Чтение онлайн

Расстояние до, так называемого, Князя всего метров десять, и весу в этом борове, центнера полтора, не меньше, всё, как говорится, на грани, но мои пси способности за последние годы заметно увеличились, да и ИР подтверждает, что моя задумка вполне осуществима и особых проблем я не испытаю, хотя, поднапрячься и придётся.

Ну, на счёт поднапрячься, я совсем не уверен, потому как злость, так и бушует, требуя выброса. Картинно вытянув правую руку перед собой и сжав кулак, словно бы что-то схватил, я начал медленно поднимать руку вверх. Стоящий напротив меня мужик захрипел, его ноги, медленно, оторвались от земли и вся туша зависла на высоте, примерно, метра.

— Марина, по Закону, кто отвечает за оскорбление нанесённым холопом, дворянину? — тихо спросил я.

— За холопа отвечает его господин… но, это не холоп, он наш родич, советник Князя…- так же тихо ответила целительница, но и меня и её услышали все.

— Это хорошо. Князь, ты готов ответить за своего родича, или мне просто убить его, как холопа? — спросил я и посмотрел прямо в глаза того, кто стоял рядом с Святом и изображал из себя простого воина. Князь, а это был именно он, слегка побледнел, но быстро взял себя в руки и с вызовом ответил.

— Я готов заплатить виру, но для начала тебе придётся доказать, что в праве её требовать.

— А кто говорит о вире, Князь? Твой родич меня оскорбил, оскорбил по твоему приказу, а оскорбление смывается только кровью. И тебе решать, чья именно прольётся кровь, твоя, или твоих родичей.

— Здесь десять ведуний, сильных ведуний и полтора десятка не самых последних воинов, мальчик, ты правда думаешь, что сможешь с ними справиться?

— А это, Князь, ты спроси у своих родичей. Свят, Яра, как вы думаете, смогу я с вами со всеми справиться? — чуть зло ответил я.

— Рус, не надо! Князь всего этого не хотел, но советники его убедили, что тебя надо проверить, а этот, больше других настаивал. — мне показалось, или нет, но в словах ответившей мне Яры, я услышал ничем не прикрытую ненависть. Нет, не ко мне, а к этим самым «советникам».

— Княже, этот человек вправе требовать и виру, и поединка. Ты не ровня ему, я свидетельствую. — вдруг, громко и чётко сказала, стоявшая до этого тихо, рядом с Ярой, миловидная женщина.

— Ядвига, ты уверена? — переспросил, в миг, помрачневший Князь.

— Всё твоё княжество, Княже, лишь задний двор его дома. И ещё, он не таит зла, наоборот, он пришёл на Ирий чтобы помочь… Но ему нужно время, несколько лет, чтобы войти в полную силу.
– как-то монотонно ответила женщина и этого оказалось вполне достаточно. По крайней мере, для Князя.

— Рус, эта женщина эмпатка, очень, очень сильная, да ещё и провидица! — заорал в моей голове ИР.

— Я признаю твоё право на поединок… Рус. Без волшбы. Выбирай оружие.

— Оружие…? Зачем мне оружие? — ответил я и резко дёрнул рукой. Напряжённую тишину прервал мерзкий хруст и тело «Полкана», с неестественно вывернутой шеей, рухнуло на землю — телекинез, оказывается, очень хорошая штука. — Да и Магия, или волшба, как вы говорите, мне в этом деле не нужна. — добавил я.

— Княже, это не волшба, это что-то совсем иное… более простое и… более сложное, я не могу объяснить. — сообщила всем Ядвига. Князь не на долго задумался, а потом выдал такое, что все присутствующие удивлённо замерли, не веря своим ушам.

— Рус, я признаю, что ты был в своём праве, убив моего родича и… принимаю своё поражение. Назначь сумму виры… или забери мою жизнь.

— Зачем мне твоя жизнь, Князь? Да и твои деньги мне не нужны. Раз Свят и Яра рядом с тобой, значит ты уже знаешь, что мне нужно…

— Знаю. — чуть повеселев ответил Князь, при этом абсолютно не обращая внимания на труп своего родича. — Знаю, но есть пара моментов, которые нам нужно было бы обсудить один на один. Надеюсь, что хозяин этого дома не откажет нам в такой малости? — вопросительно глянул он на Свята.

