Чтение онлайн

Люди переглянулись совсем кисло, но все же нашли в себе силы покачать головами: нет, они не отступят, просто не имеют права, потому что на кону стоит слишком многое. Да и клятва дана, а от своих слов старые ветераны не отказывались. Даже Литур не показал своей растерянности, а с готовностью отсалютовал и всем видом продемонстрировал, что не струсит.

— Урантар, ты уверен, что нас не сожрут по дороге? — неприязненно буркнул Весельчак, едва внимательный взгляд Стража остановился на нем.

— Нет. Но если это случится, то точно не из-за Траш. Поверь, я живу с ней бок о бок два десятилетия, и еще ни разу не было случая, чтобы она нарушила обещание. Так что ни тебе, ни светлым эльфам, ни даже Таррэну ничего не грозит… если, конечно, кто-то из вас не окажется настолько тупым, что рискнет тронуть Белика.

— Сколько же ему лет? — озадачился вдруг Ирбис. — Ты говорил, они вместе прошли эту тропу. Но если это так, то Белику должно быть больше двадцати, а выглядит он…

Дядько невесело усмехнулся:

— Ты прав. Но в этом есть и свои плюсы: больше четырнадцати-шестнадцати ему никто никогда не дает, а в пределах недооценить противника — значит, гарантированно проиграть. Белик этим отлично пользуется и пока ни разу не упустил своего шанса. Литур, вы ведь ровесники?

— Нет, — неохотно признался юноша. — Белик на год старше.

— Что?! — ошеломленно переглянулись люди.

— Как это старше? — непонимающе прогудел Молот, разглядывая рослого плечистого парня будто в первый раз. — Он же мне едва по плечо достанет! И с виду совсем сопляк…

— Тише, — предостерегающе понизил голос Ирбис, вовремя вспомнив о чутких ушах хмеры. — Не знаю, как это вышло, но полагаю, дело в том, что Белик слишком долго находился вблизи гор. Почитай, с рождения. Он ведь из Сторожек, как Литур? А потом, полагаю, из пределов никуда не уезжал? Урантар, и как давно твой племянник всем головы морочит?

— Ну-у-у… — ненадолго задумался Дядько. — Если мне не изменяет память, за последние десять лет он ни капельки не изменился. Как был сорванцом с виду, так и остался. Только силу набрал такую, что скоро и я не стану справляться, а по скорости уже не уступит Траш и Каррашу. Хотя в остальном — сущий ребенок. Глаз да глаз нужен, чтобы эта неразлучная троица никого не пришибла с ходу.

Литур неожиданно вздрогнул, а эльфы оторопело переглянулись.

— Это что, близость пределов так на него влияет?

Страж словно невзначай мазнул взглядом по Таррэну и быстро отвел глаза.

— Не только.

— И у вас тут все такие?!

— По-разному. — Дядько неопределенно пожал плечами. — У кого-то слух обостряется, кто-то начинает видеть оброненную в траве булавку за пятьсот шагов, у кого-то — суставы выворачиваться наизнанку, некоторые начинают по скалам лазать чуть ли не быстрее пауков… А Белик просто невероятно быстр, силен и очень медленно старится.

— Надеюсь, он хотя бы не ядовит, как Карраш? — с опаской покосился на деревья Весельчак.

— Как знать…

— Что ты хочешь сказать?!

— Ну… постарайтесь не раздражать его лишний раз. Вблизи долго не находиться, руки не распускать и в друзья не набиваться, потому что Траш невероятно ревнива. И она очень не любит самцов… в смысле мужчин. К Белику почти никого не подпускает, кроме Карраша, меня и еще пары человек, которых хорошо знает, а остальных настоятельно просит держаться подальше. Только женщинам позволяет иногда подходить, но ненадолго. И не за тем, о чем ты подумал, рыжий!

— А я думал, хмеры не приручаются, — обронил Таррэн, рассеянно изучая неприступные вершины гор.

Урантар снова усмехнулся:

— И это правда, потому что наша Траш — настоящая дикарка.

— Тогда почему она…?

— Хороший вопрос, — похвалил Дядько. — Но ответить на него непросто. Точнее, объяснять долго — замучаетесь слушать.

