Чтение онлайн

Хэлли теребила соломинку в своем кофе со льдом.

— Что Робби говорит обо всем этом? Он хочет быть с тобой?

— Честно? Я так не думаю. Он… он был кокетливым в прошлом, но я не думаю, что я ему действительно так сильно нравлюсь.

— Тогда прими мой совет. Взаимный, дружеский фальшивый разрыв будет лучшим из всех вариантов. — Мия удовлетворенно откинулась на спинку стула, и я кивнула.

— Ты все еще идешь с Сэинтом на Black-Gold бал? — Внезапно спросила Хэлли. Я почти не думала о бале, учитывая все, что произошло. Но зная Сэинта, даже если я скажу "нет", он найдет способ затащить меня туда.

— Думаю, да. На самом деле я не думала об этом.

— Не думала об этом? — Они обе уставились на меня, как на сумасшедшую, и в этот момент я им позавидовала. Я хотела бы вернуться назад, в то время, когда Короли Кладбища были всего лишь тремя, по общему признанию, очень сексуальными, но очень раздражающими парнями, от которых я изо всех сил старалась держаться подальше.

Но ящик Пандоры был открыт, и теперь я знала слишком много.

Когда я вошла в дом моего дяди на ужин, он попросил одного из своих сотрудников направить меня в его кабинет, где он ждал меня, сидя за своим столом с суровым выражением лица.

— Эверли. Присаживайся. — Он указал на стул напротив него, и я с благодарностью опустилась в него, заставляя свое тело оставаться прямым и вертикальным, а не сползать на сиденье, как мне хотелось.

— Дядя.

Его рот сжался.

— Я слышал от некоторых профессоров, что в последнее время ты несколько ослабила свою концентрацию.

Я кивнула. Несогласие с ним только ухудшит его настроение. Мне пришлось сыграть на его симпатиях.

— Да. После несчастного случая у меня были проблемы со сном. Это в последствии привело к тому, что у меня были проблемы с концентрацией внимания на занятиях.

Почти сразу выражение его лица смягчилось.

— Мне жаль слышать, что ты все еще страдаешь. Я поговорю с профессорами, расскажу им о твоей ситуации. Я не люблю дергать за ниточки, но в данном случае я чувствую, что это оправдано.

— Спасибо. — Я слегка улыбнулась ему. — Становится лучше, чем было, но, думаю, пройдет немного времени, прежде чем все вернется на круги своя.

Он поднялся на ноги, обошел стол и подошел ко мне, коротко похлопав меня по плечу.

— Я понимаю. Мы больше ничего не скажем, и если ты чувствуешь, что тебе трудно, приходи ко мне, и мы посмотрим, что мы можем сделать.

Ему было достаточно моего кивка согласия, потому что он направил меня в столовую, где стол был накрыт на пятерых. Мой дядя был во главе, отец Робби должен сидеть напротив него, а Робби напротив меня со своей матерью рядом. Казалось, не прошло и минуты, как раздался звонок в дверь, а затем пришло время встретиться с мэром и его женой.

Мэр был довольно высоким, может быть, немного выше моего дяди, с темными волосами, в которых пробивалась седина, а его жена была статной блондинкой, идеально ухоженной и накачанной ботоксом с точностью до дюйма, так что ее лицо было почти совершенно невыразительным. Она могла улыбаться мне или хмуриться — я бы не смогла сказать в любом случае. Робби был таким же, как обычно, элегантно одетым, хотя ему было неудобно, судя по тому, как он переминался с ноги на ногу. Мы все заняли свои места за столом, и мой дядя завел слегка высокопарный разговор о чем-то, связанном с зонами городского планирования, которые мы с Робби игнорировали. Мать Робби сидела с пустыми глазами, двигаясь только для того, чтобы привлечь внимание персонала и снова наполнить свой бокал вином. Она допила третий бокал еще до того, как мой дядя выпил треть своего первого.

