Чтение онлайн

Вот так, не закончив и одиннадцати классов, я попала на факультет социально-гуманитарных наук, а точнее на подкафедру: «Юриспруденция, интеллектуальная собственность и судебная экспертиза». И пусть эта была не лучшая специальность этого вуза, но, как оказалось, трудоспособность и обучаемость ценятся намного больше.

Четыре года бакалавриата я пахала, как проклятая. Не имея ни минуты свободной на «погулять» или «потусить». И сейчас наступали два решающих года — магистратура, где я, не жалея себя, буквально спала с учебниками.

Однажды, когда до выпуска оставалась всего неделя, к нам в группу зашел тот самый Валерий Николаевич. Ректор что-то отчаянно втирал ему, хотя внимание мужчины было занято другим: он отчаянно искал кого-то среди полусотни студентов. Решив помочь пожилому мужчине, я встала, тут же обращая его внимание на себя. Его ничего не выражающие перед этим глаза радостно сверкнули, а затем он рукой поманил меня к себе.

— …Гордость вуза… — услышала я кусок монолога ректора, прежде чем Валерий Николаевич, схватив меня за руку, потащил в людный коридор.

— А ты молодец, — немного удивленно сказал он, обводя меня пытливым взглядом, словно отыскивая какой-то подвох в этой ситуации, — Обычно, когда сиротки дорываются до нормальной, человеческой жизни, они тут же забывают для чего им все это было предоставлено. А мы всего-то хотим качественный персонал в «ZoMalia Industries»…

Завуалированными словами он объяснил мне, что, когда я подписывала договор о бюджетном обучении, то не заметила вездесущей звездочки. Которая гласила, что после обучения я обязана проработать в компании «ZoMalia Industries» двадцать пять лет после окончания университета, если изъявит желание директор или его зам. Они изъявили и теперь Валерий Николаевич мягко требовал, чтобы я шла работу сразу после вручения диплома.

Наверное мужчина рассчитывал на слезы, ругань, брань, крики типа «вы не можете со мной так поступить», но никак не на искреннее, человеческое и слезное:

— Спасибо Вам. Я буду помнить это всю оставшуюся жизнь. Тот шанс, который Вы мне дали, — бесценен.

И вот теперь, нарядившись в свое самое дорогое платье, купленное на деньги, подаренные однокурсниками на день рождения, я гордо вышагивала по плитке около корпорации, уже чувствуя себя частью чего-то большого и… влиятельного.

Да, черт побери, мне хотелось иметь деньги! Я мечтала прийти в хороший дорогой бутик и скучно произнести фразу:

— Пожалуй, я возьму обе пары этих туфель.

Мне хотелось прийти в супермаркет и купить те продукты, которые я хочу, а не ненавистную гречку… В общем, не знаю, что движет гениями, но мной управляла жажда достойного существования.

Остановившись на секунду около стеклянной стены, я оттянула вниз черное строгое платье и откинула назад умело завитые подругой Ритой каштановые пряди. Мне говорили, что я могла пойти в модели и обеспечить себе более простое, но стабильное существование. Но мне нужна крепкая основа под ногами, посему я сделала первый шаг в светлое будущее и прошла сквозь вращающийся турникет.

— Полина Мышка? — охранник, отчаянно делающий серьезный вид, сверился со своими записями, после чего кивнул на золотой лифт, — Вас ждут на сто двадцатом этаже.

Проследовав по длинной ковровой дорожке, я переступила порог золотого лифта и тут же оказалась в стеклянной капсуле, открывающей мне чарующий вид на утренний город. Это помогло немного перевести дыхание в ожидании будущих событий.

— Полина Мышка? — улыбающаяся во все тридцать два зуба, блондинка с подколотыми назад волосами в белом облегающем платье на худощавое тело тут же расположила меня к себе. Она встретила мою скромную персону у самого лифта и повела вдоль длинного коридора к темной двери из красного дерева. Она показалась мне слишком шикарной для кабинета обычной студентки-практикантки, поэтому я бросила на девушку растерянный взгляд.

— Ох… Вас не предупредили? — блондиночка, которая быстро теряла передо мной балы (сначала за то, что не представилась, а теперь за нагнетание атмосферы), очень правдоподобно растерялась, замерев рукой на позолоченной ручке двери с выведенными на ней буквами «ZI», — Вы приняты… Почти. Вам осталось пройти собеседование с директором компании «ZoMalia Industries». Обычно для приема на работу кандидат должен пройти семь этапов кастинга, но Вам разрешено пройти только последний. Так что это, в общем-то, хорошо…

Понимая, что всего один этап отделяет меня от заветной работы, за которую бы поборолись тысячи людей, я крепко сжала черный деловой клатч, пытаясь избавиться от покалывания в конечностях, и нервно затопала ногой. Люди боролись за это место, а компания выбрала меня…

— Меня, конечно, не предупреждали, но собеседование я уж как-нибудь переживу, — уверенно сообщила я ей и, прежде чем девушка улыбнулась дежурной улыбкой и открыла двери, поспешно спросила ее, — Как я могу обращаться к директору?

— О, Вам и это не сказали… — закатила она глаза, чем заставила буквально возненавидеть еe, — Роберт Шаворский.

С этими словами девушка резко открыла двери, не давая задать ни одного лишнего вопроса.

Моему взору открылся громадный кабинет, где выделялась черная мебель и красные детали интерьера, сразу сообщая мне, что хозяин этого кабинета властный, мужественный мужчина, который четко представляет, чего хочет и всегда берет свое. Почему-то эта, возможно, необоснованная мысль заставила меня встряхнуться и отчаянно поторопиться, догоняя блондинку.

— Роберт, — формально, но деловым и трепещущим перед начальником голосом, сообщила она мужчине, который был полностью погружен в созерцание информации в своем, на удивление, белом ноутбуке, — К Вам на собеседование Полина Мышка.

— Спасибо, Каролина, — холодный, властный, низкий мужской голос вызвал в моем животе не свойственные и не испытываемые ранее спазмы, перерастающие в ноющее, дразнящее чувство внизу живота. Против воли я начала рассматривать его широкие плечи, обтянутые темно-синей рубашкой, старательно отметая мысли о том, какое у Роберта должно быть идеальное тело под ней… Чтобы окончательно отбросить эти мысли, я перевела взгляд выше. У мужчины были короткие, идеально выстриженные русые волосы с серым оттенком, прекрасно гармонирующие с немного загоревшей кожей. Неотрывно печатая что-то в ноутбуке, он жестко сказал, задержавшейся слишком долго, девушке: — Можешь быть свободна. Отчет, как всегда, в четыре.

Не говоря больше ни слова и не глядя в мою сторону, Каролина, словно неживая заведенная кукла, развернулась и быстро ретировалась из кабинета, оставляя нас наедине. А я… впервые в жизни не могла сосредоточится на деле, так как передо мной сидел… самый сексуальный мужчина, по всем параметрам соответствующий моим внутренним предпочтениям и взглядам на идеального партнера… в сексе. Картинки нашей первой близости: как он делает меня женщиной и мы сливаемся в страстном соитии, забывая обо все на свете, а затем одновременно шумно достигаем оргазма, в котором он хрипло выдыхает мое имя мне в волосы, заполнили все мысли… Пока требовательный и немного раздосадованный голос не заявил: