Чтение онлайн

Его глаза расширяются от шока. — Серьезно? — Мы все киваем. — Черт.

— Не волнуйся, — усмехается Мали. — Лейкин отлично справилась с тем, чтобы заткнуть тебя.

Он смеется, но мы оба знаем, как это неловко.

Прошлой ночью он сделал именно то, чего я боялась, когда мы только начали встречаться. Он просто вошел, вышел и уехал. Я стояла там, совершенно ошеломленная, когда он без единого слова вышел за дверь, а я даже не успела одеться. И он не просто ушел из комнаты.

Он покинул этот гребаный бар.

Когда я привела себя в порядок и вышла на улицу, его уже не было. Его машины уже не было на парковке, и Девин тоже нигде не было. Лукас, наконец, рассказал мне все, когда увидел, что я озираюсь по сторонам, как потерявшийся щенок.

Я собиралась сказать ему, что он ошибается насчет Нолан. Исправить нелепую ложную версию о том, что у меня есть парень, которая вертится у него в голове. Я уверена, что все дело именно в этом. Он думает, что я пошла дальше. Но он не знает, что для меня нет никакого движения вперед.

Это то, с чем я смирилась давным-давно.

Задолго до того, как он поцеловал меня с единственной целью — чтобы мой бывший оставил меня в покое.

— Не могли бы вы оставить нас на минутку? — спрашиваю я Кэма и Мали.

Мали кивает, сразу же направляясь к лестнице, а Кэм смотрит скептически.

— Пожалуй, — нерешительно говорит он. — Но, клянусь Богом, если я начну слышать здесь стоны, я заткну уши коктейльными трубочками.

Схватив его за руку, Мали потянула его к лестнице. — Перестань быть такой королевой драмы и пойдем.

Я жду, пока они спустятся вниз, прежде чем снова посмотреть на Хейса. — Давай присядем.

Он качает головой. — Все в порядке. Нам не нужно этого делать.

Я закатываю глаза и встаю, пока он говорит.

— Я серьезно, Лей, — продолжает он. — Все в порядке. Ты ушла. Мы закончили. Я все понял. Тебе не нужно объясняться и все такое.

Я достаю телефон и листаю свои фотографии, а он смотрит на меня, нахмурив брови.

— Что ты делаешь? Мне не нужно видеть ваши счастливые фотографии. Все в порядке. Ты переехала. Это твое право. Я не думаю, что это когда-нибудь случится со мной, но это не твоя проблема. Это моя. Мы можем просто…

Он останавливается в тот момент, когда я поворачиваю свой телефон, показывая ему фотографию Нолан.

— Ты пытаешься свести меня с кем-то, потому что это немного странно.

Я закатываю глаза. — Нет. Это Нолан. Она моя соседка.

На его лице появляется осознание, и я самодовольно ухмыляюсь, наблюдая за тем, как он понимает, что был неправ.

— Она горячая штучка, — шутит он, пытаясь отвлечь меня от того, к чему я клоню.

Я со смехом качаю головой. — Ты ревновал.

Он насмехается. — Я не ревновал.

— Ты ревновал. Ты действительно, действительно ревновал. — Я убираю телефон обратно в карман и бросаю ему еще одну самодовольную ухмылку. — Ты был весь такой, что «он не может прикоснуться к тебе так, как я». Не хочу тебя расстраивать, детка, но ты был весь зеленый с ног до головы. Это было похоже на трах с Невероятным Халком.

В его горле раздается рык, прежде чем он сдается.

— Ладно. Я ревновал, — признается он. — Я ревную ко всем этим гребаным людям, которые могли видеть тебя каждую чертову минуту, а я нет. И видеть, как ты переписываешься с кем-то другим, даже если это не твой парень, — это отстой, потому что у меня больше нет даже твоего номера телефона.

Честно говоря, это даже не пришло мне в голову. Нам прислали групповое сообщение, значит, он мог узнать его оттуда. Но это было бы просто по-Хейсовски — ждать, пока он получит его от меня.

Не от нашего преследователя.

Не от моего брата.

От меня.

Поэтому я снова достаю телефон и набираю номер, который я давно запомнила, прежде чем поднести его к уху. Звонок раздается из кармана Хейса, и я не могу понять, забавляется он или ему надоело мое дерьмо.

— Ты собираешься ответить? — поддразниваю я.

Он закатывает глаза и лезет в карман. Когда он наконец достает его, то нажимает на кнопку ответа на звонок. Он подносит телефон к уху, но ничего не говорит, глядя на меня.

— Теперь у тебя есть мой номер, — радостно сообщаю я ему.

На его лице появляется намек на улыбку, но, как будто мой разум играет со мной, она исчезает в одно мгновение и заменяется тем же безэмоциональным взглядом, который я получила от него вчера вечером.

— Только до тех пор, пока ты не изменишь его снова.

Он кладет трубку и обходит меня, направляясь вниз по лестнице. А мне остается только надеяться, что однажды я заставлю его поверить мне, когда я скажу, что никуда не уйду. Если я ему нужна, я останусь здесь.

Все очень просто.

Одна из самых трудных вещей, которые мне когда-либо приходилось делать, — это вразумлять своего брата. Можно подумать, что в двадцать три года он знает, что он не самый лучший в мире детектив. Мы с Мали потратили годы на то, чтобы стать мини-агентами ФБР, проверяя почти каждого парня, который когда-либо смотрел в ее сторону. Если мы не смогли выяснить, кто это, то у Кэма нет ни единого шанса.

К счастью, Хейс в конце концов согласился со мной и предложил им с Кэмом найти хакера, которого они использовали много лет назад, когда им нужно было удалить незаконно снятую Монти запись нашего секса. Кэм согласился, и они оба решили, что отправятся туда завтра утром.

Я надеялась, что у меня будет еще один шанс поговорить с Хейсом наедине. Мне еще столько всего нужно сказать, а времени на это, кажется, никогда не остается. Но не успела я это сделать, как позвонила мама и сказала, что мне пришла посылка, и я должна приехать за ней прямо сейчас. Не то чтобы я понимала зачем — это просто одежда.

Может, папа злится, что мне что-то прислали. В последнее время он то горячий, то холодный, как и Хейс. В один момент мне кажется, что все в порядке, а в другой — они оба ненавидят меня до глубины души. Говорят, что девушки чаще всего выходят замуж за тех, кто похож на их отцов, но я никогда не думала, что это правда, до сих пор.

Господи, помоги мне.

Подъехав к дому родителей, я вижу машину Нолан, припаркованную у входа. Я не могу удержаться от смеха, когда замечаю массивную коробку на крыльце. Достаточно большую, чтобы вместить человека. Господи, да она и вправду из тех, кто любит театральность. Просто отправить мне по почте несколько нарядов было бы вполне нормально.