Порочно сладкий
Шрифт:
Я задержала дыхания, желая этого, но в тоже время, продолжая сомневаться.
– Максон, мы едва знаем друг друга.
– А что еще ты хочешь знать обо мне?
– Миллион вещей. Черт, я даже не знаю, где ты живешь.
Эти слова заставили еще более широкую ухмылку появиться у него на лице.
– Могу я тебе показать это место?
– Ты хочешь отвезти меня к себе домой?
– Это все, чего я когда-либо хотел.
Я посмотрела на свою машину.
– Довольно странно то, как ты наткнулся на меня сегодня вечером, да?
Максон покачал головой.
– Ну, я, по крайней мере, не удивлен.
– Нет?
Он обхватил рукой мою щеку, притягивая меня к себе.
– Нет, Милли, я думаю, что нам с тобой суждено было быть вместе. Я твой порочный, а ты моя сладкая.
Я протянула руку вниз, прижимая ладонь к его члену.
– Я бы не была так в этом уверена, Максон. Я довольно порочна сама по себе. А ты появился тут на своем грузовике, словно рыцарь в сияющих доспехах – все это делает тебя и твое поведение чертовски сладким.
ГЛАВА 13
Максон
Мои пальцы постукивали по оплетке руля, неожиданная нервозность охватила меня, пока я вез Милли к своему новому дому. Может, это окажется для нее немного слишком. Я не хотел ее напугать.
Но она оказалась там, на обочине дороги – это был знак свыше, и, черт подери, я не мог не прислушаться к нему.
– Что у тебя была за деловая встреча? – спросил я. – Звучит довольно шикарно.
Милли вздохнула.
– Это был провал, – я взглянул на нее и увидел обеспокоенные морщинки, пересекавшие ее лоб.
– Хочешь поговорить об этом?
Милли вновь вздохнула, откинувшись на спинку сиденья, мне понравилось, что она чувствовала себя настолько комфортно в моем присутствии.
– Это была компания по производству открыток, они хотят купить мою фирму.
– О, дьявол, это большое дело.
– Знаю. Но «Порочно сладкая» – это мое дитя. Часть моего сердца и души. Я не могу даже представить, что бы я отдала ее кому-то другому и просто ушла.
– Я тебя понимаю. «Автомастерская Мэлоунов» – это часть меня, того кто я есть.
– А что ты есть, Максон? – спросила Милли, ее тело склонилось к моему. Подол юбки задрался на бедрах, и я был вынужден заставить себя вернуть взгляд на дорогу.
– Я простой парень. И во многом я именно такой, как ты обо мне и подумала. Я люблю машины, пиво, футбол и…
Милли прервала меня.
– И свою кошку. Помнишь, в тебе была парочка удививших меня черт.
– Верно, – я втянул в себя воздух, включая поворотник и съезжая на мою новую улицу.
– Вот как сегодня, – сказала Милли. – Ты забронировал нам столик в «Шез Моник». Как тебе только это удалось?
– Я починил машину его владельца, когда тот сломался, стоя в пробке.
– Смотрю, у тебя есть связи, – она улыбнулась. – Это твой район?
Я кивнул.
– Теперь да, – я свернул на подъездную дорожку и припарковал грузовик, стараясь, не слишком пристально смотреть на Милли и ее реакцию на дом. Боже, как же мне хотелось, чтобы ей все понравилось.
– Что ты подразумеваешь под эти «теперь да»? – спросила она.
– Я сделал его бывшим хозяевам предложение о покупке только на прошлой неделе. Джордж, мой агент по недвижимости, сказал, что они согласились. Мы заключаем договор через две недели.
– Джордж? Джордж Джеймс?
Я кивнул.
– Ты его знаешь?
– Это мой отец.
– Да не может быть. Он отличный мужик.
– Я знаю. Он самый лучший.
– А ты его дочь. Та самая, которую он хотел бы переселить в новый шикарный кондоминиум.
Милли кивнула.
– Да. Он говорил тебе об этом?
– Да, думаю, что он просто хотел бы быть уверен, что ты находишься в безопасности. И я не могу винить его в этом, Милс.
Она приподняла брови.
– Милс?
– Тебе подходит, – наши взгляды встретились, и легкая улыбка появилась у Милли на губах.
Она посмотрела в окно.
– Красивое место.
– Так и есть, правда? Я попросил Джорджа найти такое место, которое женщина смогла бы назвать своим домом.
– Почему?
Я взял ее за руку.
– Ты сказала, что хочешь мужчину с большим домом и работой с девяти до пяти. Со штакетным забором. Сразу все девять ярдов [3] .
3
Американская пословица, по одной из версий она имеет следующее происхождение - во время войны, пулеметы, устанавливаемые на самолеты ВВС США, имели патронную ленту длиной в девять ярдов. Таким образом «всыпать все девять ярдов» означало разрядиться до конца, отстреляться по полной программе.
Милли медленно покачала головой, переплетая свои пальцы с моими.
– Ты не можешь просто взять и начать исполнять все пункты из того списка, становясь идеальным мужчиной.
– Знаю, но я могу попробовать.
– Макс, – Милли потрясла головой. – На самом деле мне не важна вся эта чушь. Я просто хочу мужчину, который был бы рядом со мной.
– Вот он я, прямо тут.
– Но почему я? – Милли опустила взгляд, словно она действительно не могла понять почему.
Словно не осознавала, что поработила меня – сердце, разум, душу.
– Я чертов механик и работаю руками, для меня красота всегда была лишь в одном – мурлыкающий двигатель машины и ее идеальная покраска. Но затем появилась ты, всего один взгляд и я был покорен. Я увидел настоящую красоту впервые в своей жизни и не хочу потерять ее.
– Тебе не нужно было покупать дом, чтобы заполучить меня, – голос Милли был нежным и мягким.
– Но это делает все немного более сладким, разве нет?
– Может быть, мне не так уж и нужна сладость. Вероятно все, в чем я нуждаюсь, это немного порочности.
– Возможно, – сказал я, обхватывая ее щеку ладонью. – Но позволь мне дать тебе и то, и другое. Позволь мне дать тебе все.
Я поцеловал Милли прямо перед двухэтажным домом с отдельным гаражом, идеально подходящим для ее студии.
– Ты веришь в то, что можно влюбиться в кого-то всего за неделю? – спросил я у нее, мое дыхание было тяжелым, а желание с каждой минутой становилось все сильнее. Я мечтал стащить с Милли всю одежду и взять ее в эту же минуту, но в тоже время я желал держать ее в руках, как сейчас, вечно.