Чтение онлайн

— Нет, такой возможности нет. Все нейросети, также, как и импланты, основаны на биологических принципах построения и погибли вместе с их носителями.

— У тебя есть данные о наличии на базе нейросетей и имплантов, пригодных для установки? — и опять, кажется, мое сердце пропустило несколько ударов.

— По имеющимся у меня данным, два установочных комплекта нейросетей находятся в хранилище ИСБ, четыре специализированных, специально разработанных для псионов, нейросети находится в сейфе руководителя научного сектора, одна нейросеть находится в сейфе главы отделения ИСБ на базе и восемнадцать нейросетей находятся в сейфе начальника медицинской службы базы. Все нейросети находятся в контейнерах, снабженных генераторами стазисполя. С вероятностью в семьдесят восемь процентов, данные комплекты пригодны к установке. Более точно сохранность устанавливаемых компонентов возможно определить только непосредственно перед установкой. — ну вот, еще один канон-шаблон рассыпался в пыль. Не ждут, оказывается, попаданцев на полуразрушенных базах и станциях на все готовые ИскИны, да и молочные реки с кисельными берегами что-то не просматриваются. И тут меня в очередной раз пробило на дрожь.

— А откуда тебе известен язык, на котором мы разговариваем?!

— Данные получены от гражданского ИР 0023016 по приоритетному запросу ИСБ.

— Так у вас есть связь?!

— Только по протоколам приоритета, на аппаратном уровне. Полноценного обмена информацией нет.

— А еще действующие ИскИны или ИР на базе есть?

— На запросы, по кодам ИСБ, откликнулся только ИР 0023016 и ИскИны энергоцентра и ремонтно-восстановительного сектора.

— Значит, с армейским сектором связи нет?

— Подотчётный флотским и армейским подразделениям уровень находится вне компетенции ИСБ и, по имеющимся данным, разрушен на девяносто восемь процентов.

Полтора года! Полтора гребаных года я провел на базе Джоре и все это время вкалывал как Папа Карло! Но, тут я сам виноват, надо было меньше молоть языком и больше думать головой, а не только в нее есть. Хотя, стоит признать, что и ИР с ИскИном ИСБ меня тупо развели, развели как последнего лоха. Но, обо всем по порядку.

Началось все с того, что стало просто лень таскать на спине рюкзак, с каждой минутой становившийся все тяжелее и тяжелее. И я не придумал ничего лучше, чем организовать себе «берлогу» в бывшем офисе начальника ИСБ базы и, конечно же не в официальных помещениях, а в скрытых от чужих глаз. А что, подумал я тогда, лифт под боком, все удобства в наличии и не надо лазать по трубам, да и ИскИн поможет разобраться с трофеями. В принципе, идея оказалась правильной, даже очень и сбор всего что можно облегчился на порядок, и краткую, а иногда и исчерпывающую информацию по тому или иному предмету я получал, если не мгновенно, то и задержка была не больше часа. Правда были находки, в основном из сектора студентов, на которые ИскИн только «руками разводил», дескать это доставлено местными или от местных и ни назначение, ни принципы работы он не знает и знать не может, не его, дескать, специализация. А кто или что может знать? Правильно, ИР и ИскИны студенческого сектора, ИР сектора ИСБ и, конечно же, ИР научно-исследовательского сектора и ИскИны исследовательских лабораторий. Демонстрация десятка находок добытых с тел студентов или из их комнат ИР этнографов, тоже особого результата не принесла, он с трудом, смог опознать только пару артефактов, да и то, без особой гарантии. Так ИР смог опознать браслет, который по его уверениям служил ключом-пропуском в какое-то учебное заведение, где имперские псионы проходили обучение и «мобильный силовой щит третьего уровня». Еще по паре находок он высказал неуверенные предположения и на этом все. Я в ответ ляпнул, ставшее уже привычным — «не канон», а в ответ услышал:

— Рекомендую поинтересоваться данным оборудованием у ИР научно-исследовательского сектора. — сговорились, гады. На мое вполне ожидаемое возражение, дескать где этого ИР искать и как его собирать, услышал, что уничтожить ИР или ИскИн сектора не так-то и просто, если вообще такое возможно, потому как он заключён в бронированную капсулу из сверхпрочных материалов, которая, в свою очередь, помещена в специальный бункер, оборудованный всем необходимым для его функционирования, как минимум, пять столетий, а это и источник энергии, и средства обслуживания, то есть специализированные дроиды и необходимый запас расходных материалов. По истечению этого времени происходит самоконсервация, а если проще, то ИР или ИскИн, активирует генератор стазисполя. И мне всего-то и надо, добраться до бронекапсулы, восстановить систему централизованного энергоснабжения и линии связи. Мне даже не потребуется проникать в эту бронекапсулу, мол, активация ИР и ИскИнов произойдет автоматически.

