Чтение онлайн

Лишить меня ребенка несложно, но потом он возненавидит "лишенцев", и обязательно найдет возможность отомстить.

Убить меня?

Это несложно, но рано или поздно все тайное станет явным. И малыши будут искать убийцу. А если будут искать, то и найдут, рано или поздно. И какая там лояльность?

Война без оговорок и перемирия!

Что остается?

Выдать меня замуж. За человека, который воспитает малышню в полнейшей преданности к Его Величеству. Причем, главное тут – уверенность в сем факте Романова и Ивана XIV. Остальное не так важно.

Кто же предложил свою кандидатуру?

Именно Благовещенский. И обосновал это своим отцовством второго ребенка.

Романов, узнав о некоторых интересных коллизиях, долго ругался матом. Но потом остыл, и пообещал поговорить с Иваном XIV. Если Его величество разрешит…

Александр надеялся, что разрешит.

Я не надеялась, но…

Если меня не станет, есть шанс, что малышей отдадут под опеку Александра. А он их не бросит. Хотя бы это. Хотя бы так…

А наследство Демидовых…

Мне – не жалко. Там много чего хорошего: заводы, рудники, шахты, но мне, честно говоря, плевать. Кровь Полоза – страшная штука.

Я экспериментировала в домашней лаборатории и до сих пор продолжаю эксперименты, но уже сейчас ясно, что это – ужас.

Кровь Полоза дает власть над земными недрами. Конечно, я не могу сказать горе – поднимись и перейди, сил не хватит. Горы останутся на месте. Но к примеру, уничтожить рудник?

Спокойно.

Пройду кругом и отведу рудные жилы. Тоже тяжело, трудно, долго, но они меня послушаются. И уйдут, куда я покажу.

Или придут.

На таких условиях, я могу смело отдавать любое наследство – мы с Нилом просто купим любой, самый безнадежный участок и построим на нем рудник.

Любой.

Хоть золотой, хоть серебряный, хоть медный – притянем жилу, да и станем разрабатывать. И подземные воды нас стороной обойдут, и обвалов не будет…

Магия земли плюс кровь Полоза – страшное сочетание.

Почему раньше никто не пользовался магией земли для этих целей?

Не получится.

Чисто теоретически, любому человеку можно пересадить вены или вскрыть живот и покопаться во внутренностях. Чисто практически – представьте, что к вам на стол положили живого великана, весьма недовольного этим обстоятельством и способного сопротивляться.

Покопаетесь у него в пузе? Нет?

Вот и я не стану.

Маг Земли, если слишком обнаглеет, может здорово получить по шее от своей стихии. Землей завалит, или камнем по макушке прилетит, или зыбун под ногами откроется…

Кстати – к магам других стихий это тоже относится.

Командуешь ты воздухом?

Командуй, но до определенного предела. А если сильно вмешаешься в природные процессы, можешь и обратку схлопотать. К примеру, налетит на твой дом ураган и очутишься ты в штате Канзас. Или еще где подальше.

Мир терпит магию, но в какой-то момент его терпение переполняется, и слишком наглый маг рискует встретиться с откатом. Так что отводить жилы маги земли не могут – слишком сложно, тяжело, и в ответ можно получить.

А полозы – могут. Им власть над металлами дана от рождения.

Для меня это теперь, как дышать. Для Нила?

Полагаю, тоже несложно. Даже проще, чем мне, он-то полоз природный…

Но полукровка…

Ладно.

Пусть Нил растет, пусть заявляет свои прав на наследство – там посмотрим, что делать дальше. Кровь Полоза у него никто не отнимет, это главное.

– Может, поговорить с Романовым про Матвееву?

Александр сморщил нос.

– Не советую.

– Жалко мать. Она за дочь переживает.

– Пусть переживает. Вырастила убийцу…

– Ты же не веришь, что эта дуреха убила цесаревича.

– Не верю. Но мою семью… помнишь?

Я прикусила язык.

Действительно, не начни Анастасия свою игру, осталась бы жива Ирэна, да и Дарья не сошла бы с ума. О них я уже забыла.

А надо бы поблагодарить Матвееву.

Если б не Анастасия, мне бы Александра не видать, как своих ушей, максимум – была бы любовницей. И то вряд ли, хватит с меня таких отношений.

– Помню. И все же, она совсем еще ребенок.

– Ирэна была не старше. А еще… Маша, тебе ее жалко?

– Да, немного. Она любимого потеряла…

– Ты уверена, что любовь оправдывает любую подлость и любую мерзость? Предательство, убийство, подставу…

– Хм?

Я задумалась. Но ведь и правда…

Стоит сказать: "я тебя люблю" – и эти слова действуют, как пожизненная индульгенция? Ими можно оправдать все, что пожелаешь? Замечательно!

В свое время я прочитала жутковатую историю.

Две подруги, обе влюбились в одного и того же парня, он выбрал одну из ни.

Что сделала вторая?

Она не стала плакать, не пожелала влюблённым счастья, она просто убила беременную подругу. Заманила в пустой дом, спихнула в погреб и заперла там. Убить-то рука не поднималась, это ж жестоко, а вот так, оставить, пусть сама помрет от голода-холода…

Все во имя любви!

Беременной подруге повезло, ее спасли, увезли из страны, а спустя двадцать лет ее дочь явилась требовать справедливости. Много чего там творилось…

Что меня царапнуло – когда убийцу судили, и муж от нее отрекался, она его умоляла: "я ведь тебя любила! Я все делала ради нашей с тобой любви!".

Здорово, правда?

Любовь, она такая, всеоправдательная. Или все оправдывающая?

Неважно.

Не сомневаюсь, Анастасия будет орать то же самое. И… мне ведь стало ее жалко? И еще такие же жалостливые найдутся. А поставить себя в такую ситуацию?

Представить, что между истеричной влюбленной идиоткой и ее предметом, стоишь ты?

Я, вот, стояла. Хотя и сама не знала. Чудом уцелела…

– Уже не хочешь просить за Матвееву? – угадал мои мысли Александр.

– Пошла она в болото, – с чувством сказала я.

– И пусть государь ее там хоть утопит, – приговорил жених.

– Предлагаю забыть про гадости, и пойти, повозиться с детьми, – подвела я итог.

– Согласен.

До позднего вечера мы с малышней играли в театр.

Рожденные в эпоху гаджетов и интернета, этой забавы и не знают. Но здесь-то ни айфонов, ни айпадов, приходится по старинке…