Чтение онлайн

Наконец тросиком зацепил мину за рым и отбуксировал почти на середину пролива.

Утром он увидел, что приблудная мина снова жмется к острову. Ветер не переменился за ночь, и она вернулась на старое место.

Весь день (это был третий день его пребывания во вражеских шхерах) Демин пролежал в своей пещере с ощущением, что шапка-невидимка совсем непрочно держится на затылке. По счастью, кораблей не было, а со стороны маяка мину, по-видимому, заслонял камень.

Ночью, по пояс в воде, разведчик подобрался к ней и с тысячью предосторожностей разрядил. Потом, ругая ее вполголоса, подвел к берегу. Мина была шхерная, небольших размеров, и после нескольких неудачных попыток ему удалось вкатить ее в свою пещеру. Это было единственное место, где можно было спрятать ее от постороннего взгляда.

Теперь ему пришлось потесниться. Ноги можно было вытягивать лишь попеременно: то одну, то другую. И как ни исхитрялся, как ни натягивал на себя шинель, спине было очень холодно от железа.

Он позволил себе роскошь - включил передачу из Москвы. Долго роскошествовать было нельзя, - приходилось экономить аккумуляторы.

Замолк голос родины. Снова слышен лишь неумолчный тоскливый вой ветра. Брызги с шипением перехлестывали через остров. Задувал зюйд-вест.

Демин заснул, потому что был вконец измучен возней на взморье.

Очнулся он от частых выстрелов. Пули стучали по камням над его головой.

Он овладел собой мгновенно. У опытных разведчиков не бывает вяло-дремотного перехода от сна к бодрствованию. Мозг Демина с места взял предельную скорость. Первым делом отстучать на базу о вынужденном прекращении передач! Потом принять бой! Когда ясно станет, что спасение невозможно, подорвать себя, рацию с часами и синхронным механизмом. Уйти с безыменного острова, не оставив следов!

Выстрелы смолкли. Не снимая пальца с ключа, Демин глянул в узкую щель.

Метрах в тридцати от него покачивалась шлюпка с двумя гитлеровскими солдатами. Толстяк смеялся, развались на корме. Тощий дылда стоял, расставив ноги, часто мигая. В руках у него был автомат.

– А я говорю, попал, - донеслось до разведчика.
– Ты проиграл!

– Сядь, Франц, - пробормотал толстяк между двумя судорожными приступами веселья.
– Сядь, перевернешь лодку.

– К черту!
– сердито отмахнулся Франц и действительно чуть было не упал, зацепившись за удочки.
– Не веришь - подъедем к этим камням. Я докажу, что попал, дурень ты!

Рывком весел он двинул шлюпку вперед. Завязалась борьба, сопровождавшаяся перебранкой. Видимо, до этого оба не раз прикладывались к фляжке.

Тощий дылда с пьяной настойчивостью порывался к острову, более трезвый толстяк отнимал у него весла, уговаривал сесть. Шлюпка раскачивалась, вертелась волчком. Течение подносило ее все ближе и ближе.

Медленно ведя за ней дуло автомата, Демин не спускал Франца с мушки. Да, так надо было сделать. Сначала его, потому что он вооружен. За ним другого...

Но когда шлюпка очутилась почти у берега, толстяку, наконец, удалось перехватить весла. Не оглядываясь, он погнал шлюпку быстрыми толчками назад к маяку.

Демин перевел дух.

Куда же все-таки метил Франц: в чайку, в ствол сосны, в приметный камень на вершине?

Хорошо еще, что не прошил очередью мину. Черной неблагодарностью отплатила бы она тогда за оказанное ей гостеприимство.

И вдруг справа от себя Демин услышал журчание.

Так и есть! Проклятый Франц попал, и спьяну совсем не туда, куда метил. Случайная пуля пробила аккумуляторы, и драгоценная жидкость - электролит вытекла.

Быть может, удастся еще поработать, пока хоть что-нибудь плещется на дне? Демин с лихорадочной быстротой застучал на ключе, но обнаружил, что накал ламп быстро садится.

Он стал выяснять причину. Оказалось, что фашистская пуля застряла внутри аккумулятора и замкнула пластинки электродов.

Это было самое ужасное из того, что могло произойти. Случайно, сам не подозревая об этом, пьянчуга выбил оружие из рук Демина. Разведчик был теперь нем и глух.

Что пользы в том, что он еще зрячий? (Стереотруба уцелела.) Все равно не сможет сообщить на базу об увиденном. Рядом безнаказанно станут шнырять вражеские корабли, а он будет обречен на бездействие.

Мало того. Теперь Демин не сможет вернуться домой. Катер должен был прийти за ним на пятую ночь, но ведь на базе приняли радиограмму о том, что разведчик обнаружен, что он собирается подорвать себя и рацию. Радиограмма была последней. Рация прекратила работу. Значит, Демина уже нет в живых...

Весь день разведчик не отрывался от стереотрубы. Мимо проходили караваны, - он заставлял себя не обращать на них внимания.

Сейчас его должно интересовать только то, что творится по ту сторону узкого пролива - на маяке и во дворе перед маяком. Это уже не простое любопытство, развлечение, как было раньше. Нет, это нужно для пользы дела.

Пытливым взглядом обводил разведчик кусты лесной малины и шиповника, окружавшие дворик. Они довольно высоки. Можно незаметно проползти в кустах до самой стены.

Он внимательно осмотрел стену. Правый угол немного обвалился. Здесь удобнее всего проникнуть внутрь дворика.

Потом, держась у стены, прячась в ее тени, он доберется до деревянного сарайчика, стоящего поодаль дома! Этот сарайчик привлекал особое внимание Демина. Он был почти уверен в том, что там находятся аккумуляторы.

Когда ветер дул со стороны маяка, Демин явственно различал прерывистый, с покашливанием и чиханием, стук движка. Несомненно, в сарайчике производили перезарядку аккумуляторов, которые давали энергию для питания фонаря на маяке. Возможно, что там хранились и запасные аккумуляторы для переносных фонарей.

Итак, задача ясна: во что бы то ни стало добыть трофейный аккумулятор!

Для набеговой операции Демин выбрал время перед рассветом, когда сон всего крепче. Место высадки было облюбовано заранее.

Переправившись в надувной лодке через пролив, он скользнул по склону вверх. Все было тихо вокруг.

Он прополз вдоль кустарника к стене, перелез через нее. Оглянулся никого. Прислушался - только волны мерно ударяют о берег.

В несколько прыжков Демин очутился подле сарая. Как он и ожидал, дверь была только притворена, не заперта.

Прежде чем переступить через порог, разведчик еще раз оглянулся. Двор был пуст.

Где-то в ветвях коротко вскрикнула во сне какая-то птица. И опять тишина. Из сарая на Демина пахнуло сыростью. Он шагнул внутрь.