Ну, то что «самые подробные» схемы базы таковыми совсем не являются, я уже знаю, поэтому совсем не удивительно, что ИскИн ИСБ дополнил имеющуюся у меня информацию еще доброй дюжиной небольших помещений, и все за пределами базы, где и находились эти самые ИР и ИскИны. И что удивительно, я ведь согласился с такой постановкой вопроса хорошо хоть сообразил не подписываться на активацию всех ИР и ИскИнов, а только на ИР научников, студенческого сектора и медицинского. Последний, как оказалось, нужен был для правильной установки нейросети, ее программирования и прочего. Дескать, любая медкапсула может установить мне нейросеть, но установка эта будет выполнена по усредненным характеристикам, а, учитывая, что я всё же совсем не Джоре, то не факт, что все будет работать как положено. Развели? А хрен его знает, может да, а может и нет, но потом, я пролежал в медкапсуле почти неделю, пока ИР медсектора устанавливал мне нейросеть, а потом еще трое суток ждал, пока нейросеть развернется и активируется и это вместо трех-четырех часов и суток на развертывание и активацию. Правда, и нейросеть была не самая обычная, а специализированная — для псионов, как оказалось, я тоже отношусь к этой категории разумных, правда, по меркам Империи я, скажем так, слабачек, а по меркам местных, так и вообще ни о чем, и в нормальных условиях мне такой нейросети не видать, как своих ушей, а в сложившейся ситуации… почему бы и нет, тем более, что из всех найденных мной нейросетей, именно у этой была максимальная вероятность штатной установки, все же, времени прошло очень уж много, да и помимо этого возникли проблемы, но о них я расскажу чуть позже. В общем, припахали меня эти кристаллические, или какие они там есть, махинаторы. Пришлось мне полазать по техническим шахтам, колодцам и проходам, разгребать завалы, и думать, как переправиться через провалы. Где это было возможно, мне помогали дроиды, те самые пауки, что так меня напугали, но толку с них под управлением ИР было не много, разве что совсем уж неподъёмные каменюки оттаскивали в сторону, да и было-то из всего две штуки. А вот восстановление энерголиний и линий управления и связи проводилось техническими дроидами, теми самыми тремя штуками что еще оставались в распоряжении ИскИна ИСБ.

На запуск всего трех ИР и работающих с ними ИскИнов у меня ушло ровным счетом три месяца. Три месяца адского труда. Я ведь все это время не только этим занимался, но еще и тела, точнее мумии персонала базы собирал, обирал и складировал и все это вручную, своими ручками и на собственном горбу и все по своей собственной инициативе. Зачем? Жадность! Жадность, она родимая. А виноват в этом ИскИн СБшников, это он, зараза, когда еще идентифицировал мои самые первые трофеи, «расстроил» меня, сообщив, что почти половина того, что я собрал откровенный хлам и мусор, цена которому кредит в базарный день, дескать это самые простые считыватели инфокристаллов, у которых даже функции записи нет и доступа в Сеть не предусмотрено, чисто утилитарного назначения девайсики, входящие в комплект технического обеспечения всех сотрудников базы, во избежание, так сказать, утечки информации на сторону. А у меня словно в мозгу что-то щелкнуло — канон! В каждом считыватели было по три гнезда для информационных кристаллов и редко в каком пустовало хоть одно. Народ на базе подобрался ответственный и увлеченный, а принимая во внимание общее его количество, то очень скоро я стал обладателем нескольких тысяч самых разнообразных инфокристаллов. Мне кажется, что на такой мой «плюшкизм» ИскИн даже хмыкнул, а ИР одобрительно что-то промычал, про себя.

