Чтение онлайн

– Ты ведь ни минуты не задумаешься, чтобы остаться?

– Нет, - покачала головой Варя, - Я просто обязана вернуться.

– Ты ведь прочитала, что Рагнар женился и у него дети, - осторожно спросила Елизавета Андреевна, - Что если ты вернешься не в тот момент, когда исчезла, а намного позже? Ты думала об этом?

Варя отвернулась, - Мне все равно, лишь бы быть рядом. Я могу дышать только когда он рядом.

Елизавета Андреевна похлопала Варю по руке, - Я тебе покажу фотографии своих прародственников и расскажу все, что знаю про свой род.

– Ой, - вскрикнула Варя, когда увидела черно-белую фотографию конца девятнадцатого века на которой была изображена пара молодых мужчины и женщины, их лица светились от счастья, а в руках у мужчины сидел малыш и улыбался, - Это же Эрина и Рорик, - воскликнула она.

– Это моя троюродная сестра Ирина Викторовна Милославская и ее муж Роман Николаевич Милославский и их сын.

– Потрясающе, как в мире все взаимосвязано, - разглядывая фотографии, прошептала Варя,- Я скучаю по ним. По Эгне, Эрине, Брине и всему населению острова, которое так полюбила всем сердцем. Они моя семья.

– А как же Чан-ли?

– Чан-ли тоже моя семья, но он поймет меня и отпустит. Кстати, получается, что ваш род произошел от Хэльги и Рагнара. Если у меня получится вернуться к нему, я обязательно расскажу ему, какие у него прапрапрапра... дети,- засмеялась Варя и до глубокой ночи они вели задушевные беседы, где в основном говорила Елизавета Андреевна посвящая Варю в родословную своих предков.

– Он будет гордиться своим потомством, - гордо изрекла Варя.

На следующей день рано утром Елизавете Андреевне был звонок от внука, где тот сообщил, что присланные слова переводу не поддаются, и нет ни одного языка, который бы перевел этот набор букв.

Варя расстроилась и сильно загрустила, а потом вспомнила про осьминога:

У него и ноги от ушей и руки из ж...пы, и ж..па с ушами, и голова в ж..пе.

И ничего, не жалуется.

Варя вздохнула и стала упаковывать чемодан, больше ей здесь делать было нечего. Елизавета Андреевна долго уговаривала Варю остаться и погостить хоть неделю, но Варя была непреклонна. Тогда Елизавета Андреевна купила Варе билет на самолет и проводив ее до самого аэропорта строго настрого наказала, что если той удаться вернуться к Рагнару она обязательно должна сообщить любым способом. Варя клятвенно пообещала и скрылась в дверях аэропорта с твердым решением перевести это заклинание.

Глава 24

Чан-ли восседавший на полу в позе лотоса чуть прищурившись, наблюдал за своей воспитанницей, которая что-то записывала в тетрадь и нервно кусала колпачок ручки. Вот уже ровно два дня как Варенька вернулась от Елизаветы Андреевны, и первым делом она рассказала все своему дядюшке. Чан-ли слушал Варю внимательно, как всегда долго молчал, а потом уходил медитировать. Именно сегодня утром на второй день Чан-ли попросил Варю показать заклинание и когда Варенька протянула ему листок со странными словами, японец пожал плечами и спокойно сказал:

– Они не переводятся.

– Вот Америку открыл!
– воскликнула Варвара, - Но все равно разгадаю, как их произносить, - упрямо изрекла она, - Чтоб этого Крагах... Крыга...или как там его Каглы-Маглы в тумане потерялся... ну не мог он, что-ли Рагнару объяснить как произносить-то это заклинание!!!- в который раз возмущалась Варенька.

Чан-ли серьезно посмотрел на Варю, - А никак и не надо произносить,- просто сказал он под недоуменный взгляд Вари, - Одеваешь кольцо и произносишь слова, так как написано.

Варя открыла рот и прижала руки к груди, потом вскочила - села, вскочила и как заорет:

– Дядя Чан-ли! Ты гений!!!! Так все просто...
– Варя заметалась от переизбытка чувств по комнате, - Нужно попробовать,- и резко остановилась.

Чан-ли невозмутимо прошел на кухню, так как подходило время обеда. А Варвара подозрительно затихла.

И вот сидевший на полу Чан-ли терпеливо наблюдал за Варей, которая что-то там писала и жевала колпачок ручки.

