Чтение онлайн

Пока мужчина ещё ничего не успел ответить, я с жадностью набросилась на его губы, расстегнув пряжку ремня. В меня, наверное, бес вселился, а может и сам дьявол. Но вот это его сомнение по поводу наших отношений, яростной волной пробило каждую клеточку моего тела. И похоже каждая наша ссора или хотя бы намёк на неё, будет заканчиваться подобным образом.

Тимур прибывал в шоковом состоянии всего пару секунд. А потом, оторвавшись от моих губ и обхватив ладонью затылок, заставив заглянуть в его глаза, пылающие ещё большей страстью, он уже через пару секунду смёл со стола всю посуду, усадив меня на него. И хотя в любовных делах я была совсем ещё новичок, я старалась перенять инициативу у Тимура. Сейчас мне даже не нужны были ласки и его нежность. Не знаю, почему нас так заводили ссоры, но мы целовались как бешеные, срывая друг с друга одежду и жадно вырывая голодные стоны.

Уже после, когда мы оба валялись на полу, я, пытаясь восстановить дыхание и немного привести в порядок, творившийся на голове кошмар, осторожно прикладывала ватку к спине мужчины, там, где особо ярко были видны следы от моих ногтей и выступали капельки крови. А Тимур совершенно наглым образом смеялся, видя как заплывают краской мои щёки. Одно дело сходить с ума во время секса, а совсем другое, наглядно рассматривать следы своего 'безумства'. Чёрт, даже не думала, что я такая...бешеная. Хотя по-правде, мне совершенно не было стыдно. Наоборот, появилось желание ещё краше расцарапать спину Тимура, чтобы он, наконец, прекратил смеяться.

– Ну, ты всё-таки и маньячка! Я из-за тебя опять на работу могу опоздать.

– А кто тебе мешал уйти?
– лукаво улыбнувшись, я устроилась на груди мужчины.

– Уйти? Каким образом? Ты зажала меня у плиты, вцепилась в ремень брюк, начала яростно дёргать ширинку, а в нескольких сантиметрах от твоей руки находился нож. Я, знаешь ли, как-то не рискнул отказать тебе при таких обстоятельствах.

Хорошенько приложив мужчине по плечу, я всё-таки не смогла сдержать улыбки.

– Ты невыносим!

– Главное, что ужасно тобой любим!

– Знаешь, когда-нибудь я тебя точно придушу!
– после того как Тимур рассмеялся, я перебралась к нему на живот, вцепившись ладонями в шею мужчину.
– Вот, правда, порву, как Тузик грелку!

Вербицкий расхохотался ещё сильней, да и я, из-за того, что даже руки дрожали от пробивающего всё тело смеха, не смогла привести свой план по убийству в действие. Правда, 'минутка юмора' продлилась недолго. Обхватив ладонями моё лицо, Тимур, глядя мне в глаза, уже совершенно серьёзно спросил:

– Скажи, ты, и правда всё для себя решила? Не пожалеешь?

– Решила, а пожалею или нет, зависит, наверное, от нас обоих. Во всяком случае, если мы и расстанемся, то это будет наше решение. Ты прав, родители - самые близкие люди и я их очень люблю. Но это всё-таки моя жизнь и я сама решу, как ей распорядиться.

Нельзя даже описать какой прилив восторга я чувствовала в последующие несколько дней. Я действительно прибывала в небывалой эйфории только от одного, кружащего голову ощущения свободы, полной самостоятельности. Я сходила с ума от того, что не нужно было прятаться, мы с Тимуром могли спокойно идти вместе по улице, держась за руки, и целуясь, через каждые пять секунд. И эту идиллию не смог нарушить даже разговор с отцом, который состоялся дня через три после того, как я вернулась от брата. Хотя это и разговором-то назвать было трудно. Всего лишь пара фраз. На вопрос отца, не поменяла ли я своё решение после встречи с Артуром, я ответила твёрдое 'нет'. Дальше он поинтересовался всё ли брат рассказал мне и, узнав, что я в курсе всей истории, замолчал на несколько долгих минут. В итоге я сама возобновила разговор, пытаясь донести до родителя, что я очень люблю и его, и маму, но хочу жить самостоятельно. Почему-то именно на этом слове глаза отца загорелись. Причём...не очень радостным блеском. Он ответил только, что больше не будет ничем мешать моей 'самостоятельности' и сразу же уехал. А я, ещё несколько дней прибывая в лёгком волнении, постоянно ожидая какой-то подвох, в итоге успокоилась и опять окунулась в эту бездну какого-то совершенно ненормального счастья. Когда Тимур был рядом, для меня действительно переставал существовать весь мир. Я жила этим мужчиной, порой, даже утирала слёзы какой-то просто болезненной радости, когда просыпалась в его объятиях и ещё минут пять, до того как прозвенит будильник, вырисовывала совершенно нелепые узоры на его груди.