Ужин продолжался в том же духе: мать Робби пила все больше и больше, а мой дядя и мэр беседовали все более оживленно, время от времени втягивая в дискуссию меня или Робби, когда разговор заходил об университете Блэкстоун. В некотором смысле это было облегчением — мне не нужно было беспокоиться о том, чтобы самой поддерживать беседу, кроме случайных вежливых ответов. Мэр, казалось, едва замечал меня — опять же, он, едва обращал внимание на свою жену или сына, так что я не приняла это на свой счет.

Когда трапеза наконец закончилась и последняя тарелка была убрана, мой дядя повернулся ко мне.

— Эверли. Почему бы вам с Робертом не пройти в гостиную, пока я обсуждаю дела с его отцом? — Он сделал паузу, и мы все повернулись, чтобы посмотреть на мать Робби, которая каким-то образом умудрилась заснуть в своем кресле, ее пальцы все еще сжимали бокал с вином. Щеки Робби вспыхнули, и я почувствовала неожиданную вспышку сочувствия к нему. Он, конечно, был мудаком, но было ясно, что у него не самые лучшие родительские образцы для подражания.

— Оставь ее. — Мистер Паркер-Пеннингтон закатил глаза, вставая и похлопывая себя по животу. — Эта еда была замечательной, Мартин. Мои комплименты шеф-повару.

Мой дядя улыбнулся.

— Очень приятно. Теперь, что бы вы сказали о сигаре? Кубинскую, конечно.

Их голоса затихли, когда они исчезли, оставив меня наедине с неуютно выглядящим Робби и коматозной миссис Паркер-Пеннингтон.

— Гостиная — следующая дверь справа, когда ты выйдешь из этой комнаты. Я сейчас вернусь, — сказала я Робби, нуждаясь в минутке, чтобы передохнуть. Пора собраться с силами, прежде чем я столкнусь с Робби один на один.

Я пошла по коридору в направлении лестницы. Проходя мимо кабинета моего дяди, я замедлила шаг, услышав низкие голоса, доносящиеся изнутри. Подкрадываясь ближе, я остановилась, приложив ухо к двери. Возможно, это было пустяком, но с тех пор, как в моей голове зародились подозрения относительно моего дяди, каждое его действие было потенциальным источником информации.

Итак, я затаила дыхание и слушала.

— … кто это был…

— … церковь… опасность…

— … нет… мы скомпрометированы…

— … перевезти товар…

Я могла слышать только несколько приглушенных слов сквозь толстое дерево, но этого было достаточно.

У меня не было никаких сомнений.

Эта ситуация… что бы ни происходило с моим дядей, однако Эрик и Дейв внесли свой вклад в уравнение…

В этом замешан Роберт Паркер-Пеннингтон-старший, честный гражданин и мэр Блэкстоуна.

18

Единственное, на что вы могли рассчитывать, так это на то, что дьявол всегда приходит на зов. Вы не смогли заключить с ним сделку и надеяться, что он забудет о вас. И это то, что мы сделали с Лоренцо. Он отошел на второй план по отношению ко всей этой ерунде, которая происходила. Наконец-то получение информации, которая могла бы быть полезной для нас, наполнило нас волнением, которого раньше не было.

Дни пролетали быстро. Заполненный учителями, раздающими больше домашних заданий, набирающими обороты внеклассными мероприятиями, а мы с братьями выворачиваем Блэкстоун наизнанку, пытаясь найти больше информации. Весь город был минным полем.

Нам приходилось быть особенно осторожными с тем, как и кому мы задавали вопросы, но одно было ясно наверняка: мы не могли доверять никому по обе стороны от следов.

После ужина со своим дядей Эверли не связалась с нами. Естественно, мы сходили с ума. Я не думал, что когда-нибудь поймаю себя на беспокойстве о ее безопасности. Ее молчание напомнило мне о той ночи — о том, как я держал ее безвольное тело в своих руках. У меня уже был длинный список сожалений, и я не хотел, чтобы она стала одним из пунктов. Я никогда не хотел спрашивать себя: "Что, если бы я сделал больше", когда дело касалось ее.