Чтение онлайн

Дверь в кабинет советника открылась, и меня позвали внутрь.

Сначала я заметила стоящую в углу рамку перехода, уже активированную и только затем стоящего рядом с ней дракона: с белыми как снег короткими волосами (за исключением драконьего хвоста, разумеется, куда без него) и в светло-голубом классическом драконьем костюме.

Не успела я даже поздороваться, как этот достойный представитель своего рода изрек:

– Салют, давай быстрей, а то от этой болтовни так жрать уже охота, сил никаких...

– Эээ, – осмысленно высказалась я и, сделав шаг через зеркальную поверхность, очутилась в одном из ресторанов.. а вот где именно, я бы сказать затруднилась. Стоящий рядом со мной папа тоже озирался с любопытством.

– Не Рейсталь, – сделал он вывод.

– Еще чего не хватало, – высказался присоединившийся к нам дагон Алирийский. – Лучшую шейку ягненка подают именно в Ливее.

«А еще там делают отличных драконов», – внутренне вздохнула я. И тут же отвесила себе мысленный подзатыльник. Лучше бы подумала вот над чем: случайно ли советник привел нас именно в Ливею или что-то хотел этим сказать. Внутренний голос мне подсказывал, что правильным будет второй вариант. Я еще раз внимательно осмотрела зал: грубоватые стены с кирпичной и каменной кладкой, контрастно мягкие, уютные сидения в виде небольших диванчиков с множеством вышитых подушек, массивные столики темного дерева, приглушенное освещение.

– Питаю необъяснимую слабость к этим краям, – заявил дракон и хитро глянул на меня, – а вы?

Я только пожала плечами. Что он хочет от меня услышать, интересно?

Мы прошли за выделенный нам столик. Я быстро выбрала первое попавшееся блюдо – есть мне не очень хотелось – и принялась ждать, пока один дотошный ящер гоняет подавальщика по всей карте блюд да еще спорит по поводу урожая винограда каких-то дремучих лет.

Интересно, а сам дагон Ливейский урожая какого года? Хотя нет, не хочу знать. Вдруг ему триста лет в обед, и на его счету двадцать жен и целый драконий выводок. Может, это он для них всякие блюда готовит и фигурки собирает.

Тем временем ящер льдистый справился с заказом и уставился на меня. Глаза у него были холодные, неприятно-светлые, что вкупе со змеиным зрачком смотрелось, пожалуй, пугающе.

– Интересная девочка, – сказал ящер вникуда, будто бы сам с собой общался. – Наши, что ли, гульнули? Воздух? – спросил меня, и получив подтверждение, продолжил.. – Как твою мать звали?

Тут я почувствовала, как напрягся папа.

– Хотя, нет... – подумав, произнес дагон Алирийский, – тут вопрос скорее к бабкам... по материнской линии, понятное дело.

– Вы что, видите тех, в ком есть кровь драконов? – поспешила уточнить я

– Только своих, – поведал «снежный» – с возрастом научился, раньше не мог.

Это сколько же ему лет, интересно? На вид-то он, конечно, не многим Гиларда старше, но взгляд... Если бы у горы были глаза, они смотрели бы так же: совершенно спокойно и ничему не удивляясь. Забавляясь, может быть, но не больше.

Надо же, я, оказывается, на четвертушку дракон. Кто бы мог подумать... Ну и что это меняет? Да, ничего, по сути. Только чуть более понятным становится моя ценная для ящеров особенность.

– Где, говоришь, учишься? – продолжал разговор «примороженный» хрыч.

– В Магтехническом университете, – просветила я его.

– Ммм... Как там у магистра Рудгера дела? – поинтересовался этот.. нехороший дракон. Нашел, кого спросить.

– Неплохо, насколько я знаю, – постаралась ответить как можно беззаботнее.

– Так.. подожди, – вспомнил вдруг гад Алирийский, – он же лет пять, как помер?

– Разумеется, – ответила, посматривая на него с неприязнью, – значит, ничего плохого с ним уже точно не случится..

– А нет, это не он, это Марвин... все время их путаю, – продолжал вспоминать дракон, – значит, Рудгер тоже.. того?

Я кивнула. Вот же склеротик старый.

– Надо же, – взгрустнул он, – а я только два дня назад его в ...заведении видел. Выглядел он довольно бодрым.

Я его сейчас пристукну.

– Жизнь такая непредсказуемая штука, – развела руками.

Ящер эдак с хитрецой на меня глянул, но ничего не сказал, обратился к папе.

– Руфус, о чем вы хотели со мной поговорить?

– Экхарт, дело вот в чем. Диону выбрал в качестве невесты один из ваших... лет восемь тому назад. И теперь, когда она вошла в подходящий возраст, должна состояться свадьба. Мы бы хотели найти способ избежать этого брака.

– И кто у нас жених? – спросил ящер эдак наигранно. Мда, театральный кружок для юных драконов он явно прогуливал.

– Гилард Ливейский, – объявила я.

– О-о-о, – запел Экхарт, – тут я вам ничем не помогу. Во-первых, он сильный маг земли (а с ней у нас сейчас напряженка), во-вторых – герой Лиерры.. Да и вообще, он у нас на особом положении...

– Так это после Лиерры он..? – я прикусила язык, но цепкий льдистый взгляд чешуйчатого чуть не прожег во мне дыру.

– После нее самой, – подтвердил он мои догадки, – я смотрю, ты неплохо осведомлена.

Я метнула быстрый взгляд в сторону папы, который на нас с посматривал, не совсем понимая о чем речь. И этот взгляд от ящера не укрылся.

Принесли блюда и напитки. Пока подавальщики их расставляли, дракон неаккуратно толкнул одного из них под руку, и небольшой соусник полетел папе прямо на пиджак, разбрызгивая на костюм все свое содержимое.

– Вот я растяпа! Ну ничего, сейчас исправим, – Алирийский обратился к подавальщику, бросившемуся к папе с салфеткой, – Отведи-ка лорда в комнату для отдыха и позови Эрла, пусть пятно выведет и высушит. Руфус, не переживай, пять минут – и будет чище прежнего.

– Ну а сейчас, когда мы остались одни, – обратился ко мне дракон чуть позже, – давай выкладывай. О Ливейском кто рассказал?

– Он сам и рассказал, – созналась я, понимая, что отпираться тут бессмысленно, – только о Лиерре умолчал.

Хотя, могла бы и сама догадаться, конечно. Пятнадцать лет... Эх, я..

– Похоже на него, – согласился ящер. – Там всем несладко пришлось, а магам земли и того хуже. Лиерра хорошенько их проредила.

– И драконов?

– А ты как думала?

Я, честно говоря, вообще никак не думала.

– Так что на тебя возложена почетная миссия по восстановлению численности магов этой стихии. Поэтому нечего хвостом вилять. И так вон сколько лет отлынивала...

– Я была ребенком! – возмутилась я.