Чтение онлайн

– Спасибо, – принимаю из рук тестя стакан.

Жидкость красиво переливается, стоит пошевелить рукой. И вкус отменный. Как я и думал, здесь только лучшее. Одинцовы иначе не умеют.

– Чувствуй себя, как дома, – говорит тесть, жестом указывая мне на огромное кожаное кресло.

При всем к нему уважении, наверное, никогда не смогу почувствовать себя здесь, как дома. Я вырос в обычной многоэтажке, в двухкомнатной квартире с мамой и двумя братьями. Для меня мой собственный дом первое время был непривычно огромным. А к этим роскошным хоромам я, наверное, и до конца жизни не привыкну. Хоть и понимаю, что однажды это все станет моим.

Как бы он не был несгибаем, Одинцов не вечен. А Галя – единственная дочь и наследница огромного состояния, за это я и выбрал ее в жены четыре года назад. Как только узнал о том, что она существует, выбрал, даже не глядя на будущую спутницу жизни.

Мерзко? Меркантильно? Мне плевать! Я знаю, как устроена жизнь. И успел хлебнуть нищеты столько, чтобы на всю оставшуюся жизнь решить, – больше я туда не хочу! А женитьба – это лишь небольшая плата за мой пропуск в высшую лигу.

– Так что там с Лавровым? – спрашивает Одинцов, усаживаясь в кресло и уставившись на меня прокурорским взглядом.

– Он почти у меня в руках, – говорю, как есть. С тестем лучше не юлить, иначе можно нарваться на неприятности. Да и кто меня поймет, как не он?! – Если суд примет правильное решение.

– Если признает банкротом, ты хочешь сказать? – поправляет меня Одинцов.

Боже! Вот так взгляд! Как у акулы, почуявшей добычу. Аж поджилки затряслись. Не дай Бог перейти дорогу этому человеку, сожрет!

– Да, – киваю.

Стараюсь звучать убедительно, но не слишком вальяжно. Одинцов знает, как и я, что он здесь хозяин положения. Зачем идти против того, кто сильнее? С ним стоит дружить, разве не так?

– Я улажу это, не беспокойся, – говорит Одинцов. Я едва смог сдержать облегченный вздох. – Мне это ничего не стоит, ты же знаешь.

Конечно, знаю. За этим и приперся сегодня.

– Спасибо, – все же выдыхаю. Отпиваю виски.

– Не стоит благодарностей, – говорит тесть, переводя взгляд в сторону большого панорамного окна.

Там, за стеклом, хорошо видна лужайка за домом, где Галя сейчас играет с двумя ротвейлерами. Она выглядит совсем юной девчонкой, какой и является на самом деле. Смеясь и подпрыгивая от восторга, девушка бросает в сторону палку, которую собаки, опережая друг друга, отыскивают и приносят хозяйке.

– Я всегда хотел сына, – говорит, задумавшись, каким-то своим мыслям в ответ, Одинцов, – хорошо, что у Гали есть ты. Я могу быть спокоен за свою дочь.

Он никогда не говорил мне этого. Почему-то кажется, что никому этого не озвучивал. Я резко почувствовал себя внезапным свидетелем каких-то потаенных мыслей, о которых не должен был узнать. И стало по-юношески неловко, даже захотелось испариться на месте.

– Не обижай ее, Герман, – говорит Одинцов, не отводя взгляд от окна. Это не звучит угрозой, скорее просьба.

– Не обижу, Дмитрий Анатольевич.

Агата.

Неделя тянется мучительно долго. Пятницы жду, как дембеля. И, наконец, этот день пришел.

Накинув длинный пиджак на красное, не совсем офисное, платье, выхожу из дома. Немного жарковато, но чего не сделаешь ради того, чтобы быть красивой? Особенно в метро, где люди, как селедки в банке. Меня сжимают с трех сторон сразу, но я стойко выдерживаю ежедневный массаж. Иногда мне кажется, что Слава запрещает мне садиться за руль только для того, чтобы однажды я, устав от этих каждодневных мучений, отказалась от своего желания работать. Но этого не случится, каждый день напоминаю себе.

Как назло, будто, зная про корпоратив, Чмо Аркадьевич весь день грузит работой. Не забывая поддеть меня при каждом удобном случае. Я уже и забыла, когда этот напыщенный индюк мог просто пройти мимо моего рабочего места, чтобы не прицепиться хоть чему-то.

Знаю, он бесится от того, что сначала его трон в кабинете начальника предложили мне, а уже потом ему. Но деваться некуда. Я сама отказалась, и теперь вынуждена терпеть его диктаторские замашки.

– Агата, положи мне на стол сводку до конца дня, – командует мой невыносимый шеф.

Кажется, он решил добить меня. И, надо же, именно сегодня!

Как же хочется послать его к черту, а лучше отправить еще дальше. Но это только разозлит говнюка, поэтому молча, сцепив зубы, весь день не отхожу от компьютера. Даже пообедать не успела, будь он неладен!

Плевать! Вечером отдохну на славу.

Я так давно не выбиралась никуда. А там, куда мы пойдем, и потанцевать можно, и поесть успею. И там не нужно быть идеальной женой и дочерью. Слава не выносит подобные мероприятия, а я недвусмысленно намекнула, что эта встреча только для коллег, и никто не придет со своей второй половиной.

Мне нужен этот вечер, чтобы переключить тумблер в мозгу и сбросить напряжение. Иначе, внутри меня что-то сломается. Пружина натянута до предела, вот-вот рванет. А танцы всегда снимают напряжение, проверенное средство. Я хочу просто танцевать, всю ночь, до утра, пока мои ноги не отвалятся. И пусть весь мир катится к черту.

Как же я люблю танцевать, мамочки! Даже ноги под столом пришли в движение, стоило представить себе. Под современный клубный ритм, а не пафосную классику, которой меня в детстве пичкала мама. Правда, надо отдать ей должное, вкус и ощущение такта она во мне сумела воспитать своими стараниями.

Фух! Наконец-то!

Ровно в шесть мы с Леркой выходим из офиса, чтобы успеть на маршрутку. На высоких каблуках везде поспевать не очень удобно. Но ничего, оно того стоит. Никто из коллег не предложил подвезти нас до места назначения. Хотя, все они, прямо из офиса, направляются по одному и тому же адресу. Ах, ну и ладно! Не буду думать об этом сейчас, чтобы не портить настроение. Тем более, нам везет, и мы добираемся относительно быстро.

– Кажется, нам туда, – указывает Лера пальцем в сторону огромного торгового центра. Она сверяется по навигатору, и так показывает прибор.

– Ты уверена? Что-то не очень это похоже на клуб.

– А он прямо за этим зданием, – поясняет подруга, – пошли!

– Угу, – соглашаюсь.

Нужное заведение оказалось найти проще простого, если знать направление. Прибор не подвел, и вот, спустя еще каких-то пять минут, мы на месте.

Внутри своя атмосфера. Несмотря на то, что за окном светит солнце, здесь царит полумрак. Все окна тонированы, играет музыка. Через пару минут глаза привыкают к освещению, и я могу разглядеть все детали внутреннего интерьера.