Чтение онлайн

Англичанам недолго предстояло оставаться в неведении. Выяснилось, что на борту британского крейсера находится комиссия, занимающаяся сбором информации о новых немецких подводных лодках. В день капитуляции офицеры союзников были доставлены в Киль, чтобы побеседовать с адмиралом Годтом, начальником штаба подводного флота. У него им не удалось узнать никаких подробностей о возможностях лодок «типа XXI», и офицеры отправились в Берген. Теперь они находились на борту крейсера, куда был приглашен командир «U-2511».

Прибыв в указанное время, капитан 3-го ранга Шнее попал в окружение высокопоставленных офицеров Королевского ВМФ, среди которых был даже один адмирал. Союзники хотели знать, как ведет себя лодка в море, насколько она легка в управлении и был ли контакт с противником.

– Да, – ответил Шнее на последний вопрос, – был.

– Когда? Какие корабли британского флота были вами замечены?

– Я встретил крейсер, на палубе которого мы сейчас находимся.

– Это невозможно, – заявил командир крейсера, обращаясь главным образом к адмиралу. – На переходе мы не встретили ни одной немецкой подводной лодки. Ни на крейсере, ни на эсминцах не было отмечено ни одного контакта.

– Я знаю, – улыбнулся Шнее. – Но тем не менее, вы прошли прямо перед моими торпедными трубами и не обнаружили меня. Я не стрелял, потому что уже имел запрещение атаковать противника в связи с капитуляцией.

Лишь только немец замолчал, возбужденно заговорили собравшиеся вокруг британские офицеры. Через несколько минут гул голосов стих.

– Капитан Шнее, – обратился к нему британский адмирал. – Мои офицеры считают ваше сообщение недостоверным. У вас имеются какие-нибудь доказательства?

– Разумеется. Мой корабельный журнал. Вы всегда можете сравнить мои записи с внесенными в ваш журнал.

Матрос немедленно доставил корабельный журнал крейсера, и несколько пар глаз принялись внимательно изучать скупые строчки. Вскоре ни у кого не осталось сомнений. Точно в указанное в журнале подлодки время двумя днями ранее британская эскадра находилась в точке с координатами, где ее встретила немецкая субмарина. Открытие было не из приятных.

К началу мая 1945 года в Германии было построено 120 новых подводных лодок «типа XXI», а также подготовлено 86 команд. Но только «U-2511» и «U-3008» успели выйти в походы.

Лодки «типа XXIII» также были электрическими, но имели водоизмещение всего 232 тонны и предназначались для прибрежных операций. К концу войны их было построено 61 единица, из них семь приняли участие в противостоянии. Все они вернулись на базы, причем пять выстрелили имеющиеся торпеды и получили более или менее серьезные повреждения.

В заключение следует упомянуть о восьми 280-тонных подлодках «типа XXVII», представлявших собой последнее слово в подводном кораблестроении. (По некоторым данным, субмарины «типа XXVII» находились в стадии эксперимента.) Они были рассчитаны на особое топливо инголин – перекись водорода, – которое вместе с обычным дизельным топливом и паром приводило в движение турбины Вальтера (названные в честь их изобретателя), в результате чего субмарины были способны развивать под водой беспрецедентную скорость в 25 узлов.

В конце мая 1945 года капитан 2-го ранга Гесслер, бывший офицер штаба подводников, предстал перед британской военно-морской комиссией, расположившейся на борту парохода «Патрия» во Фленсбург-Мюрвике. Союзники желали узнать у него подробности о немецких подводных лодках.

– Какие, по вашему мнению, капитан Гесслер, имелись шансы у подлодок «типа XXI»?

– Возможно, – ответил, поразмыслив, немец, – будет уместно вспомнить высказывание по этому поводу вашего премьер-министра. Нам дали возможность ознакомиться с кратким изложением его речи 13 мая. Если я правильно помню, он заявил: «Немцы подготовили новый подводный флот и разработали новые тактические приемы. Если бы мы к тому времени их еще не победили, подводная война могла вернуться к тяжелым дням 1942 года». Лично я считаю, что мистер Черчилль допустил небольшую неточность. 1942 год показался бы вам детской игрой.

За пять с половиной лет, в течение которых военно-морской флот Германии вел борьбу с превосходящими силами противника, он понес тяжелейшие потери, но моряки продолжали сражаться до последнего момента, до получения приказа главнокомандующего о капитуляции. Кто-то оставшийся безымянным сказал: «Мы не были героями. Мы просто выполняли свой долг».