Чтение онлайн

– А как же Чан-ли?

– Чан-ли тоже моя семья, но он поймет меня и отпустит. Кстати, получается, что ваш род произошел от Хэльги и Рагнара. Если у меня получится вернуться к нему, я обязательно расскажу ему, какие у него прапрапрапра… дети, - засмеялась Варя и до глубокой ночи они вели задушевные беседы, где в основном говорила Елизавета Андреевна, посвящая Варю в родословную своих предков.

– Он будет гордиться своим потомством, - гордо изрекла Варя.

На следующей день рано утром Елизавете Андреевне был звонок от внука, где тот сообщил, что присланные слова переводу не поддаются, и нет ни одного языка, который бы перевел этот набор букв.

Варя расстроилась и сильно загрустила, а потом вспомнила про осьминога:

У него и ноги от ушей и руки из ж...пы, и ж..па с ушами, и голова в ж..пе. И ничего, не жалуется.

Варя вздохнула и стала упаковывать чемодан, больше ей здесь делать было нечего. Елизавета Андреевна долго уговаривала Варю остаться и погостить хоть неделю, но Варя была непреклонна. Тогда Елизавета Андреевна купила Варе билет на самолет и проводив ее до самого аэропорта строго настрого наказала, что, если той удаться вернуться к Рагнару, она обязательно должна сообщить любым способом. Варя клятвенно пообещала и скрылась в дверях аэропорта с твердым решением перевести это заклинание.

Глава 24

Чан-ли восседавший на полу в позе лотоса чуть прищурившись, наблюдал за своей воспитанницей, которая что-то записывала в тетрадь и нервно кусала колпачок ручки. Вот уже ровно два дня как Варенька вернулась от Елизаветы Андреевны, и первым делом она рассказала все своему дядюшке. Чан-ли слушал Варю внимательно, как всегда долго молчал, а потом уходил медитировать. Именно сегодня утром на второй день Чан-ли попросил Варю показать заклинание и когда Варенька протянула ему листок со странными словами, он пожал плечами и спокойно сказал:

– Они не переводятся.

– Вот Америку открыл! – воскликнула Варвара.
– Но все равно разгадаю, как их произносить, - упрямо изрекла она, - чтоб этого Крагах… Крыга… или как там его Каглы-Маглы в тумане потерялся… ну не мог он, что ли Рагнару объяснить, как произносить-то это заклинание!!!- в который раз возмущалась Варенька.

Чан-ли серьезно посмотрел на Варю, - А никак и не надо произносить, - просто сказал он под недоуменный взгляд Вари, - одеваешь кольцо и произносишь слова, так как написано.

Варя открыла рот и прижала руки к груди, потом вскочила – села, вскочила и как заорет:

– Дядя Чан-ли! Ты гений!!! Так все просто… - Варя заметалась от переизбытка чувств по комнате, - нужно попробовать, - и резко остановилась.

Чан-ли невозмутимо прошел на кухню, так как подходило время обеда. А Варвара подозрительно затихла.

И вот сидевший на полу Чан-ли терпеливо наблюдал за Варей, которая что-то там писала и жевала колпачок ручки.

– Завтра напишу заявление на увольнение с работы. После мы пойдем с тобой к нотариусу, я завещаю тебе дом и все свое имущество. Всем будем говорить, что я уехала покорять Москву и возвращаться назад не собираюсь. А после мне нужно в магазин… - задумалась Варя словно что-то вспоминая и вновь записывая в тетрадку.

Чан-ли поднялся, - А если не получится? – тихо произнес он.

Варя застыла и медленно подняла на него глаза, - Не лишай меня надежды. Я верю, что получиться, а если нет, то снова стану искать. Разве у меня есть выход? А на счет работы даже не беспокоюсь, как уволилась, так и обратно вернусь. Примут обратно с распростёртыми объятиями, кто-то же должен с курами возиться.

Чан-Ли погладил Варю по голове, - Ты думала о том, что если вернешься к нему, то в какой именно период?

