Чтение онлайн

— Привет, — старательно спародировала немецкий акцент и наблюдала, как манящие губы медленно растянулись в плотоядной улыбке. Сдержанность — вот, чему мне следует научиться, и я обязательно научусь. Но как-нибудь потом. А сейчас отодвинула тарелку с пенкейками в сторону и забралась на стол, чтобы в ту же секунду оказаться на коленях Томаса и крепче скрестить ноги за его спиной.

Как же сильно соскучилась по сильным рукам, обнимающим мою спину, по требовательным губам, исследующим каждый миллиметр моих губ, и умелому языку, с легкостью завладевшим моим ртом. До одури хотелось зарываться пятернёй в смольные волосы, болезненно сжать в отместку за двухнедельное отсутствие, но испачканные мёдом пальцы не позволили такой роскоши.

Оторвалась от мужчины и сделала лихорадочный глоток воздуха. Лучшее утро в моей жизни!

— Такая сладкая, — хриплым голосом пробормотал Томас, прижавшись своим лбом к моему. — Хочу облить всё твоё тело мёдом и облизать языком.

Прикрыла глаза, чувствуя, как резко сокращались мышцы внизу живота, и прижала большой палец к мужским губам. Он всего лишь говорил, а я уже испытывала оргазм от всплывшей в моём подсознании картины. Обвела пальцем контур его губ и слизала сладость языком, позволяя Майеру углубить поцелуй. К чёрту кислород, могла вечность прожить его дыханием!

Томас поднялся со стула и переместил меня на стол, руками сметая всё ненужное с его поверхности. Застёжка на платье, с который мучилась несколько минут, легко поддалась мужчине, давая возможность спустить лиф к моей талии и обжечь взглядом вызывающе торчащие соски.

Моя грудь ходила табуном, а из горла то и дело вырывались хриплые стоны, когда мужчина казался на удивление сдержанным. Казался бы, если не лихорадочно заходившая жилка на его шее, потемневшие глаза и характерно натянутая ширинка брюк, о которую я в нетерпении потёрлась своей промежностью.

— Ни-и-и-и-к! — прошипел мужчина и прижал спиной к холодной поверхности стола, вызывая рой мурашек по телу и заставляя соски сильнее затвердеть. — Ты же скучала по мне?

Ну, чего он спрашивал, когда ответ очевиден? Всё же кивнула, неотрывно наблюдая, как два его пальцы погрузились в вазочку для мёда и зачерпнулись тягучую смесь.

— Знаешь, насколько сильно я скучал?

— Нет, — прошептала и призывно выгнула спину, когда измазанные в мёде пальцы обозначили диаметр моих сосков. — Покажи, как сильно скучал.

Большой и указательный пальцы в ту же секунду скрутили горошинки и в приятной боли потянули вверх, побуждая и меня приподняться к лицу Мудака, чтобы запечатлеть влажный поцелуй на губах.

— Я трахну твою грудь, — предупредил, стягивая с себя тёмно-зелёную водолазку, и быстро разделался с ремнём на брюках. Биение ошалевшего сердца отдавалось в висках и, казалось, оно остановится, когда мужчина отбросил лишнюю одежду. Откинулась на поверхность стола и громко застонала, ощущая длинные пальцы на своих грудях.

— Да-а-а! Трахни, Томас!

Его смех саднящей волной обдал вершинки моих сосков, заставляя в нетерпении задёргаться.

— Какая же ты шлюшка…

Очередной стон вырвался из грудной клетки, стоило губам охватить сосок одной груди, а вторую грудь отдать на растерзание умелым пальцам. Игра контрастов: холодный мёд и горячий язык, — безумный коктейль, доводящий до хрипоты, до дурмана. Обхватила голову мужчины и теснее прижала к груди, лишь бы он не оставлял без внимания изнывающие горошины.

— С ума сойти, — прохрипел Томас, языком слизывая медовую дорожку между моими грудями. — Ты слаще мёда, Ник.

