Чтение онлайн

Портрет хирурга С. С. Юдина. М. Нестеров

Прижизненную славу доктору принесли труды по восстановительной хирургии. С 1931 года Юдин руководил кафедрой неотложной хирурги Центрального института усовершенствования врачей. Будучи убежденным сторонником радикального лечения язвенной болезни, профессор доказал свою правоту в работе «Этюды желудочной хирургии». В качестве превосходного специалиста по оперированию брюшной полости он устранял непроходимость пищевода, возникавшую в результате ожога химическими веществами. Монография «Восстановительная хирургия при непроходимости пищевода» в 1948 году была удостоена Государственной премии.

Русский профессор Юдин являлся почетным членом Хирургического общества имени Н. Пирогова; Королевского общества Великобритании; Хирургических обществ Парижа, Америки, Чехословакии, Каталонии. Труды по анестезиологии, хирургии желудка и пищевода, неотложной и военно-полевой хирургии заслужили признание в Сорбонне и Парижской академии наук, где автора удостоили звания почетного доктора.

Формирование общественной медицины и органичного ее продолжения — науки гигиена — связано с бурным развитием экономики, происходившим в мире на рубеже XVIII–XIX веков. Появление огромного количества промышленных предприятий требовало столь же большого числа тружеников. Меркантильная заинтересованность в увеличении числа работников возымела положительное следствие для медицины. Ввиду высокой смертности населения фабрикант был вынужден заботиться о здоровье людей, дабы не истощился запас рабочей силы. Первыми шагами в этой области стал учет числа работающих и контроль уровня их смертности. В Англии с 1527 года подобные мероприятия осуществлялись посредством bills of mortaliti (бюллетеней смертности), еженедельно выходивших в Лондоне.

Научный анализ списков погибших в результате повальных болезней, природных катаклизмов, военных конфликтов, производственных травм, профессиональных заболеваний положил начало науке под названием «демографическая статистика». В наименовании сочинения англичанина Джона Граунта выражено основное содержание работы по обобщению данных о смертности за 1603–1653 годы — «Естественные и политические наблюдения над записями умерших по отношению к управлению, религии, профессии, росту населения, воздуху, болезням города Лондона» (1662).

Спустя полвека постижением тайны профессиональных заболеваний занялся профессор Падуанского университета Бернардино Рамаццини (1633–1714). Не гнушаясь посещать самые неприглядные места — такие, как ремесленные мастерские, — доктор добывал сведения о характере заболеваний работающих в них людей. Исследования были представлены в фундаментальном труде «О болезнях ремесленников». Позже книга выходила на многих европейских языках и выдержала более 20 изданий. «В разных местностях существуют разные ремесла и в связи с ними возникают разные болезни. В мастерских ремесленников, чьим трудом, тягостным и грязным, создается множество благ, я постарался добыть сведения о том, как предупредить заболевания, которыми ремесленники обычно страдают, и как их лечить». Слова Рамаццини ясно выражают суть будущей науки — профессиональной патологии и гигиены труда, начавшей развиваться в кварталах итальянских ремесленников.

В современном понимании гигиена (от греч. hygieinos — «здоровый») является областью медицины, изучающей влияние условий жизни и труда на здоровье человека. Наука предусматривает разработку мероприятий по предупреждению заболеваний, обеспечению оптимальных бытовых условий, сохранению здоровья и продлению человеческого рода. Гигиеной интересовались медики Эллады и Древнего Рима. Гиппократ размышлял по поводу высокой заболеваемости отдельных личностей и жителей определенных районов, изложив свои мысли в трактатах «О здоровом образе жизни» и «О воздухах, водах и местностях». В Англии XVI века гигиена лишь возродилась в новом качестве. В экономически отсталой России учет и контроль над населением был связан не с трудящимися, а с военнослужащими. Обеспокоенный недостаточной пополняемостью армии Пётр I приказал каждому священнику вести по приходу «книги записные», куда надлежало записывать всех новорожденных с указанием даты рождения и имен родителей. Дополнительные списки велись по младенцам, умершим до крещения. Книги обновлялись через 4 месяца и представлялись в Синод. Наследники императора статистикой заниматься не пожелали, но дело Петра I добровольно продолжил промышленник В. Н. Татищев (1686–1750 годы). К 1724 году он подготовил вопросник, включавший в себя 198 пунктов, затронув вопросы об эпидемиях и средствах борьбы с ними.

