Чтение онлайн

— Полли Лосон.

И это все, что им удалось вытянуть из Мэгги. Она не видела Полли с тех пор, как та уехала с младенцем. Имя матери вообще никогда не называлось. Мэгги могла лишь сказать, что роженица была из хорошей семьи и если бы родственники той женщины узнали о том, что она родила внебрачного ребенка, они бы от нее отказались. Поэтому у нее были все основания держать свое имя в тайне.

Когда Мэгги вышла, повиливая бедрами, до Сары вдруг дошло, что Бринсли поручил одной своей любовнице принимать роды у другой. Как ни печально, этот поступок был вполне в духе Бринсли.

— Нам нужно отыскать эту Полли Лосон, — сказал Вейн прежде, чем вызвать слугу. — Я велю Финчу и кое-кому еще заняться этим делом. Если появится какая-нибудь информация, Финч отправит мне весточку. Я думаю, мы близки к цели, Сара.

Сара крепко зажмурилась.

— Молюсь о том, чтобы ты оказался прав.

* * *

Когда Сара и Вейн приехали в Лион-Хаус, Сара сразу же почувствовала, что это — семейный дом. Едва карета остановилась, как навстречу из открытых дверей выбежала целая свора собак, приветствуя гостей радостным лаем. Следом за ними бежал маленький мальчик.

Посмеиваясь, Вейн приказал мальчишке призвать своих псов к порядку, что мальчик и сделал, с хитрой усмешкой сунув два пальца в рот и оглушительно свистнув. Паренек был темноволос, с довольно грубыми, но приятными чертами лица. На одном плече он нес удочку, на другом — вещевой мешок.

Обернувшись к Саре, Вейн помог ей спуститься и представил мальчика. Джон, так звали мальчишку, бросил на землю удочку и мешок и, церемонно сняв шляпу, отвесил Саре шутливый поклон.

— Приятно с вами познакомиться, тетя Сара, — сказал он и живо обернулся к Вейну: — Я рад, что ты приехал, дядя Вейн. Пойдешь на рыбалку?

Вейн хотел было отказаться, но Сара положила руку ему на плечо.

— О, мы не могли бы порыбачить? Я с детства не удила рыбу.

Джон покосился на нее. Он с явным недоверием отнесся к предложению Сары. Очевидно, он не верил в то, что женщина может получать удовольствие от рыбалки. Как бы там ни было, Вейн улыбнулся и сказал:

— А почему бы нет?

Джон с радостным возгласом бросился на поиски еще двух удочек.

Вейн велел кучеру отнести багаж в дом и предложил Саре руку. По дороге к озеру он сказал:

— Этот сорванец — старший сын Грега.

— На тебя он похож больше, чем на твоего брата.

— Боже упаси! Но если ты хочешь сказать, что от него сплошные неприятности, то да, в этом он на меня похож. У него одни шалости на уме. — Вейн запрокинул голову и посмотрел на безоблачное небо. — Какой на удивление славный денек. Можно придумать занятие поинтереснее, чем рыбалка.

— В самом деле? — переспросила Сара, не вполне уверенная в том, что понимает, о чем он. Она вопросительно посмотрела на Вейна и, заметив особый блеск в его глазах, чуть не задохнулась. — Ты хочешь сказать, что мы с тобой могли бы… прямо здесь? О, вы настоящий развратник, сэр!

Уголки его губ поползли вверх.

— Сколько нового тебе еще предстоит обо мне узнать, — задумчиво заметил он. — И как приятно мне будет учить тебя.

К ее лицу прихлынул жар. Как это нелепо! После всего, что было между ними, он все еще заставлял ее краснеть.

– Я не…

— А вот и я! — Джон догнал их.

Вейн взял у него из рук удочки, и они зашагали к озеру. Сара чуть отстала. Они шли по тропинке, вытоптанной в высокой траве. Свежий деревенский воздух, согретый солнцем, ласкал кожу. Внезапно на нее нахлынуло ощущение радостного благополучия. Приятно было видеть, как чудно ладили между собой Вейн и Джон.

Они беззаботно болтали, обмениваясь шутками, необидно поддразнивали друг друга. Вейна явно забавляла открытая манера общения Джона, но, когда они подошли к озеру, Вейн напомнил ему, что, прежде чем начать ловить рыбу, надо позаботиться о комфорте дамы.

— Вначале ты должен найти что-нибудь, на что она могла бы сесть, потому что трава всегда влажная. — Вейн снял свой сюртук и протянул его Джону, не обращая внимания на протестующее бормотание Сары. — Теперь найди относительно сухое место и расстели сюртук, чтобы твоя тетя могла сесть на него.

— Как сэр Уолтер Рали [3] , — кивнул Джон. Он не спеша выбрал место, после чего расстелил сюртук, тщательно разгладив его своими маленькими ладошками. — Ну вот, готово. Теперь что?

— Теперь ты должен предложить даме руку и поклониться. — Вейн, улыбаясь, смотрел, как Джон исполняет его наставления. — Затем она принимает твою руку, и ты помогаешь ей сесть.

Сара со смехом вступила в игру, примостившись на сюртуке, расстеленном на склоне отлогого берега, и расправила юбки.

— А теперь?

— А теперь ты должен предложить даме перекусить. — Вейн поднял мешок Джона и, порывшись в нем, обнаружил лишь сухую хлебную корку, которую, раскрошив, бросил утиному семейству.

— Ничего страшного, — сказала Сара. — В следующий раз мы устроим настоящий пикник. — Она взмахнула рукой. — Довольно. Я высоко ценю вашу галантность, но, по-моему, уже пора забрасывать удочки. Вы — первые, а я присоединюсь к вам через минутку. Посмотрим, кого сегодня ждет удача.

Дважды ей повторять не пришлось. Джон умчался еще до того, как она успела закончить фразу. Глаза Вейна блеснули озорством.

— Вот сорванец.

— Он — прелесть. Не отставай от него. — Сара улыбнулась, глядя на Джона. За спиной Вейна на глади озера плясало солнышко. — Он тебя ждет.

После рыбалки, прошедшей в весьма приятной и непринужденной атмосфере, Сара чувствовала себя полной сил и энергии. Ей даже удалось поймать рыбу — серебристого скользкого карпа. Она сочла эту удачу добрым знаком. Пожалуй, удача ей не помешает, когда она сядет ужинать со всем семейством.

К тому времени как они пришли домой, растрепанные, мокрые и веселые, настало время ужина. Сара с особым тщанием подошла к выбору наряда. Она остановила свой выбор на скромном платье из муслина в цветочек.

Она не сомневалась, что братья Вейна считают ее искусительницей, околдовавшей их любимого старшего брата. Она не хотела выглядеть как искусительница.

Мать Вейна лишь махнула рукой, когда Сара начала рассыпаться в извинениях за то, что сразу по приезде не зашла в дом и не выказала своего почтения хозяйке дома.

— Чепуха! Мы не признаем церемоний между своими, а ты теперь — член семьи, моя дорогая.

Вдовствующая маркиза, улыбаясь, похлопала ладонью по дивану, указывая на свободное место рядом с собой: