самое ближайшее время.

— В таком случае… — Эмиль приблизился и взял мои ручки, добрался до запястий и начал легонько гладить их подушечками больших пальцев. — Я зайду за вами завтра. Вернее, залезу. Мне ведь запрещен вход через главную дверь?

Я неуверенно кивнула. Весь мой боевой настрой совсем улетучился, когда Эмиль стал почти вплотную. Вблизи от него пахло, но не дурацкой парфюмерией, а… мужчиной. И от этого запаха пришлось свести коленки, потому что внезапно между ног сжался тугой узел возбуждения, из-за которого стало слишком мокро.

— В таком случае, до завтра.

Я приоткрыла рот то ли для того, чтобы ответить, то ли чтобы вдохнуть, но ни то, ни другое сделать не вышло. Эмиль бесцеремонно накрыл мои губы своими, и меня словно обожгло жарким пламенем. Сильные чувства хлынули бурным потоком, разносясь по телу приливами. Захотелось отодвинутся, чтобы не захлебнуться ими, и одновременно сделать так, чтобы этот, по сути, невинный поцелуй продолжался вечность. Однако мужчина сам отодвинулся, оставив меня стоять, как вкопанная, и ошарашенно смотреть на него, пытаясь прийти в себя от пережитого.

Когда он скрылся за углом, я простояла еще какое-то время, и только потом до меня дошло, что я забыла отдать ему маскировочный платок.

По возвращению в штаб Эмиль Лемьер первым делом избавился от портативного чтеца мыслей — круглая штука, маленькая, незаметная, но очень пригодившаяся на прогулке. Несмотря на нестерпимую головную боль, тошноту и слабость, которые появились после использования вследствие сенсорной перегрузки, он был доволен собой, потому что понял все и даже слишком много. Например, то, что больше никогда в жизни не хочет лезть в голову к женщине. Это чревато взрывом мозга, причем не фигурально выражаясь. Долгие испытания этого устройства приводили именно к такому результату, а потому чтец мыслей использовали в крайней необходимости и очень недолго. И как плохо, думал Эмиль, что несовершенное устройство ловит лишь обрывки мыслей. Но того, что перед ним Гелла, она потеряла память и безумно его хочет — сейчас ему было достаточно.

Несмотря на двоякие чувства и нарастающую головную боль, он продолжил работать. Пригласил к себе в кабинет помощника.

Рид хоть и надеялся основательно допросить одного из подозреваемых по другому делу, но отложил это ради разговора с начальником, тем более, как подсказывала практика, чем дольше подержишь человека в камере, тем сговорчивее он будет.

Добравшись до кабинета Эмиля, он не обратил внимание на секретаря, а постучал и с разрешения изнутри вошел.

— Господин офицер!

— Садись, Рид, — кивнул Эмиль на стул напротив рабочего стола. Почувствовав витающий в воздухе запах опасности, помощник взбодрился и ее стал мешкать — уселся и пристально посмотрел в лицо начальнику. Серо-зеленые глаза горели огнем, ему даже зачем-то пришлось ослабить ворот темного камзола, который он носил обыденно. — Значит, так. Слушай внимательно. Первое. Сделай мне пропускную грамоту в Верхний город на двух персон. Второе. Комнаты на верхнем этаже… Сейчас есть свободные?

В штабе тайной службы было много разных мест, где обыватель мог провести досуг. Например, две общих и с два десятка одиночных камер, который почти всегда были заполнены. Для особо дорогих гостей содержали «номера», похожие на обычные комнаты, разве что оснащенные разными магическими приблудами вроде стеклянного шара — прослушивающего устройства — или стационарного блокатора магии, делающего беззащитным любого, даже самого талантливого волшебника. Почему Эмиль решил, что Гелла заслуживает лучшего обращения? Всему виной сентиментальность, из-за которой он не хотел видеть ее в грязной и сырой камере. Все равно, что посадить цветок среди навозной кучи. Ну и блокатор магии, конечно, наверху посильнее. Мало ли обычного, в виде браслета на руку, не хватит.

— Грамоту делать на ваше имя плюс один посетитель? — уточнил помощник. Эмиль кивнул. Тогда Рид продолжил: — Насчёт комнат. Сейчас две свободны. Вы сами на прошлой неделе подписали бумаги о переводе графа…

— Отлично, — прервал Эмиль ненужные объяснения. Откинувшись на спинку кресла, он почувствовал, что стало невыносимо жарко. И не из-за летнего зноя. Гелла… или Вайлет, как она себя теперь называет. Его истинная, так самая, от одного прикосновения к которой штормит, словно от крепкого вина. Та самая, за которой он гонялся слишком долго. Совсем скоро она будет в его власти, и одна лишь мысль об этом выбивала почву из-под ног.

Выдохнув, Эмиль откинулся на спинку стула и приказал:

— Готовь к новому постояльцу.

Рид Савиано нахмурился, из-за чего его лицо сделалось угрожающим.

— Все-таки она?..

Эмиль ответил ему усталым взглядом. Нависла тяжелая тишина, прерываемая чириканьем спички о коробок. Эмиль решил закурить, как делал только в моменты чрезмерного нервного напряжения. Стало понятно, что ответ положительный. Рид, как непосредственный участник «магического инцидента», знал о том, что бежавшая из академии адептка — истинная Эмиля. В те времена они вместе служили при академии, следили изнутри за порядком. Однажды он стал замечать изменения в сослуживце — обыденно хмурый, до тошноты правильный и придирчивый Эмиль стал веселым и беспечным. Оказалось, что тому виной ученица по имени Гелла, с которой у тогда ещё мальчика случилась любовь, подкрепленная божественным благословением… Если верить слепой матушке-затворнице, жившей при храме в академии. Она и рассказала влюбленным про то, что они — истинная пара, а потому, чтоб не прогневать богиню, должны воздержаться от взрослых отношений до женитьбы, которая была возможна только после выпуска. Правда ли это или запугивание беспечной молодежи — оставалось загадкой. Однако сердце подсказывало, что он любит, причем сильно. И тогда, и сейчас.

Но тогда долго идиллия не продлилась. Использовав Эмиля без его ведома, Гелла устроила бедлам, о котором в приличном обществе теперь не принято вспоминать, сбежала и долгое время разыскивалась как нелегалка. Рид не до конца понимал, как теперь начальник относится к сложившейся ситуации, но был уверен — ему хватит здравого рассудка, чтобы осудить преступницу по закону. И Эмиль тоже так думал.

— Она говорит, что потеряла память. А ещё, что собирается открыть свое дело ради независимости, — прервал тишину Эмиль, медленно затягиваясь и выпуская сигаретный дым.

— Женщина? Открыть дело? Звучит не очень правдоподобно, — заметил Рид.

— Я бы также сказал, если бы не видел ее и не слышал обрывки мыслей. Рид, она совсем другая. Гелла никогда такой не была. Будто говорил с совершенно иным человеком. И меня она словно впервые видела, — задумался мужчина. Он понимал, что здесь без детального исследования ее воспоминаний не разберешься. Как будто она, но не она. Как будто Эмиль упускал какую-то важную деталь во всем этом деле.

— Может, так оно и есть. Люди меняются со временем, — пожал плечами помощник.