Чтение онлайн

— Да куда собирайтесь-то?! — наконец взорвалась она. Встала, придерживая на груди простыню, отбросила докуренную сигарету, провела рукой по волосам — я заметила длинные ногти с облупившимся маникюром — и попыталась принять воинствующую позу. Получалось плохо.

— Сказка про белого бычка! «Куда-куда», я уже вам сказала, что в обезьянник!

— Тьфу ты черт, ерунда какая! Да за что?!

— За незаконное проживание в чужой квартире!

— Да почему — незаконное? Он нас сам сюда впустил!

— Кто?

— Влад! Воронов! Меня и Аллу! Пожить!

— А сам он где?

— Не знаю я, ну, кажется, к отцу жить переехал!

— А откуда такая щедрость, вы с ним что — родственники? Или друзья?

— Почти что!

— Почти что друзья или почти что родственники?

— Да, родственники!

— Сразу обе? И вы, и Алла?

— Нет! Только Алла! Она его невеста! Они уже и заявление в загс подали! А я просто — в Москву погостить! Имею право!

Она сделал попытку выхватить у меня паспорт, но я отвела руку в сторону.

— Отдайте! Это все!

— Нет, не все. Откуда я знаю, что вы говорите правду? Нет оснований верить вам на слово! Может, вы и в самом деле подруга Аллы, а может, квартирная воровка — кто знает? Повторяю, у нас сигналы! Жильцы волнуются!

— Ну, елки-палки, — взвыла она, — ну я не знаю, ну как доказать-то? Хотите, позвоните Алле на работу! Она подтвердит! Или самого Влада попросит, чтобы он подтвердил!

— Хм… — протянула я очень недоверчиво. — А где она работает, ваша Алла?

— Я ж сказала — в больнице!

— В какой больнице? В Москве тысячи больниц!

— Ну, в детской. То есть не в детской, а… В родильном доме. На Шаболовке.

— Телефон рабочий знаете?

— Ну, знаю!

И она продиктовала номер, который я тут же набрала на стоящем рядом аппарате.

— Регистратура, — услышала я после второго или третьего гудка.

— Здравствуйте, а Алла… — я вопросительно взглянула на девушку — теперь я уже знала, что ее звали Дашей.

— Будникова, — подсказала она с готовностью.

— …а Аллу Будникову можно пригласить к трубочке? — спросила я.

— Она вышла, — ответил недовольный голос. — И вообще, если вы не по срочному делу — у нас такие звонки к работникам очень не поощряются! По этому телефону информация дается о состоянии рожениц, отцы-матери целый день звонят, а вы линию занимаете!..

— Прошу прощения.

Я положила рубку и уставилась на девушку Дашу как могла грозно, стараясь на самом деле скрыть огромное охватившее меня облегчение. Удалось узнать самое главное! Место работы и обитания таинственной разлучницы Аллы. Наступала следующая фаза нашего с Люськой расследования.

— Так Алла Будникова работает в регистратуре родильного дома? Не врачом и не медсестрой, а именно в регистратуре?

— Ну да! А что, это запрещено законом?

— Законом это, конечно, не запрещено. Собирайтесь, Дарья Петровна, поедете со мной в эту больницу.

— Это зачем это?

— Затем, что до полного выяснения обстоятельств оставить вас в чужой квартире я не имею права, понятно? Мало ли что! И ключи от квартиры попрошу мне отдать, пока что на временное хранение.

— Вот вредина такая! — плюнула Даша, глядя на меня с ненавистью. По правде говоря, она сказала не «вредина», а другое, более грубое слово, но я предпочла его не услышать. Девушка по имени Дарья еще была мне нужна.

Там, в роддоме, Даша по моему указанию сунулась в арку окошечка регистратуры и знаками стала подзывать кого-то, кого я толком пока не разглядела — мелькнула только упакованная в белую шапочку голова и темные глаза, выстрелившие в меня одним коротким, но цепким взглядом.

— Начальство какое-то… пришла, угрожала… сказала, что тебя надо найти, чтобы ты подтвердила… — донесся до меня быстрый шепот.

И вдруг Даша отлепилась от окошечка и осталась стоять у стойки, облокотившись об нее одной рукой. С другого конца стойки ко мне приближалась Она — та, о которой я так много слышала. Алла шла неторопливо и, к сожалению, за это время я сумела ее как следует разглядеть. Почему «к сожалению» — потому что женщины моего типа, да еще одетые, как сейчас, в ширпотребовскую куртку и слишком «китайскую» юбку, с собранными в пучок волосами и ненакрашенные — вот эти женщины моментально начинают чувствовать себя ущербными и убогими рядом с такой, как Алла.

На ней были всего лишь скромный белый халат и шапочка, но эта униформа выгодно подчеркивала ее соблазнительную фигуру. Алла шла, покачивая бедрами, и вся ее осанка выражала несомненную уверенность — она прекрасно знает, что на нее смотрят, и вовсе не возражает, чтобы смотрели как можно дольше.

— У вас были ко мне какие-то вопросы? — темные глаза смотрели на меня беззастенчиво и насмешливо.

— Да. Я хотела бы уточнить, на каком сновании…

— Нет уж, сначала вы мне скажете, на каком основании все эти вопросы вообще задаются! Вы кто? Откуда? Документы, корочки, постановления — можете предъявить?

Ох, и самоуверенная она была — просто ледяным ветром повеяло! Я прищурилась и стала смотреть на нее, как бы раздумывая, стоит ли давать документы в руки столь подозрительной особе. На самом деле, конечно, в голове роились лихорадочные соображения о том, как я буду выкручиваться с этими несуществующими документами. Сказать, что забыла дома? Смешно, никто не поверит. Отказаться показывать? Да, но кто же тогда будет со мной разговаривать? М-да, что делать, что делать…

Помощь пришла с неожиданной стороны:

— Алла! — зычно крикнула тетка из-за стойки регистратуры. Судя по надменному выражению лица, она была здесь главной. — Алла, что вы себе позволяете, моя милая? Почему оставили рабочее место?! Опять без предупреждения?! Ну все, кончилось мое терпение! Как наберут этих приезжих, дефективные какие-то девки, ей-богу! Года еще не проработала, а уже два выговора за нарушение трудовой дисциплины! Я буду перед Пал Палычем вопрос ставить о вашем соответствии! Быстро вернитесь назад, Будникова!