— Конечно, Княже, мой дом — твой дом. — поспешил ответить Свят, а все вокруг, кажется, заметно расслабились. Ну и я согласно кивнул, от чего же не поговорить, тем более, что это и в моих интересах. Так что, уже через десять минут мы с князем уединились в кабинете свята, вот только разговор всё никак не клеился и не по моей вине, это Князь то и дело замолкал, вроде как что-то обдумывал, время от времени закрывал глаза, а потом, встряхивал головой, словно отгонял какую-то мысль или пытался перебороть головную боль.

— Князь, может быть пригласить Марину? — не вытерпел я.

— Марину? Зачем Марину? — растерялся от неожиданности мой собеседник.

— Похоже, что тебя что-то беспокоит. — ответил я. — А Марина неплохой целитель. Я мог бы и свои услуги предложить, но не думаю, что ты согласишься.

— А ты, значит, ещё и целитель? — усмехнулся Князь. — Нет, Марину не надо, тут дело совсем в ином. Понимаешь, Рус, вот сижу я, разговариваю с тобой и вижу перед собой молодого парня, ровесника дочерей Свята, или парня, который на пару лет старше моего наследника, а стоит мне только закрыть глаза и возникает совсем иная картина — уже не молодой парень, не отрок, а многоопытный муж, моего возраста, а может быть и чуть старше. Это сводит с ума, я никак не могу выбрать верное направление течения нашего разговора. С одной стороны, не хочу тебя оскорбить, разговаривая как с несмышлёнышем, а с другой стороны не хочу и себя уронить, если стану говорить как с ровесником. Вот такие вот пироги. Как видишь, Марина тут не поможет.

— Ясно, дискомфорт он несоответствия реальности и ощущений. — улыбнувшись одними уголками губ, сказал я.

— Да, довольно точное определение. — согласно кивнул Князь.

— А ведь у Князя есть задатки ментата. Менталистом ему, конечно, никогда не стать, а вот эмпатию он в себе, при определённом старании, развить в себе сможет. — шепнул мне ИР.

— Хорошо, давай сделаем проще и сразу, как говорится, договоримся на берегу, что относиться друг к другу мы будем как равный к равному, не делая скидок на видимый возраст, а учитывая только реальный опыт, знания, навыки и прочее. В принципе, мне от тебя ничего не надо, а ваши бюрократические заморочки можно легко преодолеть. По большому счёту, все эти бумажки мне и вовсе не нужны, жил без них и дальше проживу, просто с ними немного проще и легче.

— Без документов тебя не примут в Старшую школу… да и вообще, без этих бумажек, как ты говоришь, у тебя возникнет очень много проблем, слишком уж ты интересный и ценный персонаж.

— И чем же это я так ценен и интересен? Своими амулетами?

— Не только, далеко не только. Твои амулеты — это далеко не первостепенно, и даже не на десятом месте по значимости.

— Вот как?! А что же первостепенно?

— Что первостепенно… Скажи мне, Рус, чем определяется сила Рода? — задал очень неожиданный вопрос Князь. Я не на долго задумался, а потом, осторожно, ответил.

— Сила того или иного Рода определяется, в первую очередь, количеством магов, их Силой, опытом, знаниями и навыками. Во вторую очередь, богатством самого Рода и отдельных его членов. В третью, имеющимися связями, родственными, финансовыми, союзными обязательствами и прочим с другими Родами. Могу перечислить еще с пяток важных критериев, но, думаю, что и этого достаточно.

— В общих чертах ты прав, стоит лишь добавить, что немаловажное место в этом вопросе занимает и вотчина Рода, его боевая сила, доступ к Зоне, а значит и к кристаллам энергии. Есть только один маленький нюанс — ты на первое место поставил магов, или ведунов, как говорят у нас, но именно в этом и заключается основная твоя ошибка. Род может быть нищим, всё его имущество может состоять из пары деревенек, его ведуны и ведуньи могут быть почти бесталанны и слабы, но при этом это будет очень уважаемый и почитаемый Род. И нет, не за деяния предков, не за былое могущество. Сила любого Рода Ирия заключается в количестве мужчин Рода и в их возможности… продолжить род. Наш Род, Род Белозерских, в этом отношении болтается где-то посерёдке, в каждой семье по одному-два мальчика, а вот девчонок рождается на порядок больше. Сильнейшим Родом в Славии, считается Род Рюриковичей, у них соотношение между мальчиками и девочками, примерно, один к четырём. А сильнейшим Родом Ирия является Род Фарамингов, у них на одного мальчика рождается всего три девочки. Именно поэтому, в своё время, в Славии, да и по всему Ирию, вели институт многожёнства, а каждый мужчина детородного возраста и способный к зачатию, стал величайшей ценностью.