Второй, более удобный вариант предыдущего бюллетеня, состоящий из 30 вопросов, предложил М. Ломоносов. Для великого ученого обращение к статистке не было случайностью. Помимо химии, физики, пиитики и астрономии, академик Ломоносов интересовался «размножением и сохранением российского народа», уведомив о том своего друга и спонсора, генерал-адъютанта Ивана Ивановича Шувалова (1727–1797 годы). Официальное письмо к нему вошло в творческое наследие ученого ввиду многозначительного содержания и красивой литературной формы. «Если в России на каждый год будет рожденных полмиллиона, — писал Ломоносов, — из коих в три года умрет половина или еще, по здешнему небрежению, и больше, так что на всякий год достанется по сто тысяч младенцев не свыше трех лет. Не стоит ли труда и попечения нашего, чтобы десятую долю, то есть 10 тысяч, удобными способами сохранить в жизни?»

В письме перечислялись основные «беды российские»: недоступность аптек, плохая организация родовспоможения, обычай крестин с купанием детей в холодной воде, обжорство и пьянство во время великих праздников. Не ограничиваясь констатацией фактов, автор послания наметил некоторые мероприятия по исправлению столь бедственного положения соотечественников. Помимо обучения повивальных бабок, организации карантинов, основания богаделен и домов воспитания, Ломоносов просил Шувалова обратить внимание на обеспечение более приемлемых условий труда. Прогрессивные мысли великого ученого нашли продолжение в работах С. Зыбелина, Н. Максимовича-Амбодика, а также в трудах П. Пелехина — профессора судебной медицины и медицинской полиции в Петербургской медико-хирургической академии.

«Скорая помощь». Д. Свешников

Начало формирования научной гигиены относится ко времени деятельности русского врача И. Л. Данилевского. Мысли о государственном участии в санитарно-гигиеническом воспитании народа высказаны в его диссертации на тему «Государственная власть есть самый лучший доктор» (1784). Более узко этот вопрос поставлен в докладе «О медицинской полиции в России». Автор речи, профессор Московского университета Ф. Ф. Керестури, видел «лучшего доктора» в репрессивном аппарате страны. Более реалистичным вариантом спасения нации представляются идеи декабристов, опубликованные в одном из выпусков «Русской правды» за 1823 год:

— лечение бедноты за волостной счет;

— организация больниц и аптек;

— обеспечение медикаментами войска;

— искоренение благотворительности как основного и единственного средства решения проблемы сохранения народного здоровья.

Многие из вопросов, поставленных декабристами, пытался решить основоположник русской гигиены, доктор медицины Алексей Петрович Доброславин (1842–1889 годы). В качестве руководителя кафедры гигиены в Петербургской медико-хирургической академии профессор занимался аналитической работой, представив ее результаты в сочинениях «Гигиена. Курс общественного здравоохранения» (1884) и «Курс военной гигиены» (1887). Эти труды стали первыми в России учебниками по научной гигиене. Практическим вкладом в санитарное дело государства стали мероприятия по благоустройству столицы. Доброславину принадлежит заслуга в создании Русского общества охранения народного здравия; по его инициативе начал выходить популярный журнал «Здоровье», редактором которого доктор оставался в течение 10 лет.

В то время как профессор Доброславин боролся за чистоту в столице, порядок на московских улицах устанавливал Гульдрейх Фридрих Эрисман (1842–1915 годы). Основоположник научной школы гигиены искренне любил Россию, хотя родился и большую часть жизни провел в Швейцарии. Масштаб его деятельности в области общественной медицины можно представить по классическим трудам и руководствам по всем основным разделам гигиены. Приехав в Москву, Эрисман несколько лет готовил себя к будущей деятельности, изучая санитарное состояние улиц, школ, больниц, жилых зданий и городских учреждений. В 1872–1874 годах он проходил стажировку в лаборатории знаменитых немецких гигиенистов Макса Петтенкофера и Карла Фойта.

В 1877–1878 годах Эрисман принимал участие в русско-турецкой войне. Начиная с 1879 года по приглашению Московского земства ученый разрабатывал программу, направленную на снижение роста заболеваемости рабочих фабрик и заводов губернии. Работа, рассчитанная на 6 лет, предполагала глубокое изучение 1080 промышленных предприятий и опрос 114 тысяч сотрудников. Эрисману помогали только два его сотрудника. Результаты уникальной санитарно-гигиенической акции представлены в «Материалах по исследованию фабрик и заводов Московской губернии» (1890). В Европе эта работа считалась образцом фабрично-заводской статистики.