Варя отложила ручку, встала и подошла к окну, за окном было темно, наступали холода, дождик барабанил по стеклу, прижавшим лбом к стеклу Варя вглядывалась в темноту. Она долго молчала, а потом спокойно произнесла:

– Конечно, думала. Попаду в тот момент нашего расставания, так поменяется ход истории и ни Елизаветы Андреевны, ни Никиты ни его потомков… Нет… Вряд ли это произойдет, ведь его потомки предначертаны самой судьбой. Забросит меня в то время, когда он будет женат… что ж на то воля Бога или Одина, - ухмыльнулась Варя, - и ждать смерти его жены я не стану, попытаюсь предотвратить, предупредить, помочь… А если я попаду в то время, когда оборвалось его письмо… и он писал его для меня, думая обо мне и любя меня всем сердцем, даже спустя пятнадцать лет, где ему будет почти под сорок - я буду счастлива все равно, потому что он будет со мной осознанно, выстрадано, и примет меня спустя столько лет всей душой. Я надеюсь, что так и будет, - тихо закончила Варвара и повернувшись к дядюшке широко улыбнулась. Чан-ли засмотрелся на свою воспитанницу, на ее сияющие глаза и слегка кивнул.

– Ты совсем стала взрослая. И очень изменилась, - только и сказал Чан-ли, а потом ушел на второй этаж в свою комнату.

Варя еще долго стояла у окна разглядывая как капли дождя стекали по стеклу обретая причудливые узоры, а потом вздохнув снова села за стол и начала писать. А писала Варенька список того, что она возьмет с собой. Раздумывая над тем, что попав на остров в эпоху Рагнара на ней было платье и парик, выходит она также может перенести с собой только то, что будет на ней одето. Поэтому она купила ткань для плаща, сшила его и пришила внутри множество карманов на молнии. На следующий день Варя закупила все, что писала в своем списке и аккуратно распределяла инвентарь по карманам, а это: десять ручек и пучок стержней синего и черного цвета, тетради в клеточку двадцать штук, книгу как из трав делать косметику, маски и т.д, а также книгу о народной медицине, в аптеке закупила таблетки болеутоляющих, пластырей, штук десять зубных щеток и три тюбика с зубной пастой, метод викингов по очистке зубов ее в принципе устраивал, но пасту все равно она возьмет. А еще Варя купила десять удлиняющих и объемных тушей для ресниц, а так как они быстро высыхают, то приобрела много коробочек плевательной совдеповской туши, по крайней мере она надолго сохранит свои свойства, ну и конечно сухие тени, пудра и еще разных косметических коробочек, и пузырьков и многое по мелочам. Взяла фотографии своих родителей, бабушки, Чан-ли и театральных друзей. А самое трудное было упаковать три петарды, но и с этим Варюша справилась, а хлопушки, спички и зажигалки она положила в боковой карман плаща. Варя забеспокоилась, что слишком ноша будет тяжела, но попробовать стоит…

А еще Варя не знала в какое время года она попадет и решила одеться по-зимнему. Если там зима, то она не замерзнет, а вот если лето, то она спокойно снимет теплые вещи.

На следующей день, когда все формальности с имуществом были улажены, дом перешел во владение Чан-ли и Варя уволилась с работы, этим же вечером она собиралась лицезреть своего героя сердца и долго… долго с ним целоваться.

– Я буду скучать по тебе дядюшка, - обняла его в сотый раз Варенька.

– Ты будешь счастлива, и от этого буду счастлив я.

Варя одела поверх джинсов меховые унты, шапку ушанку, мутоновую длинную шубу и подпоясала ее кушаком.

– Боже как жарко, - простонала она, - одень на меня плащ, - попросила Варя дядюшку.

Чан-ли поднял с кровати большой, тяжелый черный так называемый плащ и ни слова не говоря водрузил его на воспитанницу.

– Варюшки дай, - просипела Варвара, - в карман шубы их засунь… ага… вот так, – обливаясь потом Варя медленно подкатила к столу, и надев кольцо прочитала заклинание:

«Layou Swee Lavve Fannx».

НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО.

Варя хлопнула глазами и снова громко его произнесла.

НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО.

– Я не понимаю, - растерянно пискнула она, и сняв кольцо медленно стала его надевать, произнося заклинание.

НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО.

Тогда Варя надела его на другую руку.

НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО.

Варя готовая разрыдаться надевала его на все пальцы рук и читала заклинания, но ничего не происходило.

– Дядюшка, - заплакала она.
– НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ!!! – и разрыдалась в полный голос. Чан-ли не зная, что делать и что предпринять, носился вокруг огромной Вари пытаясь ее обнять, но ему это никак не удавалось.