Порочное искушение
Шрифт:
— Чёрт возьми, ты такая стерва. — Фрэнки подошла к двери и распахнула её, прежде чем повернуться и свирепо посмотреть на Мэдди. — Помни, единственная причина, по которой ты носишь корону, это то, что Стил всё ещё беспокоится о том, чтобы уделять тебе внимание. Ты упадешь со своего трона и приземлишься обратно на задницу, где тебе и место, когда он закончит с тобой. Пошли, Пэйтон, — сказала Фрэнки, прищурившись, глядя на Мэдди.
Я прошла мимо Мэдди и толкнула её в плечо. Ее миниатюрная фигурка чуть не опрокинулась, но её перехватила стена мышц Стила.
— Не так быстро, Найт. — Он скрестил руки на груди и уставился на меня сверху вниз.
— Я, блядь, не Найт. — Я посмотрела прямо в его голубые глаза.
— За вход в Клуб взимается плата. — Его пристальный взгляд блуждал по мне со злобным блеском в глазах.
— Приди в себя. — Я закатила глаза и попыталась обойти его.
Он выбросил руку вперед и уперся мне в грудь. Мышцы его предплечья напряглись, когда рука сжалась в кулак. Он наклонился так низко, что его губы едва коснулись моего уха, и я почувствовала его мятное дыхание на своей щеке, когда он прошептал:
— Я заставлю тебя заплатить.
Я почувствовала, как по моей коже пробежали мурашки, когда он высунул язык и засунул его мне в ухо. Я отпрянула от него и, не раздумывая ни секунды, ударила его кулаком в лицо.
— Не прикасайся ко мне больше, чёрт возьми. — Я бросилась к открытой двери и остановилась, услышав его смешок.
Это был глубокий, извращённый и маниакальный смешок, который у меня ассоциировался бы со сбежавшим сумасшедшим из психушки. Я почувствовала тяжесть его смеха, когда он скользнул по коже на моей обнажённой шее, когда он насмехался надо мной и дразнил. Я не повернулась, чтобы доставить ему удовольствие от его воздействия на меня и от того, как само его существование разжигало гнев и ярость внутри. Гнев и ярость, которые я слишком усердно пыталась подавить.
Я знала, что он освободит меня. Это был только вопрос времени.
Глава Четыре
Я не имела ни малейшего грёбаного понятия, куда исчезла Капри после занятий. Только что она была здесь, а в следующую минуту исчезла. Я прислонилась к её машине и прокрутила страницу в своём телефоне, пока ждала её. Большинство машин к этому времени уже уехали, и нижняя парковка была пуста, если не считать нескольких отставших.
— Подвезти? — Низкий голос Илая напугал меня. Он остановился, прислонился к машине и возвышался над моим маленьким телом.
Я взглянула на него. Он выглядел чертовски хорошо в своей униформе, что-то было в его ослабленном галстуке и растрёпанных волосах.
— Спасибо, но я жду Капри.
— Это может занять некоторое время. — Озорная улыбка осветила его лицо. Он чего-то недоговаривал мне.
— Я подожду, — пожала я плечами.
Он протянул руку и схватил меня за галстук. Что такого было с парнями в этой школе, которые трогали чужие галстуки? Он выглядел словно хотел что-то сказать, но при этом знал, что пожалеет об этом. Он подошёл ближе, и его высокая фигура нависла надо мной, его глаза искали мои, когда его рот приоткрылся, чтобы что-то сказать, когда нас прервали.
К нам подъехала урчащая машина и остановилась прямо перед нами. Затемнённые окна элегантного красного Ferrari медленно открылись.
— Слоняться без дела по территории школы в не учебное время считается немедленным исключением, — усмехнулся мой учитель английского. Его прищуренные глаза сфокусировались на руке Илая, сжимавшей мой галстук, призывая меня осмелиться возразить.
— Ухожу, сэр. — Илай выпрямился и отпустил мой галстук, всё его поведение мгновенно изменилось. Я знала, что он тоже чувствует ненависть мистера «Тату», и я не просто сходила с ума.
После этого мистер «Тату» умчался прочь, хвост его машины взметнул грязь, когда он выехал с подъездной дорожки.
— Что за ублюдок. — Я уставилась на пыль, поднявшуюся в воздухе.
— Я бы не стал говорить это вслух на территории школы. В любом случае, увидимся завтра. — Илай помчался к своей машине в дальнем углу.
Он помахал мне рукой, проезжая мимо, но его обычной ухмылки нигде не было видно. Я пожала плечами и, обернувшись, увидела бегущую ко мне Капри.
— Чёрт, мне так чертовски жаль, Пэйтон, я потеряла счёт времени, — фыркнула она, подходя к машине, её губы были надуты и покраснели, а в волосах виднелись следы от пальцев.
— Всё хорошо. Я не ждала тебя очень долго. — Я подмигнула ей.
— Давай вернёмся домой и приготовимся к костру. — Она забралась на водительское сиденье.
— Костру? — Я села и закрыла дверь.
— Первый день в школе. Это ритуал. Ты должна быть там, поскольку ты выпускник, так что не выгляди такой асоциальной. — Капри вырулила на главную дорогу.
— Где разжигают костер?
— На пляже возле нашего дома. — Она подключила телефон и позволила музыке наполнить машину.
— У школы есть ритуалы для всего? — Я закатила глаза и смотрела на океан, пока мы ехали домой. Капри некоторое время молчала, не сразу ответив на мой вопрос, и это навело меня на мысль, что в этом маленьком городке есть скрытые секреты, которыми не следует делиться.
— Вроде того. Школа Сент-Айви пропитана странной историей. Здесь существуют древние ритуалы, унаследованные от отцов-основателей. Все они были посвящены элитарному дерьму и позаботились о том, чтобы все, кто не был вовлечён в это дело, знали о том, что упустили шанс, — сказала Капри после длительного молчания, сворачивая на подъездную дорожку.
— Ты, блядь, издеваешься надо мной? — Я застонала, когда заметила красный Ferrari, припаркованный перед фонтаном.
— Что? — Капри взглянула на меня и мою внезапную вспышку гнева.
— Это даже не имеет значения. — Я откинула голову на подголовник и понадеялась, что Ferrari это не машина моего учителя.
Капри подъехала к задней части дома и припарковалась на своём обычном месте в огромном гараже. Она вылезла и откинулась назад, чтобы поговорить со мной.
— Ты выходишь?
— Нет, я остаюсь здесь. — Я закрыла глаза.
— Первый день прошёл так плохо? — Она толкнула меня в плечо.
Я открыла глаза и посмотрела на неё.
— Ты даже представить не сможешь. — Я схватила свою сумку и вышла из машины.
Мы направились на кухню, где почувствовала запах булочек с корицей, которые пекла моя мама. С тех пор, как я пошла в школу, это стало ритуалом, покрывать глазурью булочки с корицей сразу по возвращении домой после первого учебного дня. Мы сидели и жевали, разговаривая. Моё сердце немного сжалось от того, что мама вообще вспомнила об этом.
— Девочки, добро пожаловать домой. — Мама ухмыльнулась и указала нам на барные стулья, чтобы мы присели.
— Ты вспомнила, — сказала я, сбрасывая сумку и садясь.