Мне казалось, что всё наконец-то устаканилось. Родители смерились с моим решением. И теперь я, конечно же, должна была быть счастлива с Тимуром до конца своих дней. Вообщем фантазия моя разбушевалась. Да и мечты с каждым днём намеренно заводили в безвыходный лабиринт. Правда, наверное, самое парадоксальное во всей этой ситуации, что я в итоге получила то, что и хотела. Отец не стал, как я боялась, устраивать нам какие-то препятствия. Он всего лишь позволил мне жить абсолютно самостоятельно. Со всеми отсюда вытекающими. И поняла я прелести этой самостоятельной жизни, только примерно через месяц. Когда бежала в институт, ужасно опаздывая на пару, и пыталась дозвониться до Карины, чтобы та предупредила, что я немного задержусь. Но мой телефон почему-то был заблокирован. Я впрочем, сразу и не предала этому особого значения. Решила даже, что он просто сломался. Но когда в коридоре наткнулась на декана и тот попросил меня зайти к нему в кабинет, уже минут через пять нашего разговора весь мой сказочный мир рухнул.

– Опаздываем, Самсонова? Что-то в последнее время студенты уже совсем распоясались.

Декан усмехнулся, а я стыдливо потупила взгляд.

– Извините, я буду выходить из дома пораньше.

– Это, конечно, замечательно, но боюсь, скоро в этом просто не будет необходимости. То есть я хочу сказать, что ваше обучение в нашем институте может завершиться с началом нового семестра.

Подняв на мужчину ошарашенный взгляд, я даже не сразу сообразила, что ответить. Он, что серьёзно? Судя по голосу, шутками здесь и не пахло.

– Простите, пожалуйста....Я больше никогда не буду опаздывать, честное слово...

– Самсонова, ну о чём ты? Кто отчисляет студентов за опоздания? Всё намного более серьёзно. Ко мне приходил твой отец. Он сообщил, что больше не намерен платить за твоё обучение. А как ты сама понимаешь, если не поступит платёж за следующий семестр, ты, к сожалению, больше не сможешь числиться в студентках нашего университета.

– Как?
– мой голос дрожал. Я совершенно ничего не могла понять. Это что...это правда? Папа...нет, он бы так со мной не поступил!
– Погодите, он, что просто сказал, что не будет платить за учёбу? И всё? Даже никак не объяснил?

– Увы, нет. Добавил только, что не хочет мешать вам жить самостоятельно. Как я понял, вы даже были не в курсе решения вашего отца? Я понимаю, что вы сейчас, наверное, мягко скажем, удивленны, но мне нужно знать, будете ли вы теперь самостоятельно платить за учёбу или намерены её прекратить?

Самостоятельно...самостоятельно оплачивать обучение? Боже, на что? Папа...нет, он ведь не такой жестокий! Он не мог со мной так поступить!

– Я не знаю,...у меня нет денег,...но я не хочу бросать учебу...

– Даже не знаю, что вам и посоветовать, - в глазах мужчины промелькнуло сочувствие, может быть ложное, но я даже не заморачивалась по этому поводу. Сейчас я в любую секунду была готова разрыдаться.
– Наверное, вам стоит поговорить с отцом. Может быть, он переменит своё решение.

– Папа, ты, что правда хочешь, чтобы я бросила учёбу?!
– как не старалась, а голос всё равно сорвался на крик. Я понимала, что сейчас, наверное, выглядела очень жалко, тем более в глазах отца, который сидел в своём кожаном кресле, продолжал что-то печать на ноутбуке, лишь изредка переводя на меня взгляд, при этом спокойно попивая кофе.

– Я? Боже упаси. Ты прекрасно знаешь, как важно для меня образование моих детей. Но при этом, я ведь не могу не брать во внимание их желания. Ты, кажется, хотела жить самостоятельно, без вмешательства родителей? По-моему, я предоставил тебе для этого прекрасную возможность.

– Прекрасную возможность?
– теперь в голосе ко всему прочему начала проскальзывать ещё и дрожь. Для полноты картины не хватало только рыданий, которые впрочем, уже подступали к горлу.
– Ты ведь знаешь, что я не смогу оплатить обучение, по крайне мере за этот год точно. Я не смогу сразу накопить столько денег!