Чтение онлайн

Взрослые должны отдавать себе отчет, что маленький ребенок еще не вполне способен произвольно регулировать свое поведение. Поэтому функции регулятора первоначально принадлежат взрослому, в первые месяцы жизни – всецело. По мере развития ребенка взрослый вправе ожидать постепенного перераспределения обязанностей. Но нелишне повторить: эти ожидания не должны быть поспешными и чрезмерными. Формирование произвольной регуляции поведения – постепенный процесс, и надо набраться терпения следовать его темпу. Бесполезны попытки его ускорить. Однако недопустимо и пускать процесс на самотек: так просто ничего не выйдет. Влияние на ребенка заключается не в том, чтобы решать все за него, и не в том, чтобы преждевременно требовать от него собственной личной ответственности. Направляя шаги ребенка, взрослый постепенно перекладывает на него ношу ответственности (ведь сразу малышу не осилить всей полноты такого груза!). Главное в этом процессе – поэтапное формирование способности соразмерять свои побуждения и вероятные результаты, действия и последствия. В каждой конкретной ситуации взрослые должны поощрять правильные шаги ребенка, раз за разом давая ему понять необходимость учета разных условий, правил и обстоятельств. Любой иной путь ведет в ином, увы, нежелательном направлении.

ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ

В большинстве психологических трудов индивидуальность определяется как совокупность черт, отличающих данного человека от других людей и определяющих своеобразие его личности. Такое определение оставляет без ответа ряд важных вопросов. Всякая ли характеристика человека может быть отнесена к его индивидуальности? Следует ли относить к свойствам индивидуальности особенности протекания психических процессов или способности человека? Как оценить черту, выступающую предметом сходства для одних людей и различием для других?

На научном, а не на житейском уровне понятие индивидуальности требует более глубокого содержательного анализа, который и был осуществлен рядом отечественных психологов. Так, В.С.Мерлин разработал теорию интегральной индивидуальности.

Согласно этой теории, индивидуальность человека складывается из индивидуальных особенностей, относящихся к разным уровням его организации – от биохимического до социального. Мерлиным выделяются три иерархических уровня.

Нижний уровень индивидуальности составляют биохимические, общесоматические (телесные) и нейродинамические свойства организма.

Средний уровень представлен индивидуальными психическими свойствами (особенности темперамента и черты личности).

Высший уровень занимают социально-психологические свойства, составляющими которых выступают социальные роли данного человека в малых (например, семья) и больших (например, народ) группах.

Такое представление снимает вопрос о том, с какого возраста человек выступает как индивидуальность. В момент рождения индивидуальность человека ограничивается только свойствами его организма. По мере того как у него проявляются особенности темперамента, формируются черты личности, его индивидуальность расширяется и охватывает все более высокие уровни. Зрелый человек занимает определенное общественное положение, и в его поведении представлена вся иерархия его индивидуальности, что, однако, не означает ее неизменности. При выполнении новых ролей, приобретении нового опыта и индивидуальность претерпевает изменения.

Индивидуальность характеризуется не только совокупностью индивидуальных свойств, но и своеобразием взаимосвязей между ними. Таким образом, если два человека обладают одинаковыми наборами свойств (что само по себе крайне маловероятно), то они все равно будут различаться своим мироощущением и поведением, поскольку связи между свойствами будут разные.

Следует отметить, что не все психологи разделяют такое широкое понимание индивидуальности. Так, А.Г.Асмолов относит индивидуальность к уровню свойств личности и связывает ее со смысловыми отношениями и установками человека. «Индивидом рождаются, личностью становятся, а индивидуальность отстаивают», – утверждает он. Этим подчеркивается, что индивидуальность отвечает за решение вопросов, связанных со смыслом жизни, ценностными ориентациями, личностной позицией человека. При решении этих вопросов закономерно возникновение конфликтов – как внутренних (внутриличностных – например, конфликт противоборствующих мотивов и побуждений), так и внешних (между личностью и окружающими). В процессе этой борьбы и формируется индивидуальность, а результаты борьбы определяют ее стойкость и масштаб.