В общем, через три месяца каторжного труда на себя — любимого, как мне хотелось думать, а в реальности, по большей мере на «дядю» в лице ИР базы, я стал обладателем, если не горы, то приличного такого холмика всякого-разного имущества, для ИскИнов и ИР — откровенного мусора, а для меня этот «мусор» был ценнее брильянтов. И наконец-то встал вопрос об установке мне нейросети. Вот тут-то и проявились проблемы, которые я должен был предвидеть, но как-то позабыл о таком моменте. Все нейросети хранились на складах, а за склады отвечали соответствующие ИР и они категорически отказались отдавать подотчётное имущество не пойми кому, даже не гражданину Империи. Вот тут-то я и взвыл! Есть крутой девайс, я держу его в руках, а использовать никак не могу… И ведь не обманешь этих электронных дуболомов, у них видите-ли «все записано» и совсем неважно, что я что-то вытащил со склада, пока они, или их коллеги, были в неработоспособном состоянии, в описи значится? Значит положи на место и грабки свои не протягивай. Так бы я, скорее всего и остался бы ни с чем, если бы не счастливый случай. Четыре специализированных, специально разработанных для псионов, нейросети находящиеся в сейфе руководителя научного сектора и одна нейросеть находящаяся в сейфе главы отделения ИСБ — их я не нашел! Стали разбираться и выяснилось, что первые четыре были сняты со складского хранения и переданы начальнику ИСБ для помещения в сейф, та же самая история и с нейросетью из сейфа ИСБ. Помните тот «чемодан», что я нашел возле его тела? Это оказался специальный контейнер для хранения нейросетей, оборудованный генератором стазисполя. За пару часов до уничтожения базы, этот хороший человек вынес из сейфа этот контейнер, все его содержимое автоматом снялось с складского учета и перешло под его ответственность, по-русски говоря, начальник ИСБ базы стал материально ответственным, подотчетным лицом. Этот начальник, упаковал в контейнер полученные в научно-исследовательском секторе специализированные нейросети и понес его в сейф, понес, да не донес — погиб, а потом еще и базу уничтожили. Вот и получилось, что пять, пять нейросетей на балансе ИР не числятся! А ведь они и на них пытались свои волосатые лапы наложить, утверждая, что это имущество базы. Но, были посланы… к начальнику отделения ИСБ на базе, пусть с него требуют ответа о подотчетном ему имуществе. Только после моего такого спича ИР сдулись и признали мою правоту, тем более, что в том же контейнере оказалось еще несколько неучтённых нигде нейросетей, информационные кристаллы и кристаллы с базами знаний. Ага, я помню, когда служил, наш взводный тоже прятал в служебном сейфе свой ноутбук и диски с… не буду уточнять с чем.

И вот что странно и удивительно, за Базы Знаний, записанные на кристаллы и хранящиеся на складах, в сейфах и хранилищах, ИР встали стеной и категорически отказались дать хоть что-то, хотя им было прекрасно известно, что у меня таких или похожих Баз несколько сотен штук, а вот Базы, записанные в долговременную память самих ИР и ИскИнов, они готовы были предоставить в полное мое распоряжение без малейших возражений и вопросов. И какая разница? В общем, вопрос с нейросетью был решен положительно, из имеющихся у меня, была выбрана лучшая и я улегся в медкапсулу и не где-нибудь, а в медицинском секторе, под надзором специализированного ИР, для ее установки. Как я уже сказал, в медкапсуле я пролежал неделю. Сколько времени из этой недели занял процесс установки, я не знаю, но ИР медсектора еще потом долго ругался и всячески поносил ИР этнографов за корявую работу, а заодно материл Землю, ее население и «безруких» медиков. На защиту последних я все же встал и на пальцах разъяснил ИР, что мы о медкапсулах и не мечтаем, а лечимся по старинке, в генокод не лезем и в основном сами, в меру своих сил, так сказать, травим свой организм всевозможной химией. Вроде отбился и честь земной медицины отстоял, ну, как мог. После чего получил рекомендацию обратиться к ИР сектора биомедицинских исследований для коррекции генома. Вот последнего я не понял, поэтому решил пока повременить, это же еще и к еще одному ИР восстанавливать все линии, а тот, потом, еще захочет восстановить работу подчиненных ему ИскИнов отдельных лабораторий. Я такими темпами тут на годы зависну. Тогда, оживленные мной ИР посовещались между собой и сделали мне предложение, от которого я не смог отказаться… А кто бы отказался, если бы ему на пальцах объяснили, что мое ДНК на девяносто девять и девять десятых процента соответствует ДНК Джоре, но, буквально, завалено всевозможными «мусорными белками». Что это значит? А значит это, мое тело и организм в целом, работает, так сказать, в аварийном режиме, что заметно сказывается и на моих физических данных, и на интеллектуальных, и, самое главное, на продолжительности жизни. Самый обычный Джоре, в свое время, жил порядка двухсот-двухсот пятидесяти лет, мне же, даже после вмешательства ИР медицинского сектора, больше ста-ста двадцати не протянуть, плюс к этому, Джоре до последнего сохраняли ясность ума и высокие, по меркам Земли, физические данные, мне же это не грозит и последние лет двадцать-тридцать я буду «старой развалиной, страдающей деменцией и всем остальным набором свойственным очень глубокой старости». Предложение «Совета Ир» было следующим, ИР медсектора чистит мое ДНК от мусора и шлаков, более того, проводит специальные процедуры, основанные на открытиях ученых Джоре, работающих на этой базе, что даст мне в итоге триста, а может и чуть больше, лет полноценной здоровой жизни. А я должен за это восстановит работоспособность всех ИР и ИскИнов базы. Перспектива прожить полноценной жизнью пару «лишних» веков, взамен на год, пусть, два, работы на благо базы, на которую, кстати, у меня есть определенные планы…, по-моему, выбор очевиден. Немного напрягало только то, что «оплату» я получу только после завершения работ, но, ИР и ИскИны не способны врать, а значит условия нашего договора они выполнят, в чем я ни секунды не сомневался. В общем, договор мы заключили и я, тем самым, обрек себя еще на более чем четыре месяца каторги, правда, дивиденды с этого я начал получать уже через месяц, да еще какие. Так что, я ничуть не жалею о своем решении, в тот момент и в тех условиях оно было единственно верным и правильным.