Сладостная пытка обрушилась на вторую грудь, не давая мне шансов опомниться и прийти в себя. Этого и не хотелось. Чувствовать, как зубы легонько сжимали сосок, заманивая в плен на растерзание шершавого языка, — вот, о чём могла желать, о чём могла думать и криками молить о повторе.

Тугой узел внизу живота неожиданно резко развязался, заставляя, свети колени в попытке унять судороги от часто сокращающихся мышц. Язык Томаса — мой персональный рай, и я готова была исповедоваться за все свои грехи, лишь бы иметь доступ к незабываемому наслаждению.

Чувствовала крепкие руки на своих ягодицах, фиксирующих в одном положении на столе, и дрожала всем телом в желанных объятьях. Потребовалось несколько минут, прежде чем смогла проморгать расплывчатые образы перед глазами и, наконец-таки, задышать полной грудью, а не отрывистыми глотками.

Как только дрожь покинула ослабевшее тело, Томас подхватил меня со стола и опустил на пол, напоминая о своём предупреждении. Легонько поцеловала его пупок, пальцами подцепляя резинку боксеров, и медленно потянула вниз. Судорожно глотнула кислород, наблюдая, как твёрдый, полностью готовый для меня член оказался на свободе и призывно манил вздутой венкой, капелькой на головке. Языком зачерпнула влагу и улыбнулась под аккомпанементы учащённого дыхания мужчины. Новые потуги внизу живота вышибли из лёгких весь воздух, стоило Томасу обхватить свой член ладонью и его головкой обрисовать вершинки моих сосков. Чёрт! Этот член был создан, чтобы доводить меня до безумия, а член в руках Майера вырисовывал такие картины в подсознании, что я вновь оказалась близка к состоянию эйфории.

Встретилась взглядом с мужчиной и сжала груди ладонями максимально близко друг к другу, предвкушая новую череду сумасшествий.

— Нравится, когда тебя трахают? — процедил сквозь зубы и медленно направил член в узкое отверстие между грудей. Задрожала, кожей ощущая влажный и горячий орган, задавший неспешную игру «назад-вперёд».

— Нравится, когда ты трахаешь, Томас, — ответила и, уловив момент приближения головки к подбородку, лизнула её. Тут же длинные пальцы сцепились в моих волосах и оттянули голову назад, заставляя поднять глаза на мужчину и глухо застонать. Видеть его потемневший от страсти взгляд, чуть приоткрытые губы от прорывающихся хрипов, взлохмаченные волосы, спадающие на лоб и безумно сексуальные вздутые вены на предплечьях, — вот это действовала безотказно, действовало сродни оргазму.

Придвинулась ближе и теснее сжала грудь, когда «проникновения» стремительно набрали темп, а мужчина сильнее навязал мои волосы на кулак. Болезненный захват не мог заставить оторвать взгляд от предельно набухшего члена, от его потемневшей головки, измазавшей мою грудную клетку влагой.

— Ни-и-к, — отрывисто прохрипел Томас, стоило мне подключиться к процессу и корпусом подхватить быстрые движения. Ну, давай, мистер Майер! Белая жидкость окрасила мои соски, и член размазал семя по груди, испуская излишки желания до победного.

Томас запрокинул голову назад и пару раз прошёлся ладонью по массивному органу, восстанавливая сбившееся дыхание и бешеное сердцебиение. Или же это моё грохотало в квартире, соревнуясь наравне со стонами и несдержанными криками?

— А я ведь хотела спросить, как здесь оказалась, — тихонько посмеялась, с помощью Томаса поднявшись на ноги. Он опередил мои действия: схватил со стола бумажное полотенце и вытер семя с моей груди, заставляя сосками ощутить приятное покалывание.

— Неужто забыла свой звонок? — с издёвкой поинтересовался мужчина и развернул спиной к себе в намерение застегнуть платье, но передумал. — Забыла, как послала меня на хуй?