Чтение онлайн

Город еще утопал в потемках, когда она появилась у Капенских ворот, перед резиденцией префекта анионы. Заявила, что ей нужно сейчас же потолковать с Карпофором. Известие, с которым она пришла, было таково, что о ней незамедлительно доложили вилликусу. Калликст найден!

— Тогда он, значит, довольствовался малым... — проскрипел Елеазар. — А этим синяком ты ему же обязана?

— Нет. Это работа моего хозяина.

— Однако скажи, он ведь наверняка должен был перемениться за эти годы. Как ты могла так быстро его узнать?

— Его глаза. Несмотря на бороду, которая ему отъела пол-лица, взгляд-то у него все тот же. Я бы его из тысячи узнала!

Елеазар заколебался. В словах этой девки было что-то похожее на правду. Да и потом, что он потеряет, если проверит? При одной мысли, что, возможно, фракиец наконец-то окажется в его руках, вилликуса вдруг затрясло, как и лихорадке:

— Где он? Надо...

— Не так быстро. Сперва я хочу поговорить с префектом.

— Да ты спятила! К такому важному человеку не вваливаются запросто. Но я обещаю, что ты получишь за его поимку двадцать тысяч денариев. Если, конечно, твое сообщение окажется точным.

— Оно точнее некуда. Но я все же хочу с префектом потолковать.

— Почему? Ты, стало быть, мне не доверяешь?

— Не в том дело. Я хочу откупиться от моего хозяина, купить себе свободу. А для этого, ты же знаешь, нужно, чтобы магистрат засвидетельствовал мое освобождение.

— Клянусь Кибелой! Да ведь с этим делом управится любой эдил! — в отчаянии возопил вилликус.

Девица, упрямо набычившись, покачала головой:

— Ничего не поделаешь. Мой хозяин разом отберет мое вознаграждение, а я и дальше буду служить подстилкой для его клиентов. Со мной один раз такое уже было.

— Твои былые горести меня не интересуют! Ты меня сейчас же отведешь к Калликсту, а не то...

Подкрепляя слова жестом, он сорвал с себя кожаный ременный пояс. Девица отшатнулась было, но тотчас овладела собой, оставшись все такой же непреклонной:

— Валяй. К колотушкам мне не привыкать. Я приведу тебя к этому человеку не иначе, чем на моих условиях.

Управитель, не приученный к подобному сопротивлению, заколебался. Желания наказать эту тварь ему было не занимать, но так можно было все испортить. Этим он рисковать не стал, сдался:

— Ладно, пойду предупрежу хозяина. Но учти: если ты нас обманула... Кстати, звать-то тебя как?

— Элисса...

Серая влажная заря уже забелела на городском небе, когда Карпофор в сопровождении управителя, уличной девки и отряда ночной стражи приблизился к постоялому двору на Викус Югариус. Префект бросил девице:

— Вот и пришли. Теперь тебе остается молить Юпитера, Фортуну и всех прочих богов, чтобы Калликст и впрямь оказался здесь.

По его тону чувствовалось, что прежнему хозяину фракийца отнюдь не пришлось по вкусу, когда его вытащили из постели в столь ранний час. Нежданная возможность наконец-то наложить руку на своего неверного раба — только она побудила его вскочить с ложа. Однако же он отнюдь не разделял энтузиазм своего вилликуса. По его мнению, девица ошиблась. Калликст в Риме! Если бы это могло оказаться правдой! Тем не менее, он, следуя совету Елеазара, проделал на форуме изрядный крюк, чтобы захватить себе в помощь отделение ночной стражи.

Хозяин гостиницы с бранью на устах и опухшими со сна глазами открыл им дверь. Но при виде префекта и тех, кто его сопровождал, он тотчас умерил свою досаду.

— Ступай на кухню, — приказал ему магистрат, — возвращайся к своим печам.

И прибавил, обращаясь к Элиссе:

— А ты веди нас в ту комнату!

Опасаясь, не вышло б хуже, хозяин без малейшего сопротивления впрямь убрался на кухню. При том, что нынче творилось в Риме, можно, конечно, всего ожидать, но чтобы Элисса оказалась агентом-соглядатаем, — это было слишком даже для него.

Карпофор, Елеазар и стражи под предводительством девицы взошли по ступеням ветхой лестницы, которая, назло всем их предосторожностям, так истошно скрипела и трещала, словно в любое мгновение могла обрушиться.

— Кончится тем, что мы всю столицу перебудим, — прошипел разъяренный Карпофор.

— Это здесь, — указала девка.

Елеазар отшвырнул ее локтем, ринулся к двери и, переглянувшись напоследок со своим хозяином, повернул подковообразную дверную ручку. И ворвался в комнату.

Калликст вздрогнул и приподнялся на своем нищенском ложе, так что лампы стражников озарили его лицо:

— Елеазар? Живой?

— Да, несчастный! Я жив, и еще как! — захохотал управитель, скаля черноватые зубы. — Теперь-то мы можем свести наши счеты!

— Ты мне наверняка не поверишь, — вставая, промолвил фракиец, — но я рад узнать, что ты жив и здоров. Это для меня облегчение.

И стал спокойно надевать свою тупику. Его слова были правдой. Он почувствовал, что бремя угрызений каким-то образом свалилось у него с плеч.

— Ты, ты здесь... — бормотал Карпофор, все еще словно не веря. Префект теперь в свой черед вошел, оставив стражей на пороге комнаты.

— Да, господин Карпофор. Это и впрямь я.

Тогда Карпофор, как будто только и ждал этого мгновения, нанес своему рабу страшный удар, расплющив его нижнюю губу в кровавое месиво.

— Четыре года! Я четыре года предвкушал этот час!

Он перевел дух, мельком оглядел убогое логовище с затянутыми паутиной углами.

— Как вышло, что ты, умыкнув у меня целое состояние, ютишься в такой клоаке?

— Ответ прост: у меня больше нет ни одного асса из этой суммы, — отозвался Калликст, очень спокойный.

— Ни единого асса из трех миллионов сестерциев? Кому ты рассчитываешь заморочить голову такой чепухой?

— Он врет! — рявкнул Елеазар.

— Три миллиона триста двадцать шесть тысяч пятьдесят семь сестерциев, если быть совсем точным. Я потратил из них добрую часть. Остальное покоится на дне озера, в Александрии.

— Врет! — повторил управитель. — Хозяин, позволь мне им заняться. Я из него правду выжму.

— Три миллиона триста тысяч монет, восемьсот тысяч денариев на дне озера?