Как известно, аппетит приходит во время еды. Я эту народную мудрость знаю, а вот ИР и ИскИны с ней были, явно, не знакомы. Поэтому я и был готов к дальнейшему торгу. И он последовал почти незамедлительно. Понятие «восстановить работоспособность». У меня и у ИР, как оказалось, заметно отличаются и та работа, что я уже проделал, их категорически не устраивала, а вот меня, наоборот. ИР работают, между собой общаются, питание поступает без перебоев, связь с подчиненными ИскИнами нареканий не вызывает, так какие ко мне могут быть претензии? Оказывается, могут, да еще какие! И линии, видите ли, не защищены, и обслуживающие дроиды отсутствуют, как класс, и вообще, работы выполнены по аварийному варианту, а они, видите ли, хотят чтобы все было «чики-пуки», то есть согласно изначального проекта, со всей сопутствующей инфраструктурой, ремонтными и обслуживающими дроидами, да много с чем еще. Пришлось потыкать ИР мордой в текс нашего договора — восстановить работоспособность ИР и подчиненных ИскИнов и… и все! О восстановлении всей базы нет и слова… Вот после этого и начался торг, нет, не так — ТОРГ! Правда и закончился он достаточно быстро, что не говори, а понятие логики ИР прекрасно известно и факты они воспринимают правильно. А факты говорят именно о том, что в одиночку, да еще и не имея соответствующих знаний и навыков, я и за тысячу лет не выполню тот объем работ, что они себе там наметили и чем хотели меня озадачить. Вот тут-то и вскрылся тот парадокс с Базами Знаний — Базы, записанные на материальные носители, трогать не сметь, а те же самые Базы, хранящиеся в памяти ИР и ИскИнов, да пожалуйста, сколько угодно. А мне только того и надо было, правда, я рассчитывал на большее, но и полный комплект Баз Знаний по специальности «Техника-ремонтника стационарных планетарных и орбитальных объектов четвертого ранга», это очень замечательно, тем более, что, как оказалось, комплект этот включает в себя почти полтора десятка самых разных Баз Знаний, начиная от элементарной Базы по обслуживанию энергосетей и заканчивая производственными Базами. Это еще не говоря о Базах по управлению, ремонту, обслуживанию всего и вся, что только может оказаться на планетарной базе или орбитальной станции, начиная от замка на входных дверях в каюту или комнату и заканчивая космическими кораблями, правда только малого класса и внутрисистемными. Но мне и этого за глаза, если бы я все это учил обычным способом, то у меня бы ушло лет так сто пятьдесят, это как минимум. Я даже испугался, получив предложение изучить такую Базу и у меня даже появилось подозрение, что ИР хотят оставить меня на этой базе навечно. Нор, мне достаточно быстро и подробно объяснили, что с привлечением всех имеющихся сил и средств, данный процесс займет не более восьми месяцев и мне ничего иного не оставалось, как согласиться. И уже на следующий день, с видом висельника и таким же настроением, я залез в специализированную капсулу, почему-то не в медицинском, а научно-исследовательском секторе.

Я ожидал чего-то подобного описаниям в многочисленных, прочитанных еще на Земле, книгах, ну там, какой-то визуализации поступающих в мозг данных, каких-то потоков информации и всего такого прочего и, конечно же, постепенного обучения с закреплением уже изученного в каких-то виртуальных капсулах полного погружения. Но, ничего подобного не было. Я лег в капсулу, на очень удобное ложе. Почти бесшумно ложе въехало в саму капсулу, меня что-то кольнуло в области затылка и я просто перестал чувствовать и ощущать свое тело. Я даже испугаться не успел, как в голове у меня разорвалась самая настоящая бомба, а по всему телу словно кровь одномоментно превратилась в раскаленный металл, а дальше пришла ТЬМА. Это уже потом я узнал, что вспышка была ничем иным как процессом установления связи, или слиянием, между моей нейросетью и ИР научно-исследовательского сектора, на целых десять с лишним месяцев, вместо обещанных восьми, превратившим мой мозг в придаток ИР, а чувство расплавленного металла в венах, это так мой мозг отреагировал на бионанитов, введенных в мой организм, задача которых состояла в поддержании процессов жизнедеятельности организма, пока мой мозг был не в состоянии ими управлять.