Чтение онлайн

Ну же, бери трубку, трус, и отвечай мне!

Но трус неожиданно скинул меня, когда я пыталась дозвониться ему в третий раз.

Хтонь низкопробная!

Но я на своей боевой волне даже не думала тормозить на достигнутом, а принялась писать Хану сообщение, переходя сразу к делу без какого-либо вступления:

«Это правда, что твой отец просил отстать от меня?»

Ответ не заставил себя долго ждать:

«Правда».

Одно слово. Всего одно и больше ничего. Ни смайла. Ни хоть какого-то пояснения, что вообще происходит, черт всех их раздери!

Я: «И ты согласился?»

Хан: «Если бы ты пошла со мной на второе свидание, то нет, не согласился бы. Но я твой ответ услышал предельно четко, и он был отрицательным».

Руки затряслись, а сердце словило болезненный удар. Словно бы кувалдой пытались проломить ребра и размозжить глупую мышцу, качающую кровь, оставляя от нее лишь мокрое место.

«Что ж, ясно», — настрочила я, а я затем несколько раз писала и стирала «Рада, что мы наконец-то прояснили всю ситуацию», но так и не смогла отправить эти слова, потому что я почему-то была НЕ РАДА!

Вот только Хан ничего мне больше не ответил, а я, устав ждать от него хоть что-то, легла на кровать и неожиданно для себя расплакалась…

Даша

Утро началось не с кофе.

Утро началось с дятла, который упорно пытался что-то выдолбить в моей голове. Я едва ли отлепилась от подушки и присела на кровати, протирая забитые песком глаза и с тоской смотря на безгранично голубое небо, по которому неторопливо плыли перистые облака.

В груди от такой идеалистической картинки потянуло, но я предпочла не обращать на это внимание, а затем вздохнула глубоко и посмотрела на часы. Почти обед! Вот это я даю. Хотя немудрено, ведь я уснула только на рассвете. Сначала бесплодно крутилась в постели, затем плюнула на все и принялась смотреть любимый сериал «Ходячие мертвецы», кровожадно представляя, что где-то среди толп разложившихся голодных трупов броди и Макс Хан.

Кстати, о птичках!

Схватила телефон, открыла переписку и тут же поджала губы, ощущая, как внутри у меня все холодеет. Нет, надежда на то, что мне не ответили, потому что банально уснули, не оправдалась. И я с отчётливой ясностью поняла — это окончательная точка.

Игнорируя внутреннюю муть, я набрала номер лучшей подруги и, как ни в чем не бывало, защебетала соловьем.

— Привет, Ева.

— Привет, Даш.

— Как дела? Какие планы на сегодня? Может, встретимся, позагораем у бассейна?

Я надену свой самый смелый бикини, а потом, возможно, к вам в гости заявится твой бесявый брат и растеряет все глаза при виде меня в таком дерзком одеянии. Конечно, я ничего из этого подруге не озвучила, но твердо держала в уме.

— Сегодня никак, Дашунь, — потянула девушка.

— Завтра? — не теряла я энтузиазма.

— И завтра тоже не получится.

— Ну тогда может…

— Я собираю чемодан, Даш. Папа и мама увозят меня на все лето в солнечную Турцию.

— Что?

— Что слышала, — вздохнула девушка, пока я суматошно пыталась переварить услышанное.

— Что ты там будешь делать целое лето, господи?

— Понятия не имею, но мама говорит, что будет весело.

— И ты ей веришь?

— Ни капельки, — простонала Ева, а я закусила губу.

Так, без паники. Хрен с ним, с Ханом этим, но вот так беспардонно отнять у меня на все лето лучшую подругу я не позволю!

— Слушай, а, может, я у родителей отпрошусь и поеду с тобой?

— Что?

— Ты же не против? — нахмурилась я.

— Конечно, нет! Шутишь, что ли? Я всеми конечностями за! А тебя отпустят?

— Пф-ф-ф, конечно, отпустят!

— Ура! — весело закричала в трубку Ева, а я улыбнулась, хотя на языке у меня и крутился довольно щекотливый вопрос, который по итогу все же вырвался из меня против воли.

— А…?

— Что?

— А твой брат?

— А что мой брат?

— Ну, не тупи, Ева! Он тоже может нагрянуть к вам в Турцию?

— Да кто же его знает. Но, с другой стороны, кто может ему помешать это сделать?

— Тогда надо бы пораскинуть мозгами, стоит ли мне… — принялась я корчить из себя задумчивую деву, хотя внутренне уже сто раз возликовала.

Конечно, он приедет! Куда он денется, этот наглый гад?

— Ладно, Ева, будем надеяться, что этого не случится. А я прямо сейчас бегу к родителям и отпрашиваюсь, чтобы ехать с тобой.

— А я бегу к своим, чтобы объявить им, что ты едешь с нами!

— Идет!

— Идет! — на радостях порешали мы свои проблемы, а затем отключились, сразу же разводя бурную деятельность.

Я на пятой космической кинулась в душ, после нацепила на себя первые попавшиеся тряпки и припустила вниз, где на террасе обнаружила маму и папу, которые чинно и благородно пили чай под звук баскетбольного мяча, который гонял туда-сюда и закидывал в кольцо мой младший брат Матвей.

— Доброе утро, дочь, — кивнул мне отец.

— Доброе утро, Дашенька, — улыбнулась мама.

— Ага, доброе! Просто добрейшее! Но давайте уже перейдем к делу, — уселась я рядом с ними и нацепила на лицо самую лучезарную улыбку на свете.

— Сейчас что-то будет выпрашивать, — подмигнул маме папа, и та охотно закивала.

Ну, э-э-э! Так нечестно! Хотя какая разница?

— Да! Вы все верно поняли. Ева Хан со своими родителями улетает на все лето в Турцию. Я хочу с ними. Мы уже все обсудили, никто не против, а только за. Вот осталось дело за малым, мама и папа. Можно?

— Нельзя.

И я, уверенная на сто процентов, что подучу положительный ответ, по инерции выпалила:

— Спасибо!

А затем зависла, когда наконец-то осознала, что именно мне ответил отец:

— Так, погодите-ка… что?

— Что слышала, Даша: нельзя.

— Но почему? — ошалело развела я руками. — Это все из-за Макса? Ну так он не едет с ними, будьте спокойны. Да и вы же получили от дяди Марка подтверждение, что дело закрыто и…

— Дочь, ты не сможешь поехать с Евой, потому что мы завтра с тобой, папой и Матвеем уезжаем в Сочи, — пояснила мне мама, а у меня внутри все рухнуло.