Чтение онлайн

Великие пророки прошлого

Магия — это весело, говорили они.

Были тут и дисциплины других факультетов, но только лекции, без практики. К моему великому облегчению. Гард пояснил, что практические занятия по другим магическим направлениям начнутся со следующих курсов, после инициации темным кристаллом. Предвосхищая мой вопрос, он тут же сообщил, что отправит меня на Землю до этого события. Это из хороших новостей.

А вот практика по предсказаниям начнется уже со следующего семестра. И тут придется поднапрячься. Не мне, а Гарду, разумеется. Он потому и хотел, чтобы я училась на зельеварении (и в принципе не сильно сомневался, что я попаду на факультет гэрры Элизии), потому что среди зельеваров не было сильных магов.

На факультет зачисляли всех, у кого был слабый дар. И, несмотря на заверения гэра Эррора, что нет хороших или плохих факультетов и все важны, все-таки остальные студенты относились к зельеварам с определенной долей превосходства. Но, хотя и пустышки вполне могли обучаться изготовлению зелий, только маги могли создавать поистине действенные целебные отвары, которые помогали сращивать кости и даже лечить рак. И во взрослом мире, за пределами академии, к зельеварам относились с должным уважением. А уж те, кто посвятил себя кулинарному искусству, и вовсе были популярны и богаты.

И, возвращаясь к практике по предсказаниям, Гард рассказал, что со второго семестра начнутся медитации. Иначе говоря, погружение в свою магию. К слову, пророки (выпускники факультета предсказаний) не видят будущее в том смысле, что Гард и предположить не мог чем обернется его экзамен. Или на какой факультет меня определят. Спонтанные видения возникают лишь в случае какой-то реальной угрозы. И то, только у сильных интуитов. В остальных же случаях, чтобы узреть хитросплетения нашей вселенной требуется большое количество энергии и времени. Не говоря уже об умении чертить руны и прочее, прочее.

Все это мне поведал Гард за то время, что мы провели в главном холле с колоннами. «Успокоил» тем, что с практикой будет помогать.

Взглянула еще раз в свое расписание. Первой лекцией была история Эллоргана для нашего факультета и артефакторики. Значит, можно будет сесть вместе с Элайрой. Оказалось, что и королева эльфов зачислена на артефакторику, правда ее компании я особо не радовалась. Даже несмотря на то, что по словам Эррора, я — сильный интуит, Каласандра все также продолжала держаться со мной и другими соседками холодно и свысока, а ко мне в частности с какой-то затаенной неприязнью. Видимо расстроилась, что ее не отметили перед деканами так, как меня. Эх, знала бы она, что мне просто крупно повезло.

Я не надеялась на чудо и не заблуждалась в отношении своих способностей. Программа эллоргенов не обнаружила, магия во время испытания не проявилась, да и я сама ничего особенного тогда не почувствовала. Только боялась и мечтала поскорее перейти магическое поле. Так что, интуит не интуит, а просто ошибка.

К вечеру прибыли урожденные эллорганцы. Если среди призванных магов были, так сказать, чистые представители своей расы, то среди жителей Эллоргана можно было наблюдать смешение в их жилах иномирных кровей. Синекожий парень с рогами, или обычная с виду девушка с изюминкой в виде хвоста. Ребята рассматривали нас новобранцев с неприкрытым любопытством, впрочем, как и мы их.

Еще в школе я заучила одну истину — лучше всех учишь теорию, на практике не трогают. А вот кто знаниями не блещет, с того и спрос пожестче. Так что, лекцию по истории Эллоргана я приготовилась слушать с удвоенным вниманием. Так сказать, зарабатывать репутацию на год вперед.

Преподавателем оказался полноватый мужчина в возрасте, с залысинами и роскошными бакенбардами. В прошлом пророк, а на пенсии учитель истории гэр Бром. Начал он с изображения радужного кристалла.

— Обратите внимание на его форму. У эллоргана два акхара. Акхар — это вершина кристалла. У обычных магических кристаллов всего один акхар, потому они не долговечны. Энергия, которую они испускают, не возвращается. А вот эллорган может делать магию цикличной, вечный источник энергии… Был когда-то, — поправил себя гэр, но его взгляд, устремленный на изображение кристалла продолжал сиять, — Более подробно вы можете рассмотреть его на своих магпэдах.

Я взглянула на переливающийся всеми цветами радуги кристалл в виде причудливой молнии, и покрутила его из стороны в сторону. Магпэд делал картинку объемной, давая возможность рассмотреть кристалл со всех ракурсов.

— Но к сожалению, алчность и жажда власти древних магов уничтожила этот единственный в своем роде, безупречный экземпляр.

Гэр Бром поведал о «войне разрушителей». Так прозвали магов двух миров, столкнувшихся в последней схватке, прежде чем кристалл раскололся на две части. Чья именно сторона разрушила эллорган, история умалчивает. Произошел взрыв, а после каждый устремился заполучить оставшиеся осколки, коих оказалось два. Светлый и темный, оттуда и повелось: мир Темных и мир Светлых. Никакой фантазии.

Один из студентов спросил:

— Почему же не удалось соединить половины?

— О, история эта очень занятная, — ухмыльнулся гэр Бром, словно только и ждал этого вопроса, — обросла кучей мифов и легенд, самая популярная из которых — легенда о песчинке.

Кое-где послышались сдавленные смешки. Что тут скажешь, звучит и в самом деле забавно. Но гэр остался невозмутим и продолжил:

— Существует мнение, в которое охотно верят авантюристы и искатели приключений, что при расколе радужного кристалла, где-то затерялась маленькая частичка, без которой соединить темный и светлый кристалл невозможно. Где она, была ли она вообще, никому неизвестно. У этой легенды куча последователей, все они пытаются разыскать утерянную частицу. Возможно ее уничтожило вместе с Параллелью, возможно она бороздит пространство меж мирами, кто знает…

— Но ведь частиц может быть не одна? — неожиданно для себя выдала я.

— Вполне логичное суждение, — закивал головой гэр Бром, — но для искателей легенда об одной единственной песчинке звучит романтичнее… О, вот и звонок. В следующий раз я расскажу о драконьей стене.

Драконья стена? Тут есть драконы?

Такие же новобранцы, как и я, сидели с расширившимися от страха и удивления глазами, а эллорганцы как ни в чем не бывало заспешили на следующую лекцию. Эти, наверное, с детства знают о ее существовании.

На выходе из аудитории меня подловил декан моего факультета гэр Акар. Именно что «подловил». Сложилось впечатление, что он не просто мимо проходил, а конкретно ждал меня. И это мне совсем не понравилось.

— Новобранец Света Кузнецова, — он осмотрел меня сверху до низу и стало очень так неуютно под взглядом декана, — Свет-лана, верно?

— Да, — ответила настороженно, — А откуда вам известно мое полное имя?

Я почти всегда и везде представляюсь Светой. Мне так проще. Светланой я себя почему-то не чувствовала.

— Я изучал ваш мир. Очень интересный. Почти на краю Вселенной.

— Наверное, — пробормотала я, гадая, что ему понадобилось.

— Испытание показало в вас сильного интуита. Я рад. С каждым годом темный кристалл слабеет в геометрической прогрессии, нам нужны сильные, одаренные маги.

Это вы не по адресу, уважаемый гэр.

Но вслух промолчала и сделала вид, что внимаю каждому слову.

— Я хочу, чтобы вы, Свет-лана, с самого начала понимали и осознавали всю ответственность.