— Ты уж постарайся как-нибудь, — с непередаваемым сарказмом сказал эльф. — Душевно тебя прошу.

И Седой, мельком заглянув в его пылающие глаза, почему-то отвел взгляд.

— Кхе… попробую, — крякнул он, поняв, что Таррэн в конто веки почти утратил свое нечеловеческое терпение. — Если кто не знает, хмеры живут тесными семейными группами или стаями, в которых непременно главенствует одна-единственная самка. Все остальные — ее дети, сестры и племянницы — обязаны подчиняться во всем. Самцы, как правило, бывают помельче, живут отдельно, определенной территории не имеют и появляются лишь в сезон спаривания, то есть примерно один раз в три-четыре года. В противном случае рискуют нарваться на смертельную схватку, потому что своих детенышей хмеры охраняют, как далеко не всякие люди. При этом связи в стае настолько тесные, что хмеры просто не способны существовать в одиночестве. Это как-то связано с магией крови… Таррэн, не смотри на меня как на дурака! Я прекрасно знаю, что они не поддаются магии, но касательно этого вопроса абсолютно уверен, потому что Белик… ладно, потом. Что же касается Траш, то, насколько я знаю, двадцать лет назад она, в силу ряда причин, осталась без стаи. Белик к тому времени лишился семьи и был ранен, вот и вышло, что, когда они пересеклись, Траш была слишком слаба, чтобы его убить, как того требовали инстинкты, а малыш — слишком измучен, чтобы следить за тем, кто слизывает с его ран кровь. А потом это потеряло всякое значение — они стали одним целым и с того времени больше не расстаются.

— Хочешь сказать, Траш признала Белика… своей стаей?! — оторопело уставились на Стража светлые.

— Да. Поэтому я и уверен, что с нами ничего не случится: она никогда не пойдет против него. Белик — то, без чего она не может существовать: ее стая, ее семья и самое главное сокровище. Траш только поэтому будет терпеть вас рядом с собой. Но если кто-то рискнет на него покуситься, если вздумает обидеть нашего малыша… она будет защищать его до последнего вздоха. Так что осторожнее в словах и поступках: с этого дня наша красавица станет следить за каждым вашим шагом, ровно до тех пор, пока не удостоверится, что вы не представляете для стаи угрозы. Траш и так пришлось долго привыкать к присутствию людей, учиться быть терпеливой и не набрасываться на первого встречного, как поначалу. Мы только пару раз рискнули оставить ее одну, потому что хмерам нельзя далеко уходить от Проклятого леса. Но тропа — это почти пределы, вода совершенно не отличается от той, а потому она просто спокойно дождалась нас здесь и теперь готова вернуться домой.

Люди ошарашенно переглянулись, с трудом переваривая новые сведения.

— Погоди, погоди… — помотал головой Весельчак. — А как же вы сюда ее провели, если главный переход строго охраняется, по тропе вы не пошли, а другого пути оттуда нет?

— Возле перехода еще не все тропинки перекрыты, а она умеет хорошо маскироваться.

— Но запах! И ведь маги должны были…

— Траш не видна магическим взором, — невозмутимо сообщил Дядько. — И вообще никаким не видна, если не хочет показываться на глаза. Только Белик может ее почуять, потому-то я и отправил его вперед. Конечно, мы рисковали, но другого выхода не было: через тропу только она сумеет найти безопасный путь. И только она сможет вовремя предупредить нас об опасности. Ну и Карраш, конечно. Он от своей красавицы вообще далеко не отходит.

— Ты что, еще и его наверх потащишь?! — охнул Ирбис. — Урантар, это же безумие!

Дядько загадочно улыбнулся:

— Завтра сам поймешь, в чем дело.

— Ну и компания у вас подобралась! Просто голова кругом! — упрекнул его Весельчак. — Мальчишка, который и не мальчишка вовсе, а очень даже взрослый парень, два настоящих чудови… э-э-э, замечательных существа родом из Серых пределов, и ты — ненормальная Гончая, у которой напрочь отсутствует инстинкт самосохранения… Куда нам-то, бедным, втиснуться?!