Пора платить по счетам, Лютик
Шрифт:
Я не знаю почему, но я киваю.
— Если ты пойдешь со мной, — говорит он, в его глазах плещется темнота. — Пути назад не будет. Тебе будет запрещено покинуть меня.
— Ни в коем случае, — говорит мой папа, качая головой. — Я не позволю, чтобы моя дочь стала твоей пленницей!
Мистер Коннолли поворачивается к нему с каменным лицом. — Она не будет моей пленницей. Она станет моей женой.
Эти слова посылают сквозь меня теплую дрожь. Мне нравится как звучит это слово из его уст.
Мой отец смотрит на него в недоумении.
— Я понимаю ваши чувства, — говорит мистер Коннолли моему папе. — Но я хочу, чтобы вы знали, что никто и никогда не будет любить её так, как я. Она станет моим миром. Моим всем. Никто не сможет так ухаживать за ней и оберегать, как я. Она никогда не узнает, что такое страдания, если пойдет со мной. Она не будет знать, что такое боль и печаль. Она станет светом в моём темном мире, и я всегда буду беречь её, как самое великое в мире сокровище.
Мой отец не так уверен, но я да. Я хочу пойти.
— Но, — заикаясь говорит мой папа, — она не сможет уйти? Никогда?
Мистер Коннолли качает головой. — Никогда. Она станет моим светом, и я хочу навсегда сохранить этот свет в своей жизни. Я не позволю лучшей её части уйти.
— Что насчёт моего отца? — Нервно спрашиваю я. — Он нуждается во мне, я должна заботиться о нём.
Мистер Коннолли поднимает палец, пока вытаскивает свой телефон. Он звонит, спрашивает Майкла и говорит этому парню, что ему нужна сиделка на месяц. Через несколько секунд и пару кивков, мистер Коннолли отключает телефон и кладёт его обратно в карман.
— О твоём отце будет заботиться профессионально обученная медсестра, — говорит он. — И чтобы оплатить счета…, он достает толстый конверт и бросает его на стол. Из него высыпаются стодоллоровые купюры, и мой отец выпячивает глаза. — Десять тысяч долларов. Для вас. Для неё.
Мой отец секунду смотрит на него, а затем закрывает глаза и качает головой. — Нет. Нет. Этого не произойдет.
Мистер Коннолли не выглядит счастливым, получив такой ответ, и я делаю шаг вперёд, чтобы дать ему мой. — Я пойду.
Мой отец в шоке поворачивается ко мне. — Бри!
— Всё хорошо, — мягко говорю я, подходя к нему. — Всё хорошо, папочка. Я хочу пойти.
И это правда. Я действительно хочу пойти.
Я беру его за руку и нежно поглаживаю кожу, когда он смотрит на меня грустным взглядом.
— Для меня так будет лучше, — говорю я, кивая головой.
После нескольких минут споров мои сумки упакованы, и я готова ехать. Мой отец всё ещё хочет, чтобы я осталась, но я обнимаю его, пытаясь успокоить и заверить, что со мной всё будет в порядке. Я говорю ему, что позвоню, когда приеду в новый дом и навещу его на следующей неделе.
И после этого, я уезжаю с мистером Коннолли.
Моим новым хозяином.
Глава 4
Кормак
Я уже чувствую это.
Я начинаю терять контроль. Эта девушка сводит меня с ума.
Мой член в штанах становится таким каменно-твердым, пока я наблюдаю за ней, глядя в окно лимузина. Эта машина везёт нас в её новый дом. В наш новый дом. Он уже не будет прежним, когда она войдёт в него. Он станет намного лучше.
Бри явно нервничает, ведь с тех пор, как мы сели в лимузин, она не проронила ни слова, но это неважно. Она поехала со мной и это самое главное. Всё остальное наладится, в конце концов.
Я опускаю окно позади водителя и перегибаюсь через сиденье.
— Поторопись.
Чем быстрее мы вернёмся в главный офис, тем лучше. Я хочу запереть её в таком месте моего дома, где всё время смогу любоваться сочными изгибами её тела. Я хочу знать, где она находится и что делает каждую секунду.
Я хочу найти такое место, где она будет только моей и где никто и никогда не сможет забрать её у меня.
Её сладкий запах заполняет салон, отчего у меня начинает кружиться голова, а член становится ещё твёрже. Сегодня я усну, глубоко погрузившись в её тугую молодую киску, и к утру, Бри будет моей навсегда.
Я не только буду исполнять каждое её желание, чтобы она захотела остаться со мной, но и сделаю так, чтобы в её чреве росло моё семя. После этого Бри будет связана со мной до конца наших дней.
Она поворачивается и смотрит на меня самыми великолепными голубыми глазами в истории голубых глаз.
— Спасибо, — шепчет она мне. — Я люблю своего отца, но это было тяжело, всегда быть взрослой и ответственной рядом с ним. Моя мать умерла, когда мне было десять, и он просто ждал, что я займу её место. Я часто мечтала о том, что кто-нибудь придет и заберёт меня от всего этого.
— Это не мечта, — говорю я, наблюдая за ее сладкими губами. — Это судьба. Просто взгляни на своё будущее. Никакой боли или нужды. Я позабочусь о тебе. Я всегда забочусь о том, что принадлежит мне.
Бри сладко улыбается, а потом возвращает свой взгляд к окну. Лучи заходящего солнца играют на её великолепном лице, превращая копну её рыжих волос в живой огонь. Я сжимаю челюсть и ударяю кулаком в окно позади водителя. Я нетерпеливый человек, и хочу провести вечер дома с этой красоткой.
Водитель жмёт на газ, и вскоре мы подъезжаем к нашему новому дому.
— Он такой большой, — говорит она, в шоке глядя на высокое здание.
Меня переполняет гордость, когда я вижу выражение благоговейного трепета на её лице. Я создал эту компанию с нуля, превратив в самую большую преступную организацию в стране.
— И это всё твоё, говорю я.
Она улыбается.
— Это удивительно, мистер Конолли.
— Называй меня Кормак, — говорю я.
Она кивает, бросая на меня застенчивый взгляд.
— Спасибо, Кормак.
Достаточно лишь звуков моего имени, срывающихся с этих сладких губ, чтобы я захотел броситься на нее и сорвать одежду.
Держи себя в руках.
Я не могу позволить людям из моей организации увидеть, как я одержим ею. Они могут забрать её и использовать против меня, что никогда не должно произойти. Здесь есть и верные мне люди, но даже среди них найдется несколько кандидатов, которые очень хотели бы заменить меня в качестве лидера.
Я должен держать себя в руках, чтобы Бри была в безопасности. Если я хочу сорвать с неё одежду и вогнать свой твердый член в эту молодую киску, мне придется подождать, пока мы не окажемся в моей комнате.