Поработи меня нежно
Шрифт:
– Это не игра, – огрызнулась я тихо.
Люциус посмотрел на Девина, затем на меня, и проблеск понимания зажегся в его глазах. Разъярившись, он рванул оковы, из-за чего струйки крови потекли по его рукам.
– Заставь его заснуть, – взмолилась я, переставая делать массаж, и полностью обратила свое внимание на Таргона. – Пожалуйста, заставь его заснуть, как делал раньше. Охранники вколют ему успокоительное, если это продолжится.
Еще раз сухо кивнув, он взглянул на Люциуса, и через несколько секунд мышцы моего возлюбленного расслабились. Голова накренилась вперед, и он погрузился в глубокий сон.
– Спасибо, – прошептала я. – Спасибо.
– Видишь? Я не такой уж и плохой, Иден.
– Я должна тебе еще один поцелуй? – я не смогла удержаться от сарказма.
Он нахмурился.
– Я могу делать подарки.
Именно тогда ропот толпы утих. Люди начали делиться на группы и зашептали "ЙенЛи". Я подняла голову и осмотрела здание. Глаза сузились, когда жгучая ненависть наполнила меня.
ЙенЛи только что вошел в склад.
Глава 28
Все поспешно заняли свои места, пока ЙенЛи поднимался по лестнице и направлялся к центру сцены.
Пока он шел, то махнул и подмигнул толпе, будто был суперзвездой, и все здесь его преданные поклонники.
Мек надел на свое худое тельце полную ковбойскую экипировку. Шляпу, жилет, чапы [9] . Он выглядел смешно. Улыбнувшись, он поднял ладони вверх, призывая к тишине.
Моя ненависть росла и гноилась, била ключом и выплескивалась. Я могла метнуть кинжал ему в горло, но не хотела убивать его на длинной дистанции в этот раз. Жаждала подойти близко и индивидуально сделать это, так чтобы не было сомнений в его смерти, не было ошибок.
9
кожаные или меховые гамаши, предохраняющие колени и ноги ковбоя.
– Ты можешь всех погрузить в сон? – тихо спросила я Девина. Если вырубить толпу, охранников и ЙенЛи, я бы свободно подошла к помосту и пронзила бы ЙенЛи в самое сердце. Не то чтобы оно у него было.
Девин задумался на мгновение.
– Одного за другим, но да, я смогу это.
– Сделай, – попросила я, слова сорвались с языка. – Сейчас же. Пожалуйста.
– Нет.
– Пожалуйста.
– В чем забава? Я прошел весь этот путь, потерял деньги и двух воинов, поэтому жду, что шоу гарантированно развлечет меня.
Я прикусила язык до крови, пока она не началась стекать по горлу.
– Добро пожаловать, – поприветствовал ЙенЛи, заставляя прекратить наш разговор. – Приветствую всех. А.У.Ч. думают, что смогли прикрыть нас, но вот мы здесь.
Раздались одобрительные высказывания.
После довольно продолжительного молчания, ЙенЛи вновь призвал к тишине.
– Вы все удостоили меня своим визитом, особенно лестно присутствие таких почетных гостей как король Моревва и король Таргона. – Его взгляд задержался на Таргоне. – Вижу, вы привели свою новую рабыню, Девин.
Он царственно кивнул, пока его пальцы поглаживали мои волосы.
– Это так, но слуг никогда не бывает достаточно.
– Не ожидал, что ты приручишь ее так быстро.
– Кто сказал, что она укрощена? – подмигнул Девин.
Толпа рассмеялась. Я подняла взгляд на ЙенЛи, даже не пытаясь скрыть отвращение и ненависть в своих глазах. Его кожа светились ярко-синим и розовым оттенками… он веселился.
– Дамы и господа, – он вновь обратился ко всем присутствующим. – У вас огромный выбор на сегодня. Вы готовы начать? – Очередные крики одобрения. – Тогда приступаем. – ЙенЛи отошел в сторону, когда один из новых стражников Таргонов вывел первую жертву, молодая милая девушка, которой не больше пятнадцати. Ее тело дрожало, из-за чего локоны волос гранатового цвета упали вперед.
Слезы текли по щекам, и она задохнулась от рыданий, когда ЙенЛи распахнул робу, демонстрируя ее наготу зрителям.
Она не сопротивлялась. Сомневаюсь, что хоть кто-то из них стал бы. Им скорее всего пригрозили ужасными вещами, если они хоть что-нибудь возразят.
– Девственница, способная соблазнить любого мужчину, – похвастался ЙенЛи.
Так начались торги.
Один за другим, мужчин и женщин продавали на аукционе. Я хотела, чтобы Девин купил их всех, но он приобрел только девственницу, а также женщин, с которыми я сидела в одной клетке.
Возможно потому, что я вцеплялась в его бедро, пока он не называл цену.
Затем, наконец-то, вытащили Люциуса. Он по-прежнему мирно спал.
– Взгляните на главный лот, – сказал ЙенЛи. – Он отлично подходит для физического труда и для постельных утех.
– Купи его для меня, – прошептала я Девину.
– Полагаю, что сделал достаточно для тебя, – сказал он с чопорным видом.
– Я подарю тебе две ночи вместо одной, плюс также должна два поцелуя.
В глазах короля зажегся янтарный огонь, он сразу же предложил свою первую цену. Кто-то еще, поддержал – светловолосая Аркадианка.
Они продолжали препираться. Прищуренный взгляд ЙенЛи остановился на Девине, словно он не мог понять, что происходит.
В конце концов, Девин выиграл битву. Он погрузил Аркадианку в сон, эффектно заканчивая аукцион. Так закончились торги.
– Спасибо, что пришли, – обратился ко всем ЙенЛи. – Если вы не получили или не нашли желаемое, пожалуйста, свяжитесь со мной. Я обычно провожу частные аукционы, но из-за недавнего переполоха нам пришлось немного изменить планы в этот раз.
Люди вокруг меня начали вставать.
– Если ты усыпишь всех, я подарю тебе три ночи, – сказала я, отчаянно пытаясь удержать всех от ухода. Не хотела, чтобы даже одного "раба" вывели за дверь. Я бы освободила их… или умерла пытаясь.
– Я могу устать от тебя после двух ночей. – Девин лениво зевнул. – Здесь удушающая жара. Мы должны забрать твоих людей и уйти?
– Ты пообещал отвести меня к моему врагу.
– И сделал это. Ты видишь его, так?
– Что ты хочешь от меня? – спросила я, отчаявшись сейчас еще сильнее чем раньше.
– Ту же преданность, которую ты хранишь своему мужчине. Ты пообещаешь, что с охотой примешь мои ласки.
– Идет, – согласилась я, хотя мы оба знали, что это ложь.
Его взгляд метнулся к входной двери.
– Кажется, никто еще не ушел. Они медлят.
– Итак? Усыпишь их до того, как они решат перестать оттягивать уход.
– Сначала, я хочу поблагодарить хозяина за прекрасный вечер.
"Да, – злобно подумала я. – Давай поблагодарим его как следует, да?" Я должна заставить Девина исполнять мои указания, но мысль о том, что наконец-то встречусь лицом к лицу с ЙенЛи, казалась слишком опьяняющей.