– Завтра напишу заявление на увольнение с работы. После мы пойдем с тобой к нотариусу, я завещаю тебе дом и все свое имущество. Всем будем говорить, что я уехала покорять Москву и возвращаться назад не собираюсь. А после мне нужно в магазин...
– задумалась Варя словно что-то вспоминая и вновь записывая в тетрадку.

Чан-ли поднялся, - А если не получится?
– тихо произнес он.

Варя застыла и медленно подняла на него глаза, - Не лишай меня надежды. Я верю, что получиться, а если нет, то снова стану искать. Разве у меня есть выход? А на счет работы даже не беспокоюсь, как уволилась, так и обратно вернусь. Примут обратно с распростёртыми объятиями, кто-то же должен с курами возиться.

Чан-Ли погладил Варю по голове, - Ты думала о том, что если вернешься к нему, то в какой именно период?

Варя отложила ручку, встала и подошла к окну, за окном было темно, наступали холода, дождик барабанил по стеклу, прижавшим лбом к стеклу Варя вглядывалась в темноту. Она долго молчала, а потом спокойно произнесла:

– Конечно, думала. Попаду в тот момент нашего расставания, так поменяется ход истории и ни Елизаветы Андреевны, ни Никиты ни его потомков... Нет... Вряд ли это произойдет, ведь его потомки предначертаны самой судьбой. Забросит меня в то время когда он будет женат... что ж на то воля Бога или Одина, - ухмыльнулась Варя, - И ждать смерти его жены я не стану, попытаюсь предотвратить, предупредить, помочь... А если я попаду в то время, когда оборвалось его письмо... когда он писал его для меня, думая обо мне и любя меня всем сердцем даже спустя пятнадцать лет, где ему будет почти под сорок я буду счастлива все равно, потому что он будет со мной осознанно, выстрадано и примет меня спустя столько лет всей душой. Я надеюсь, что так и будет, - тихо закончила Варвара и повернувшись к дядюшке широко улыбнулась. Чан-ли засмотрелся на свою воспитанницу, на ее сияющие глаза и слегка кивнул.

– Ты совсем стала взрослая. И очень изменилась, - только и сказал Чан-ли, а потом ушел на второй этаж в свою комнату.

Варя еще долго стояла у окна разглядывая как капли дождя стекали по стеклу обретая причудливые узоры, а потом вздохнув снова села за стол и начала писать. А писала Варенька список того, что она возьмет с собой. Раздумывая над тем, что попав на остров в эпоху Рагнара на ней было платье и парик, выходит она также может перенести с собой только то, что будет на ней одето. Поэтому она купила ткань для плаща, сшила его и пришила внутри множество карманов на молнии. На следующий день Варя закупила все, что писала в своем списке и аккуратно распределяла инвентарь по карманам, а это: десять ручек и пучок стержней синего и черного цвета, тетради в клеточку двадцать штук, книгу как из трав делать косметику, маски и т.д, а также книгу о народной медицине, в аптеке закупила таблетки болеутоляющих, пластырей, штук десять зубных щеток и три тюбика с зубной пастой, метод викингов по очистке зубов ее в принципе устраивал, но пасту все равно она возьмет. А еще Варя купила десять удлиняющих и объемных тушей для ресниц, а так как они быстро высыхают, то приобрела много коробочек плевательной, савдеповской туши, по крайней мере она надолго сохранит свои свойства, ну и конечно сухие тени, пудра и еще разных косметических коробочек и пузырьков и многое по мелочам. Взяла фотографии своих родителей, бабушки, Чан-ли и театральных друзей. А самое трудное было упаковать три петарды, но и с этим Варюша справилась, а хлопушки, спички и зажигалки она положила в боковой карман плаща. Варя забеспокоилась, что слишком ноша будет тяжела, но попробовать стоит...

А еще Варя не знала в какое время года она попадет и решила одеться по зимнему. Если там зима то она не замерзнет, а вот если лето, то она спокойно снимет теплые вещи.

На следующей день когда все формальности с имуществом были улажены, дом перешел во владение Чан-ли и Варя уволилась с работы, этим же вечером она собиралась лицезреть своего героя сердца и долго... долго с ним целоваться.

– Я буду скучать по тебе дядюшка, - обняла его в сотый раз Варенька.

– Ты будешь счастлива, и от этого буду счастлив я.