Как же соотнести понятия «личность» и «индивидуальность»? Их можно графически представить как два круга, наложенных друг на друга таким образом, что, не совпадая полностью, они имеют общую площадь пересечения. Данная площадь и отражает те свойства личности, которые составляют основу ее индивидуальности. Оставшаяся часть круга, символизирующего личность, соответствует тем ее свойствам, которые являются социально-типичными и характеризуют ее как представителя многих больших и малых групп. Оставшуюся часть круга индивидуальности представляют биохимические, общесоматические и нейродинамические свойства, не входящие в структуру личности. Таким образом, эти понятия равновелики, но совпадают по содержанию лишь отчасти.

ИНСАЙТ (от англ. insight) – внезапное понимание существующих отношений и структуры целостной ситуации, посредством которого достигается осмысленное решение проблемы. В большинстве справочных источников указывается, что данное понятие было введено в гештальтпсихологии в первой четверти ХХ в. Это, безусловно, справедливо, если только иметь в виду, что явления, описываемые этим термином, отмечались еще в античных источниках. В конце концов, знаменитое архимедово «Эврика!» – не что иное, как констатация инсайта.

Приоритет в описании этого явления (без употребления самого термина) по праву следовало бы отдать французскому математику и теоретику научного творчества Анри Пуанкаре (его очерки о науке и научных открытиях поражают психологической глубиной, редкой даже для «титульных» психологических трудов). Еще в конце ХIХ в. Пуанкаре сделал перед Парижским психологическим обществом доклад «Математическое творчество», в котором проанализировал специфику математических способностей и описал на собственном примере особенности возникновения научных открытий.

По признанию Пуанкаре, многие оригинальные идеи, впоследствии выдвинувшие его в ряды выдающихся математиков, пришли к нему вовсе не в ходе целенаправленной умственной деятельности за письменным столом, а в совершенно неожиданных обстоятельствах: одна – на подножке автобуса, другая – во время прогулки по берегу моря, третья – на бульваре. Однако появлению каждой новаторской идеи предшествовал долгий этап подготовительной работы – как сознательной, так и бессознательной. Пуанкаре рассказывал: «То, что вас удивит прежде всего, это видимость внутреннего озарения, являющаяся результатом длительной неосознанной работы; роль этой бессознательной работы в математическом изобретении кажется мне несомненной. Часто, когда работают над трудным вопросом, с первого раза не удается ничего хорошего, затем наступает более или менее длительный период отдыха, и потом снова принимаются за дело. В течение первого получаса дело вновь не двигается, а затем вдруг нужная идея приходит в голову».

Пуанкаре делает предположение, что отдых – лишь видимый, на самом деле этот «отдых» заполнен бессознательной работой. Последняя же, по мнению ученого, приносит плоды, лишь когда ей предшествует период сознательной работы. Вдохновение – не дар небес, а результат труда, и порой огромного, но не всегда видимого и даже осознаваемого.

Зачем нужен второй период сознательной работы после озарения? «Нужно использовать результаты этого озарения, вывести из них непосредственные следствия, – объясняет Пуанкаре, – привести в порядок доказательство. Но особенно необходимо их проверить. Я уже говорил о чувстве абсолютной уверенности, которое сопровождает озарение; в рассказанных случаях оно не было ошибочным, но следует опасаться уверенности, что это правило без исключения; часто это чувство нас обманывает, не становясь при этом менее ярким, и заметить это можно лишь при попытке строго сознательно провести доказательство». С современных позиций к этому можно было бы добавить, что ученый чувствует правильные и неправильные комбинации идей, тогда как искусственный интеллект способен лишь перебирать те и другие. Самый совершенный компьютер – это лишь аналог логической части нашего сознания, а логика бесчувственна. Чувства ученого таятся в его подсознании и подсказывают правильное решение.

«Может вызвать удивление обращение к чувствам, когда речь идет о математических доказательствах, которые, казалось бы, связаны только с умом. Но это означало бы, что мы забываем о чувстве математической красоты, чувстве гармонии чисел и форм, геометрической выразительности. Это настоящее эстетическое чувство, знакомое всем настоящим математикам. Воистину, здесь налицо чувства!» Получается, что полезные комбинации – те, которые больше всего воздействуют на это врожденное чувство математической красоты. Можно ли развить это чувство? По сей день психология не может дать ответа на этот вопрос.