Чтение онлайн

– Пусть считает, что я головой сильно приложилась и изменилась поэтому. Ты знаешь, как зовут волков?

– Хан и Риа если мне не изменяет память, – сказала Наала.

– Риа, – обратилась я к волчице, – не бойся, я не причиню вам вреда, я пришла помочь.

– Я знаю кто ты, ты Наала, ты такая же, как и твой братец. Не подходи, я за своих детей буду драться насмерть.

– Риа, будь благоразумна, твой муж истекает кровью, пока мы с тобой пререкаемся, дай мне ему помочь. К тебе и волчатам я не буду подходить, пока сама не позволишь.

Волчица кинула быстрый взгляд на Хана, оставившего попытки встать и ответила:

– Он сражался за свою семью, но твой брат был сильнее, если сможешь ему помочь, мы будем тебе должны наши жизни.

Я, по дуге обошла волчицу, и подошла к самцу.

– Наала, чем мы можем ему помочь?

– Ты ещё спрашиваешь!? У нас же дар целительства, нужно зализать ему раны, остановить кровотечение.

– Я не смогу, меня вырвет, – застонала я.

– Ладно, давай я в этот раз, а ты запоминай и учись. И не вздумай закрывать глаза, а то я все брошу. Мне тоже удовольствие не доставляет вылизывать волка, он же псиной воняет!

– Спасибо, – облегчённо выдохнула я, собираясь с силами выдержать всю процедуру до конца.

– Помни мою доброту, – нахально заявила Наала, подходя вплотную к волку.

Хан дернулся, когда моя морда оказалась вблизи его шеи.

– Успокойся, Хан, я тебя буду лечить, придется потерпеть, язык у меня шершавый.

– Главное про шершавый язык она знает, а про свой родной дар нет, чудеса, да и только! – вставила свое замечание Наала.

– Я потерплю, – слабо откликнулся Хан, расслабляясь и вытягивая шею на лапы.

Пока Наала вылизывала раны волка, я её активно расспрашивала, не забывая наблюдать, как под её языком раны нехотя затягивались.

– Как происходит превращение зверя в человека и обратно?

– Поначалу было больно, но потом тело свыклось и теперь скорее не очень приятные ощущения на пару минут, – поясняла Наала.

– Я вот хочу превратиться в человека, что мне для этого нужно?

– Сосредоточиться, расслабиться и представить, как меняется твое тело.

– И всё?! Это так просто? – удивилась я.

– На словах просто, а на практике без должной тренировки ещё посмотрим, как ты справишься, – тоном школьной учительницы сказала Наала.

Волчица кормила своих детей, не сводя глаз с меня, но всё же, в её жёлтых глазах стало неприязни чуть меньше, чем раньше. Хан потерял много крови и ослаб, его неуклонно тянуло в сон, он некоторое время боролся, но проиграл и эту битву, провалившись в целебную дрёму.

Наала удовлетворённо осмотрела результат своей работы и вынесла свой вердикт:

– Волк будет жить, но несколько дней придется полежать и восстановить силы.

Я передала слова волчице, та сухо поблагодарила, напомнила про долг и добавила, что эти несколько дней им всем предстоит голодать.

– Об этом я позабочусь, не переживай, – попыталась я успокоить Рию.

Волчица не спешила мне доверять, подозрительно наблюдая за каждым моим шагом. Зато успокоившиеся малыши с неподдельным детским интересом тянули ко мне свои острые мордочки. Мать их одергивала, чтобы не высовывались, но дети даже в волчьей шкуре остаются детьми и долго указания матери на них не действовали.

Волки трудно дарят свое доверие, но если его удается завоевать, то вернее и преданные друзей будет не сыскать на всем белом свете. Волки пусть и пахнут специфически, но не такие своенравные как кошки.

– Наала, ты не против, поохотиться?

– Так мы не так давно ели, я не чувствую голод, – не поняла к чему я клоню, кошка.

– Это не для нас, а для волков, их добытчик не сможет несколько дней их кормить.

– И зачем ты только с ними связалась, какой прок с жалких изгоев?

– Наала, не во всем стоит искать прок, иной раз нужно помочь просто так, без выгоды.

– Но зачем?

– Для того чтобы не потерять свою человечность, – ответила я.

– Что такое человечность?

– Человечность – это то, что отличает человека от зверя, это способность проявлять милосердие, сострадание и оказывать помощь слабому, а не добивать его.

– Я не видела в принцессе проявления этой твоей "человечности", – фыркнула Наала.

– Твоя человеческая половина не является эталоном качеств, присущих людям. Но я постараюсь тебе показать каким должен быть настоящий человек. И кстати, попробуй делать добро, я уверена, тебе самой вскоре понравится. Добро творить гораздо легче и приятнее, чем зло.

– Не уверена, но готова попробовать, я люблю авантюры, – облизнулась Наала.

– Тогда вперёд на охоту! – скомандовала я, и кошка сорвалась с места, вихрем уносясь из пещеры.

Охотиться Наала явно любила, её переполнял азарт, погоня за жертвой горячила кровь и отключала голову. Довольно быстро кошке удалось поймать трёх крупных зайцев, с начинающей линять белой шубкой.

Довольная и усталая Наала неся в зубах тушки ещё теплых зайцев, ввалилась в пещеру, потревожив дремлющее волчье семейство. Я перехватила контроль над телом, осторожно положила добычу в середине пещеры и отошла ближе ко входу.

– Это вам, не стесняйтесь.

Я видела, что волчица жадно вдыхала запах добычи, но с места не сдвинулась, показывая гордость.

– Риа, вы всегда жили в таких условиях?

– А ты как думаешь? – зло зыркнула на меня волчица.

– Риа, я не виновата в произошедшем и в том, что вы теперь живёте здесь. Я понимаю, что тут условия не очень и постараюсь вам помочь.

– Да что ты понимаешь, кошка?! Мы вынуждены жить постоянно в зверином облике, я скоро забуду, как это быть человеком! А ты пришла ещё больше унизить нас, чтобы потом в своих хоромах со своими холеными друзьями вместе посмеяться!

– Это не так. Я искренне хочу помочь вашей семье, неправильно жить в холодной пещере, да ещё и с детьми.

– Если вожак узнает о детях, он прикажет растерзать их, а может и нас заодно.

– Значит, вожак об этом не узнает, а как только Хан поправиться мы вместе сбежим из земель клана. У меня тоже есть свои причины покинуть отчий дом.

– Куда бежать? Нигде нет пристанища волкам, изгнанным из клана.

– Есть одно место, это Академия магических искусств, она стоит на нейтральных землях и там влияние кланов не действует. Я собираюсь ехать поступать туда на учёбу, а вас возьму с собой, наверняка там требуются работники.